Он открыл дверь.
— Не трать времени. Я захватил твой театральный костюм. После вас…
— Я тебя прежде не замечал, вишенка, — сказал вампир, пробираясь на место рядом со мной. — Я Чарли.
Бинго! Я готова была захлопать в ладоши от радости. Мы приземлились в Шалотте в десять, устроились в отель к одиннадцати и попали в клуб «Пламя» до полуночи. Я два часа просидела в этом мерзком заведении, а фасон моего платья не позволил мне оставаться в одиночестве.
— Такая же сладенькая, и сорвать легко, — ответила я, мысленно прикидывая его силу. Не мастер, но силен. — Ищешь знакомств, милый?
Он провел по моей руке пальцем.
— Именно так, вишенка.
Судя по выговору, он был чистокровный южанин. Коричневая шляпа, добродушная улыбка и атлетическая фигура. Тягучая речь и небрежный наряд делали его еще дружелюбнее на вид. Разве может быть злодеем тот, у кого голос слаще карамели?
Парень по левую руку от меня, который весь вечер за мной увивался, кинул на него воинственный взгляд:
— Эй, мистер, я первый ее увидел…
— Почему бы тебе не встать и не отправиться отсюда прямо домой? — оборвал его Чарли, не переставая улыбаться. — Лучше поторапливайся, я два раза не повторяю.
Будь я на месте этого парня, я бы разглядела сталь под маской добряка и насторожилась бы. Конечно, он, в отличие от меня, был пьян, ничего не знал и даже не заподозрил угрозы.
— По-моему, ты меня плохо слышал, — протянул он, тяжело опуская руку на плечо вампира. — Говорю, я первым ее увидел.
Чарли не расставался с улыбкой. Он ухватил мужчину за запястье и выдернул из кресла.
— Драки и шум нам ни к чему, — подмигнул он мне. — Мы тебя разыграем, конфетка. Чувствую, мне сегодня повезет.
И он выволок мужчину из бара. Никто и слова не сказал — не того класса было заведение.
Я оглядывалась, разрываясь надвое. Если я попробую остановить Чарли, то раскрою себя и снова испорчу Кости случай найти Хеннесси. Поэтому я осталась на месте, потягивала джин и чувствовала себя хуже некуда. Чарли вернулся, широко улыбаясь. Он был один.
— И впрямь у меня сегодня счастливая ночь, — заметил он. — Вопрос в том, подаришь ли ты мне очень-очень большое счастье.
Я вслушивалась в надежде услышать стук сердца за стеной, но внутри было слишком шумно. Что бы ни случилось, там все кончено. Остается только играть до конца.
— Ясное дело, милый. Только мне еще нужно заплатить за квартиру…
Голос звучал игриво, без малейшей натуги. Практика ведет к совершенству, а разговором о квартире я отдала дань памяти Стефани. Было в этом какое-то мрачное достоинство.
— И сколько же ты платишь, вишенка?
— Сто баксов, — хихикнула я, сдвинувшись так, что подол задрался еще выше. — Обещаю, ты не пожалеешь, что внес свой вклад.
Чарли взглядом огладил мои ляжки под до смешного коротким платьем и глубоко вдохнул. Только благодаря долгим тренировкам я не покраснела, поняв, что он делает.
— На вид ты сладкая девочка. Ладно, договорились.
Он протянул руку, и я, опершись на нее, выпрыгнула из кресла.
— Так ты Чарли, да? Не беспокойся, Чарли, с такой, как я, ты еще не встречался.
Чарли вел машину, а я про себя благодарила Бога, что он не потребовал перепихнуться прямо в клубе. Моя игра в шлюху так далеко не заходила. Кости должен был следить за нами издали. Мы надеялись, что Чарли приведет нас к себе — вопреки установленному Кости правилу, согласно которому мне полагалось избегать вампирских баз. Даже если бы оказалось, что он живет не один, информация, которую мы рассчитывали получить, стоила риска.
— Давно работаешь, конфетка? — спросил Чарли, словно говорил о погоде.
— Да примерно год, — ответила я. — В городе недавно, но теперь коплю на новый переезд.
— Тебе не нравится Шалотт? — усмехнулся он, сворачивая на трассу.
Я позволила скрытой нервозности проявиться в голосе:
— Куда мы едем? Я думала, ты просто встанешь у обочины или еще что.
— Как раз «еще что», вишенка, — хихикнул он. — Можешь не сомневаться.
Как должна реагировать настоящая проститутка?
— Эй, далеко не завози. Не хочу потом всю ночь топать пешком до своей тачки.
Чарли повернулся ко мне лицом. Глаза горели, как два изумруда, добродушия как не бывало.
— Заткнись, б…дь е…ная.
— Отлично. Похоже, с любезностями покончено. Вот и хорошо. Ненавижу светскую болтовню.
Я кивнула, по возможности сделав взгляд стеклянным, и молча уставилась перед собой, чтобы не вызывать подозрений.