Джоанну передернуло. Жить в одном доме с Кэтрин Лангфорд? К черту, только не это!
В четыре часа дня дремавшая на диване Катя сразу же проснулась, как только зазвонил телефон. На этот раз, сразу после того как сработал автоответчик, она наконец услышала любимый голос.
Она схватила трубку.
— Я слушаю. Не прерывай связь. Подожди, я только выключу автоответчик.
— Я не могу сейчас долго говорить. — Зазвучал строгий голос. — Мне это очень тяжело. Больше мне не звони. Я в больнице. Слава Богу, в машине не было детей. Береги себя.
Послышались частые гудки.
Рыдая, Катя положила трубку.
В Челтнеме продолжали свою работу сотрудники службы безопасности правительства. В видеомагнитофоне что-то щелкнуло и зажужжало.
— Хорошо, все в порядке. Сделайте несколько копий с этой кассеты — кое-кто должен увидеть эту запись. Потом положите кассету в сумку, как она там лежала, и отправите сумку в больницу.
— Будет сделано.
Катя без устали мерила шагами паркет красного дерева, устилавшего пол ее квартиры, вся обстановка которой была выполнена под руководством опытного дизайнера из их телестудии. Все светильники, вся мебель были подобраны с одной-единственной целью. Чтобы Катя на этом фоне выглядела безупречно.
Самый модный район Лондона, улица Кейл-стрит, дом «Броадвик Мэншнс», квартира 33, удобная, уютная и комфортабельная как номер в пятизвездочном отеле. Катя, бравшая уроки у профессионального дизайнера, время от времени вносила в обстановку кое-какие изменения. Например, совсем недавно она установила несколько популярных в этом году вазонов с искусственными цветами и убрала со стола вышедшую из моды скатерть с бахромой.
Для того чтобы заставить приходящую домработницу, миссис Бун, поддерживать квартиру в идеальной чистоте, сделала несколько лет назад открытие Катя, нужно как бы случайно обмолвиться, что сегодня к тебе на ужин собирается принц Эндрю или кто-либо из других высоких гостей. С каждым годом в этом списке появлялись все новые и новые знаменитости. К счастью, миссис Бун не знала, что глава Организации Объединенных Наций находился в Нью-Йорке в тот самый вечер, когда его ждали к ужину в «Броадвик Мэншнс» вместе с Терри и Хелен Уоганами, Эммой Томпсон и Кеннетом Бранагом.
Катя очень любила свой дом, но сегодня она чувствовала себя в нем словно в тюрьме. Она налила себе уже третью чашку кофе без кофеина и пила его маленькими глоточками. Она была напряжена, утомлена и напугана. Куда этот проклятый «папарацци» собирается продать сделанный им снимок? И когда ее любовь снова ей позвонит?
Как глупо было так рисковать. Нужно было быть последней идиоткой, чтобы поехать на Роланд-Мьюс. Она уже представила себе этот заголовок: «МИНИСТР И ТЕЛЕЗВЕЗДА». Он возвестит о громкой, очень громкой сенсации.
Иногда она думала, что это просто невероятно, что в прессу до сих пор не просочилась информация о их любовном романе, ведь они всегда были на самом виду у газетчиков. Катя вздрогнула, представив себе, как на эту новость отреагируют ее родители. Ее отношения с ними не были совершенно безоблачными и в лучшие времена. Ах, если бы у них кроме нее был хоть кто-нибудь еще. Она свернулась клубочком на бледно-розовом диване и стала смотреть на оконное стекло, в которое хлестал дождь. Катя вдруг вспомнила, как она и ее любовница, министр телерадиовещания Дейвина Томас, встретились первый раз ровно восемь месяцев назад. С того самого дня ее жизнь круто переменилась.
Начало того дня не предвещало ничего интересного. После обычной полуторачасовой работы в «ТВ-Утро», с 6.30 до 9.00, Катя должна была ехать на пресс-конференцию в министерство внутренних дел. Обычно ее сопровождал кто-то из операторов, но в тот день она поехала одна. Ей было немного обидно, так как это означало, что сообщение о конференции вряд ли появится в телевизионном выпуске новостей.
Ее уговорил поехать туда редактор отдела новостей.
— Это позволит тебе лучше вникнуть в политическую жизнь, — убеждал он, — а также приобрести себе дополнительные баллы. Такие пресс-конференции как эта, помогут тебе поближе узнать этих педиков.