— Вас кто-нибудь ожидает внизу?
Лиз, смущенно улыбнувшись, кивнула головой: она же знала, что пока они здесь сидят, в отделе новостей Белинда следит по секундомеру, как долго продлится их беседа, о чем немедленно будет доложено Тони.
— Значит, у вас впереди две недели, леди. А после посмотрим, что из этого выйдет.
Ее мысли пришли в смятение. Хорошо, что в этот момент подошел дворецкий и стал разливать по чашечкам кофе, предоставляя ей возможность прийти в себя. Выпив кофе, Фергус отодвинул свой стул, давая понять, что обед подошел к концу, и они оба встали.
«Скажи же что-нибудь, ты, идиотка», — упрекала она себя. Наконец, избавившись от оцепенения, она произнесла:
— У меня есть некоторые соображения насчет того, как повысить интерес к спортивной рубрике.
Фергус обернулся и выжидательно посмотрел на нее.
Его взгляд обнадежил ее, и она продолжила более уверенно:
— Спортивные журналисты, представляющие отчеты о матчах, могут записывать на автоответчик комментарии к ним, а также отвечать на звонки читателей по «горячей» линии. Таким образом, читатели смогут сами высказать свое мнение и, кроме того, получить подробный обзор всей игры. Так что у наших спортивных журналистов появится шанс стать звездами. — Лиз не знала, стоит ли ей продолжать, так как по его лицу было не понятно, интересно ему или нет. — Я думаю, это позволит поднять наш тираж, мы будем получать деньги за телефонные разговоры, и, может быть, наконец рекламодатели будут размещать рекламу на страницах, посвященных спорту.
Короткое молчание.
— Так, значит, вы разбираетесь в спорте?
— Я научилась многому такому, о чем прежде и не подозревала, — ответила Лиз не раздумывая.
Он усмехнулся.
— Хм-м-м, выясните у телефонной компании, какую прибыль мы сможем иметь.
Все, пока хватит. Лиз торжествовала.
Мысли вихрем кружились у нее в голове, когда они вдвоем с Фергусом Кейнфилдом возвратились в кабинет. Там они немного поговорили на разные темы, главным образом, о политике. Лиз рассказала Кейнфилду о министре внутренних дел, ставшем в палате общин притчей во языцех благодаря своим многочисленным ошибкам, которые он допускал в речи всякий раз, как только открывал рот, и не только во время публичных выступлений. Например, он очень любил произносить речи в баре парламента — последние его «перлы» уже высмеивались на первых страницах бульварных газет.
— Премьер-министр заверил меня лично, что в министерстве внутренних дел не будет никаких изменений. Это означает, — продолжил Фергус, хитро прищурив глаза, — что там определенно намечаются изменения, возможно, даже большие кадровые перестановки, которые коснутся также и всех шутников.
Он позволил себе криво улыбнуться.
— Помнится, кто-то из великих сравнил политику с собачьей жизнью, до которой Королевскому обществу защиты животных нет никакого дела, — вставила Лиз.
— Никто не сможет помешать их грызне из-за должностей, — возразил Фергус. — Я слышал, что на должность министра внутренних дел имеется нетривиальная кандидатура, Дейвина Томас. Судя по всему, она должна пойти на повышение, но сначала премьеру нужно снять с должности самого министра.
Он улыбнулся и сел на край письменного стола. Она могла быть свободна.
Было еще только без десяти два, когда Лиз, находившаяся в эйфории, вышла из здания. Невозможно в это поверить, но она была голодна. Лиз подняла глаза на окна четвертого этажа, и в одном из них, там, где, собственно, и ожидала, заметила Белинду, шпионку Тони. Поняв, что Лиз обнаружила ее, она сразу же отпрянула от окна.
Потом Тони еще наверняка потреплет ей нервы. Каждый раз, когда они сталкивались лицом к лицу, Тони заводил разговор о готовящейся им статье о душевнобольных, которые стали объектом его пристального внимания. Однажды он даже упомянул о «крупной клинике где-то на Майорке, в которой лечат знаменитостей, страдающих психическими расстройствами. Может получиться прекрасная статья…»
Это не могло быть простым совпадением. Каким-то непостижимым образом ему удалось узнать, что с ней случилось на острове. Опасность заключалась в том, что он не замедлит воспользоваться этими сведениями в нужный момент. Ей придется быть настороже.