Я фыркнул, поворачивая налево на Парк–стрит. "Все было хорошо, но в конце стало очень интересно".
Я рассказал ему о предложении Софи о свидании в Интернете. Он замолчал. Странно, потому что Эллиот никогда не был тихим. Я не мог одновременно ориентироваться в дорожной обстановке и изучать его на предмет подсказок, но прежде чем я успел спросить его, что он думает, он заговорил.
"Вау".
"Это все, что ты можешь сказать? Тебе не кажется, что это странная просьба?".
"Эй, свидания – странная игра в наши дни. Отчаянные времена требуют отчаянных мер".
"Софи не в отчаянии. Ей скучно. Я сказал ей не идти", – чопорно ответил я.
"Это потому, что ты не хочешь идти?"
Мне показалось, что я услышал в его тоне что–то почти тоскливое, но на Эллиота это тоже не было похоже. Я украдкой взглянул на него сбоку. Он поймал мой взгляд и сделал смешное лицо.
"Дело не в этом. Я не люблю сюрпризы, но, скорее всего, это Анна или одна из ее сестер по женскому обществу. Господи, я думаю, это может быть парень".
"Парень?" Он слегка повернулся, затем потянулся за своим горячим шоколадом. "Ты хотел пойти на свидание с каким–то случайным парнем?"
И снова его тон показался мне неприятным. Это заставило меня чувствовать себя немного защищающимся без веской причины. "Может быть. Я не знаю. Но дело не во мне. Дело в Софи. Ей нужен буфер для ее собственного свидания. Подставить меня – это второстепенная драма".
"Что это значит?" – усмехнулся он.
"То же, что и звучит. Она – главное событие. Она использует меня, чтобы заполучить своего мужчину. Если мне понравится девушка... или парень, с которым она меня сведет, это будет просто глазурь на торте".
"Театральные люди странные". Эллиот вздохнул. "Так ты действительно думаешь, что это может быть парень, да?"
"Я не знаю. Как я уже сказал, я не в теме".
"Так ты идешь?"
Я пожал плечами. "Возможно. Похоже, у ее спутника серьезный багаж. Бывшая жена, ребенок, мама..."
"Разве не у всех?"
Я бросил на него взгляд из стороны в сторону. "Ты хочешь сказать, что ты разведен и у тебя есть дети?"
Эллиот театрально вздрогнул. "Боже, нет. Я никогда не женюсь".
"Почему?"
"Слишком большое давление. Свидетельства о браке сглазили отношения".
"Я и не знал, что ты такой циничный".
"Нет. Я просто не хочу потерпеть неудачу в чем–то важном", – мягко сказал он. "Я не против того, чтобы иногда проигрывать. Это жизнь. Но я не думаю, что у меня все будет хорошо, если я потеряю кого–то особенного".
Между нами воцарилась тишина, которая стала жить своей собственной жизнью. Было забавно вести с ним такие разговоры. Чем дольше я его знал, тем проще было разговаривать как старые друзья и делиться вещами, которые должны были показаться... откровенными.
"Я понимаю, о чем ты", – ответил я. "Это было бы отстойно. Хотя мои родители женаты уже двадцать восемь лет. Думаю, я бы не отказался рискнуть с подходящим человеком".
"Как ты думаешь, это будет девушка?"
"Я не знаю. А ты?"
Эллиот хмыкнул, словно серьезно обдумывая вопрос. "Нет".
"Почему нет?"
"Я не смотрел серьезно на девушку с тех пор, как вышел, но, думаю, это может измениться. Недавно Такер предложил свести меня с одной из своих подруг. Нет уж, спасибо", – сказал он со смехом. "Мне просто неинтересно. К тому же, у него есть склонность путать даты и время. Я могу увидеть, как он назначает мне встречу с двумя девушками в одну ночь и прикрывает это тем, что думает, что я хочу секса втроем".
Мгновенная ревность при мысли о том, что Эллиот может быть с... ну, с кем угодно, выбила меня из колеи. Мне пришлось вернуть разговор в прежнее русло. О чем, черт возьми, мы говорили до брака и свиданий?
О. Точно.
"Что если рыжий разведенный папаша явится с приятелем и уговорит Софи на секс втроем?"
Эллиот захихикал. "Никто не будет с ней связываться, если она сама этого не захочет. Она крутая девчонка".
"Она не хочет секса втроем. Не знаю, почему я так сказал. Софи – романтик. Она хочет встретить одного парня и завести большой роман. Но... она переходит на новый уровень, и обычно это как–то связано с пьесой, в которой она занята. Сейчас это "Комедия ошибок". Это слэпстик фарс, в котором много ошибочной идентификации. Софи любит, чтобы жизнь была зеркальным отражением искусства. Появляется парень, чтобы ухаживать за ней, ее друзья ждут в тени, чтобы спасти ее... все может случиться".
"Ты должен пойти. 'Все может случиться' – это как прогноз погоды. Веселая тревога с вероятностью приключений. Неужели ты откажешься?"
"Да", – быстро ответил я, въезжая в наш комплекс.
"Вечеринка–пупер. Эй, а что если Софи пытается свести тебя с двумя парнями?".
Я припарковался на своем обычном месте и выключил двигатель, затем расстегнул ремень безопасности. "Ты когда–нибудь бываешь серьезным?"
"Я абсолютно серьезен".
Он не был серьезен. Его глаза весело блестели, и я не мог решить, смешной он, сумасшедший или раздражающий.
"Точно", – саркастически хмыкнул я, потянувшись к дверной ручке. "Тебе нравится секс втроем?"
Я вышел из машины, ожидая услышать, как смех Эллиота разнесется по жилому комплексу.
В любую секунду он скажет мне, что ему определенно нравится секс втроем, а потом начнет рассказывать какую–нибудь надуманную историю, призванную заставить меня неистово краснеть. Я открыл багажник, затем скрестил руки и стал ждать, пока он вытащит свою сумку. Он перекинул ремень через плечо и засиял на меня. Чистый солнечный свет и чистое озорство. Я не знал, смеяться мне или бежать в укрытие.
"Я однажды попробовал. Это была большая работа. Я кончил как ублюдок, но не уверен, что мне было весело". Он игриво взмахнул бровями и щелкнул пальцами. "Черт. Я забыл свой горячий шоколад".
Черт! Я знал, что он это сделает. Мой член был чертовым железным стержнем в моих хакисах, а он говорил о горячем шоколаде? Я зажмурил глаза и повторял "горячий шоколад" снова и снова, пока он не ударил меня локтем. Мне следовало сменить тему. А еще лучше, мне следовало достать телефон и написать Фениксу. Я забыл сказать ему, что ухожу рано. Не потому, что это были новости о жизни и смерти, но мне нужно было отвлечься, чтобы не наделать глупостей вроде...
"У тебя действительно был секс втроем?" Я задохнулся. "Или ты надеялся, что я задам такой глупый вопрос, чтобы ты заставил меня извиваться?"
Эллиот потянул меня за запястье, не отрываясь от работы. "Мне нравится заставлять тебя извиваться, но нет ничего глупого в том, чтобы задавать вопросы".
"И ответ..."
"Да, это действительно так. В январе прошлого года с двумя парнями, которых я встретил в баре. В баре для натуралов, не меньше", – сказал он со смехом. "Это было сюрреалистично. Оказалось, что они были парнями, которым нравилось общаться с би или би–любопытными парнями. Один из них был бывшим футболистом в колледже, а другой занимался строительством. Это было похоже на ожившую фантазию из гей–порно. Они ласкали меня под столом. Мы целовались в ванной, а потом... они пригласили меня к себе".
Я остановился на месте и уставился на него. "Ты пошел домой с двумя крепкими парнями и... занялся с ними сексом?"
Эллиот зажал ухо свободной рукой и сузил взгляд. "Ты хотел сказать это немного громче?"
Я поморщился. "Прости. Нет. Я просто... я удивлен. Тебе, гм... тебе понравилось?"
"Секс – это весело, так что да. Мне понравилось. И я могу вычеркнуть этот пункт из своего списка дел и попыток. Но я бы не спешил делать это снова. Я предпочитаю быть с одним партнером".
"Ммм..." Я зациклился на его идеальной попке, следуя за ним по низкой, обсаженной живой изгородью дорожке, ведущей к нашей квартире. Когда он пошевелил пальцами, я передал ему ключи. Пока он возился с замком, я изучал, как напрягаются его мускулы и выцветший волейбольный мяч на спине его футболки. Затем, черт возьми, кто–то, похожий на меня, спросил "Кто что сделал?".
Эллиот комично расширил глаза, держа дверь открытой. "Ну... посмотрим. Сколько подробностей ты хочешь?"