Я усмехнулся над ее драматическим исполнением. "Это печально".
"Я знаю. У меня неплохо получается организовывать слияния для других. Хотя с Брейденом мне пришлось нелегко. Я надеялась, что вечер свиданий станет хорошей сделкой "два по цене одного"".
"Что ты имеешь в виду?" спросил я.
"Я подумала, что ты можешь сойтись с Анной, Дрю или..."
"Вау! Подожди секунду. Ты хотела свести меня с обеими бывшими Эллиота? Зачем?"
"Потому что вы все одиноки", – ответила она совершенно искренне.
"Боже, Соф! Так не бывает!"
Она нахмурилась. "Не надо так драматизировать. Моя ночь была хуже, чем твоя. Мой спутник не пришел, вы с Анной явно только друзья, а Эллиот явно пытается сойтись с Дрю. И прежде чем ты что–то скажешь, не волнуйся... я усвоила урок. Я должна сосредоточиться на этой вечеринке и спектакле. На работе, которую я надеюсь получить, и на страсти, которая никогда не угаснет".
"О, брат." Феникс фыркнул, украв одну из ее картошек фри.
Софи шлепнула его по руке и отодвинула свой стул от стола. "Я ухожу в дамскую комнату. Не съешь всю мою картошку".
Феникс одарила меня злобной ухмылкой, когда уходила. "Ставлю сто баксов, что никакого онлайн–свидания не было".
"Да, я знаю. Она даже не пытается не быть очевидной, но она хочет как лучше", – сказал я.
"Иногда я не уверен. Я думаю, что Софи заботится о себе в первую очередь. Надеюсь, она найдет работу, которая даст ей творческий выход, чтобы придумывать всякое дерьмо на ходу. Она была бы великолепна в этом".
Я хихикнул. "Ты прав. Пока она не лезет в мои дела, я полностью поддерживаю ее новую пиар–идею. Это может быть полезно для нее".
Феникс стащил несколько картофелин фри с ее тарелки и горестно покачал головой. "Я все еще думаю, что тебе нужно остерегаться – Эллиот тот, кого она хочет. И что–то мне подсказывает, что твоя улыбка на лице означает, что ты тоже его хочешь. Тебе не нужно говорить ни слова. Развлекайся, Брей".
Я хотел начать отрицать, но вместо этого сказал: "Не говори ей".
Он сделал движение молнией по губам и улыбнулся. "Никогда. Лето короткое. Наслаждайся им".
Проигрыш моей роли в театре сначала показался мне новым падением. Я не только не прошел кастинг на пьесу, но даже не смог удержаться на должности волонтера, которая требовала лишь ежедневного заказа мокко со льдом. Я был готов погрязнуть в тяжелой жалости к себе и утопить свою печаль в огромных порциях мороженого. Но мой новый свободный график оказался самым лучшим на свете.
Он выглядел примерно так: пробуждение, BJ, тренировка на пляже, секс, обед, спортзал в одиночестве, ужин, Netflix, видеоигры, секс, постель. Другими словами, я проводил с Эллиотом почти каждую свободную секунду. Это был простой план, который привел к лучшим нескольким неделям за все лето, которое у меня когда–либо было.
Было что–то невероятно особенное в том, чтобы быть с человеком, который зажигает тебя, когда он входил в комнату. Мне нравилось просыпаться рядом с ним, делить с ним трапезы и проводить с ним время на пляже. Быть с Эллиотом было проще всего на свете. Он был веселым, непочтительным и глупым. Но он был и умным. И у него был дар находить положительные стороны в любой ситуации, который, я надеялся, начал передаваться и мне, хотя я не мог оставаться в Лонг–Бич.
У меня были обязательства в Лос–Анджелесе, а когда начнется учеба в аспирантуре, мое свободное время будет ограничено. Наши жизни шли бы совершенно разными путями.
Я просто не хотел, чтобы это закончилось.
"Чувак, я тебя поджарю. Убери своего парня с дороги", – предупредил меня Эллиот, наклоняя контроллер видеоигры, когда он прислонился к моему боку.
Я поправил курс игры, затем потрепал его лохматые волосы. Он выглядел слегка взъерошенным, и, черт возьми, он был сексуальным. Я переместился на диван и попытался сосредоточиться на происходящем на телевизоре.
"У тебя огромные руки", – промурлыкал я.
Эллиот посмотрел на меня сбоку и усмехнулся. "Ну, ты же знаешь, что говорят о больших руках".
"Нет, это ноги".
"Как ты знаешь, мои ноги гигантские", – похвастался он, подталкивая меня локтем.
Я рассмеялся. "И мои тоже".
"Я знаю. Ты когда–нибудь занимался сексом с ногами?"
"Ничего подобного", – чопорно ответил я.
"Конечно, бывает. Ты кладешь ногу на член партнера и... трешься".
"Кажется, что через некоторое время у тебя начнутся судороги ног".
Эллиот пожал плечами. "Я никогда не кончал от этого, но это достойная прелюдия".
"Правда? Есть так много других лучших форм прелюдии".
Он бросил свой контроллер на журнальный столик и раскрыл объятия. "Ладно, давай, Маркетт. Назови свои три лучшие формы прелюдии".
"Эээ..." Я прикусил нижнюю губу. Я чертовски надеялся, что мое лицо не покраснело и что он не заметил, как мой член пытается проделать дырку в шортах. "Ты первый".
"Хорошо". Он задумчиво постучал себя по подбородку и повернулся ко мне лицом, так что наши колени соприкоснулись. "Поцелуи, прикосновения – я знаю, что это общее, поэтому нужно исходить из того, что нравится твоему партнеру. Что тебе больше нравится – когда гладят твой член или когда ласкают твою задницу?"
Хорошо, теперь я был не просто немного твердым. Я был в огне. "Эээ... мою задницу".
Эллиот перевел взгляд на юг, задержался на моем рте, а затем переместился на непристойную выпуклость в моих шортах. "Сколько пальцев?"
"Два".
"Ты уже брал три. Как думаешь, сможешь принять четыре?"
Я сглотнул. "Нет. Эм... три – это хорошо. А ты?"
"То же самое. Но я предпочитаю, чтобы мой член сосали".
"О."
Эллиот проследил за моей челюстью легким прикосновением, затем спустился вниз по моей груди, наблюдая за единственным членом, как будто он не контролировал его.
"Сними рубашку", – приказал он, обхватив мой ствол через нейлоновую преграду. Я облизал губы и повиновался, наклонив бедра навстречу его кулаку. Он наклонился и поцеловал меня в шею, прямо под ухом.
"Хороший мальчик. А теперь покажи мне свой член".
"Вот так?" Я засунул большие пальцы под резинку шорт и выпустил свой член. Он был таким твердым, что с грохотом ударился о мой нижний пресс.
"Черт, у тебя великолепный член. Очень много спермы, детка. Не трогай себя. Это мое".
Я осмотрел жемчужину спермы на своей щели и громко застонал, когда он наклонился, чтобы слизать ее. "О, я... о, черт".
Эллиот провел языком по моей широкой головке, затем сделал ленивый круг вокруг моей нее.
"Теперь. Погладь его", – прошептал Эллиот.
Я замешкался на мгновение, прежде чем обхватить пальцами свой ствол. Давление было приятным, но я хотел, чтобы он сказал мне, как далеко я могу зайти. Нет... мне это было нужно. Мне нравилось, когда он брал все в свои руки. Эти частные властные игры возбуждали меня так, как ничто другое.
Эллиот переплел свои пальцы с моими и сжимал их, пока я не отпустил. Затем он погладил мой член от основания до кончика умелым движением запястья. Я хмыкнул, приподнял бедра и положил руку ему на плечо.
Он немного усилил давление и ускорил темп, делая мне короткие, быстрые удары, а затем более длинные, дразнящие. Он держал свои глаза приклеенными к моим, высунув язык и облизывая шов моего рта. Когда я попытался поцеловать его, он отстранился от меня.
В разочаровании я задрал его футболку и стянул ее через голову. Я провел пальцами по его голой коже и схватил в кулак его волосы, когда Эллиот обвел своим языком мой в собственническом поцелуе. Он отстранился и встретил мой пылающий взгляд, когда я прижал ладонь к его эрекции через шорты.
"Я хочу отсосать тебе. Пожалуйста", – умолял я.
Эллиот кивнул и встал, чтобы спустить шорты с длинных ног. Его член гордо покачивался перед ним. Мы устроили забавное противостояние, дроча свои члены, пока бесстыдно разглядывали друг друга. Я любовался его рельефным прессом и легкой пылью волос, направленных на юг от пупка к члену, а затем наблюдал, как он вяло поглаживает себя... как будто у него есть все время в мире и нет ничего другого, чем бы он хотел заняться.