"Ты в порядке?" – прошептал он.
"Да, но... давай медленно. Ты большой".
Эллиот вытащил его, оставив только кончик. Я чувствовал, как его член пульсирует внутри меня. Это ощущение послало волну удовольствия и предвкушения через все мое тело. Я не хотел умолять, но мне нужен был он весь. Сейчас. К счастью, он знал это.
Он подался вперед и, наконец, начал двигаться. Сладко и медленно. Он установил умеренный темп, покачивая бедрами, пока сосал мой язык и целовал меня до потери сознания. Я обхватил его руками и ногами, притягивая его ближе и встречая его толчок за толчком. Когда я схватил его за задницу, он задвигался сильнее... и быстрее. Кровать скрипела, а изголовье билось о стену, когда он входил в меня. Он двигался как гром. Долго поддерживать такой темп было невозможно. Я просунул руку между нашими потными грудями и обхватил свой ноющий член.
"В тебе так хорошо, детка", – прорычал он, трахая меня сильнее.
"Я уже близко. Сделай это еще раз".
Два удара его толстого члена спустя, и я был готов. Я закричал, пуская струи по пальцам и нижней части живота. Мощная приливная волна удовольствия утянула меня под воду, и я задрожал от ее силы. Через полсекунды Эллиот присоединился ко мне, яростно дергаясь, когда он с ревом кончил.
Когда он рухнул на меня сверху, я поцеловал его в висок и прижался к нему. Я не хотел двигаться. Мне нравилось это. Это было... правильно.
Эллиот поднял голову и усмехнулся. "У меня вожделение".
"С моей задницей?"
"Да". Он осторожно вытащил и выбросил использованный презерватив, после чего плюхнулся рядом со мной. Он перекатился на бок и поцеловал меня в щеку. "Твоя задница, конечно, горячая, но я вожделею тебя всего".
Я хихикнул. "Спасибо. Я тоже тебя вожделею".
Он задумчиво погладил мою щеку. "Держу пари, ты скажешь, что нам нужны правила".
"Наверное, это разумно".
"Хорошо. Правило номер один. Мы должны заниматься сексом каждый день".
"Это больше похоже на предложение, чем на правило, но оно хорошее. Я только за".
"Я знал, что ты мне нравишься", – промурлыкал он.
Несколько мгновений мы смотрели друг на друга с одинаковыми глупыми ухмылками.
"Не думаю, что нам нужны какие–то серьезные правила. Я здесь до конца августа, может быть, немного в сентябре. У нас есть шесть недель вместе. Я думаю, нам должно быть весело, но... моногамно. Я не хочу делить тебя".
Эллиот нахмурился. "Если ты говоришь о Дрю..."
"Нет. То есть... да, я бы предпочел, чтобы ты не сходился с ним, пока я здесь. Но если ты этого хочешь, будь честным и скажи мне. Я не буду против", – солгал я.
"Это не то, чего я хочу. Совсем".
"Хорошо. Тогда в течение шести недель мы будем только вдвоем и... никому ничего не скажем".
"Какая разница, если кто–то знает? Мы оба уйдем", – мягко сказал он.
"Да, но я бы предпочел сохранить это в тайне. Я не хочу обсуждать свою сексуальную жизнь с друзьями. Особенно с общими, которые решат, что мы бойфренды. Зная Софи, она захочет спланировать свадьбу, а мне не нужен цирк. Я просто хочу быть с тобой. Я никогда не делал ничего подобного раньше и... я хочу, чтобы это было моим. И твоим".
Эллиот положил свою руку на мою и поднес мои пальцы к своим губам. "Хорошо."
Мы разделили еще одну глупую ухмылку. Это было похоже на обещание... и бессловесное согласие использовать лето по максимуму.
8
Эллиот
Это было самое лучшее лето. Все прописные истины. Я только что закончил колледж, у меня была работа моей мечты – играть в волейбол на пляже, и я жил с великолепным, возбужденнающим чуваком, который любил секс. Кроме диплома, который, как я был уверен, они не смогут отнять, я не знал, как долго все это продлится. Я должен был извлечь из этого максимум пользы. Особенно время, проведенное с Брейденом.
Он был моим новым любимым человеком и тем местом, где я всегда хотел быть. Мне нравилось быть с ним. Он был легкой компанией... идеальное сочетание крутости и причудливости. Крутой, потому что любил волейбол, и причудливый во всех других возможных отношениях. Например, он любил пляж, но ненавидел песок. Он любил играть в видеоигры, растянувшись на полу, запутавшись в моих ногах, но когда он заканчивал, он следил за тем, чтобы все было убрано на место. Это было нормально, вообще–то.
Я понял, что чистота и порядок значат для Брейдена больше, чем дезинфицирующие средства и аккуратность. Это было средство успокоения бурь и поддержания личного порядка. Он мыл полы, чтобы успокоить демонов. Вот так. Он был для меня загадкой. Но я не хотел его разгадывать. Я хотел изучить его... если это имеет смысл. Я хотел узнать, что заставляет его тикать. Я хотел погрузиться в изучение его противоречий.
Тот, кто смеялся от души над древними сценками SNL и защищал свою неизменную любовь к мультфильмам девяностых, а потом ругал меня за то, что я оставил свою посуду на столе, был тем, кого я хотел узнать изнутри и снаружи.
К счастью, он любил секс. Мы оба любили. И мы были хороши в этом. Как олимпийские чемпионы.
Мы перепробовали все комнаты в квартире. Я трахал его на столешнице, на столе, на диване.
Брейден всегда был готов попробовать что–то новое. Парень, который терпеть не мог крошки на кухонном столе, обожал, когда я слизывал что–либо с его пресса. На этот раз это был шоколадный сироп, и он позволил мне тщательно вымыть его после этого.
Два парня нашего размера нелегко помещались в стандартном душе, но мы справились. Я стоял позади него, намыливая его грудь широкими круговыми движениями, а затем опустил руки, чтобы помыть его яйца. Его член я оставил напоследок.
Брейден разложил руки на белой плитке перед собой, наклонив голову, чтобы вода стекала по его спине. Я скользил членом между его щелью, многозначительно покачивая бедрами, когда наконец обхватил пальцами его ствол и сжал в кулак. Он извернулся, чтобы облизать уголок моего рта, и сказал, чтобы я трахнул его.
Мы высохли как можно быстрее и поспешили в его комнату. Брейден встал на четвереньки на своем футоне и ласкал себя пальцами, пока я спешно натягивал презерватив. Я прополз между его ног и вздохнул в экстазе, когда я ввел кончик члена в своего любовника. Я провел успокаивающими руками по его бокам и сделал глубокий вдох, продвигаясь внутрь, пока не оказался по яйца.
"Сильно, Эл. Трахай меня сильно", – прорычал он.
Я повиновался. Я вытащил и подался вперед, сначала медленно. Я не хотел причинить ему боль и не хотел, чтобы все закончилось раньше, чем стало хорошо. Но Брейден был человеком на задании. Он требовал действий.
Он хотел жестко, быстро и буйно. Ему нравилось, когда я говорил ему, что он горячий и тугой и что его дырочка – моя. Что он принадлежит мне. Я обхватил его за плечи и сказал ему все грязные слова, которые он хотел, умноженные на десять, пока я двигал бедрами, а он гладил себя до беспамятства. Мы кончили с разницей в несколько секунд.
Я рухнул на него сверху, осыпая поцелуями его шею, и осторожно вышел из него. Желание излиться было сильным. Я хотел сказать ему, как чертовски потрясающе он себя чувствует и как сильно я его хочу. Всегда. Я не хотел пугать никого из нас, поэтому сосредоточился на том, чтобы вытереть нас полотенцами, которые мы принесли с собой из ванной.
Затем я забрался рядом с ним и притянул его к себе. Брей был большим любителем поговорить после секса. Мы обсуждали все – от музыки и фильмов до мультиков, которые любили в детстве. Очевидно, сегодняшней темой были видеоигры.
"Назови две лучшие видеоигры из того времени, когда ты был ребенком", – сказал он, подпирая подушкой стену в своей комнате.
Я был измотан после нашего марафонского сеанса секса и еще не был уверен, что смогу сформировать полноценное предложение.
"Э–э..."
"Хорошо. Я буду первым".
"Нет, я сама", – настаивал я, лаская его бедро. "Я любил "Зельду" и "Марио Карт". Кажется, они были у меня на GameCube".