Я бы посоветовалась с Лиз, — добавила она. — У нее большой опыт, как поступать в таких случаях, но сегодня она обедает с Большим Боссом, и я не могу ей надоедать.
Джоанна взглянула на часы. Катя не была в подобных вопросах столь искушенной, как Лиз, но она могла хотя бы утешить. Но Катя сейчас тоже занята. Она, наверное, сейчас в телестудии.
Всем троим подругам, несмотря на высокие должности, до сих пор было присуще чувство неуверенности. Во время своих доверительных разговоров, обычно происходивших за кухонным столом Джоанны, они признавались друг другу, что боятся, как бы в один прекрасный день не оказаться «за дверью».
Никто из них не обучался в школе журналистики или в университете. Они приобретали необходимый опыт в процессе работы. Лиз обычно говорила: «Мы почти все делаем полагаясь на интуицию, еще нам помогает опыт, но если, например, мне придется обучать работе новичка, то я не смогу это сделать».
Но так как одной интуиции могло оказаться мало, они боялись, что в один прекрасный день все кончится, их вышвырнут за дверь и скажут: «Достаточно. Все говорит за то, что вы не компетентны в своем деле. Убирайтесь». И все дружно согласились, что если так случится, они почувствуют себя виноватыми и будут еще благодарны за то, что их не трогали так долго.
— Ладно. — Джоанна сделала глубокий вдох. — Лучше пойти и покончить с этим делом. — Она достала из сумочки флакончик духов и побрызгала на шею и за ушами. Ее движения были почти автоматическими. Конечно, она прихорашивалась не для директора-распорядителя, но когда она готовилась к схватке, это всегда придавало ей силы.
Глава шестая
Лиз взяла из «тайника» ключ от недоступной ей прежде гардеробной редактора. Раньше она никогда не пользовалась этой комнатой, но она лишь совсем недавно узнала, где Чарли прячет свой ключ.
В огромном отделе новостей, где всегда толпилось полно людей, занятых работой, она бы не испытывала такого чувства вины. Но тишина вносила что-то мистическое в обстановку. Она попала в место, куда не было доступа женщинам — личную уборную редактора.
«Еще ни одна женщина, кроме уборщицы, никогда сюда не входила», — гордо подумала Лиз, отирая дверь. Но ни одна женщина до этого к не была редактором газеты «Кроникл», неважно воскресной или ежедневной, не могла править этим королевством, следя за тем, что происходит во всех его уголках.
Войдя в комнату, она окинула взглядом гарнитур из красного дерева и темно-зеленые стены и подумала, насколько все здесь соответствует мужскому вкусу и привычкам. Кремы и лосьоны после бритья, которые накопились за десять лет у щеголеватого пятидесятишестилетнего редактора, выстроились ровными рядами на полках. У некоторых срок годности давно уже истек, крышки у многих потерялись, а в тюбики впиталась грязь. Лиз заметила, скривя губы, что многое пора бы выкинуть. Зеркало было слишком сильно наклонено и искажало пропорции, делая ее приземистой и толстой.
Лиз провела рукой по волосам — вот так она выглядела сегодня утром, таким замечательным утром для нее, в ресторане «Майклджон». Рядом с ней сидели две королевы, Греции и Иордании, и Лиз спрашивала себя, получится ли она на фотографии такой же красивой, как они, или нет? Она снова посмотрелась в зеркало. Вот если бы она была чуточку худее и на пару дюймов повыше ростом… Лиз вздохнула. Ее новый, сшитый на заказ костюм, требовал от нее быть в постоянной форме, поэтому по мере того как им приносили все новые и новые блюда, у нее каждый раз чуть не останавливалось сердце. Костюм, конечно, делал честь модельеру, прекрасно скрывая ее выпуклости, но она все-таки хотела выглядеть представительной женщиной, занимающей ответственный пост, а не мужчиной в юбке. Она критически осмотрела жакет. Если его застегнуть на все пуговицы, может создаться впечатление, что он ей в обтяжку. Если расстегнуть, то могут неправильно понять. Ей бы не хотелось, чтобы это приняли за приглашение с ней потанцевать.
Владелец газеты, высокий и немного тяжеловатый, нравился многим женщинам или, вернее, он сам так думал, полагая, что их привлекает в нем его сексуальная внешность, а не солидный пакет ценных бумаг.
Она застегнула жакет на столько пуговиц, на сколько советовал модельер.
Сегодняшний обед будет очень важным. Астролог Патрик Уолкер всегда утверждал, что жизнь — это то, что происходит с нами в настоящем, когда мы строим планы на будущее. Но в том, что это будет очень важная встреча, у нее не было никаких сомнений.
Осталось десять минут. Пора подниматься наверх. Все еще не избавившись от чувства вины, она положила ключ на место — не для Чарли, он сейчас загорает на Палм-Бич, и ключ ему не нужен, а затем направилась через отдел новостей к лифту.