— Кстати, где твоя спутница? ее разве не будет?
— Она приедет завтра, срочное дело по работе.
Накрыв небольшой стол к ужину, Алиса ушла наверх, а парни жарили шашлык. Мой взгляд был устремлен на экран телевизора, на котором, шел прямой эфир чемпионата из ОАЭ. Я крутила в руке телефон и не выдержала, набрав номер Марка, уйдя в дальнюю комнату.
Набираю абонент несколько раз, но никто не брал трубку. И вот долгожданное «Ало» только голос не его.
— Марк сильно занят?
— Он греется к старту.
Мои мозговые шестерни начали крутиться. Я чувствовала, что он нуждается во мне, не знаю как, но нуждается. У меня лишь одна попытка, поэтому я надеюсь на то, что мое послание дойдет вовремя.
Заходя в гостиную, я смотрю на Лешу, который уже расположился на диване, в ожидание.
— Марк следующий, произносит он, смотря пристально в мои глаза.
Я молча сажусь рядом. Беру бокал с вином и отпивая, в надежде на то, что его команда выполнит мою просьбу. Внутри все напрягается, когда я вижу машину Марка на линии старта. Камера показывает нам пилота за рулем, но за солнцезащитным зеркальным визором совершенно не видно его глаз.
Прошу, Марк, сосредоточься, сделай все, как умеешь, крутиться в моей голове. Когда я смотрю в экран. Машина срывается точно в момент, когда загорается зеленый сигнал светофора. Все идет идеально. Машина переливается на закатных лучах солнца, дым валит из-под задних шин, угол, совершенно идеальный для данной траектории, но потом резко все меняется.
Неожиданно машина Марка распрямляется и, судя по всему, теряет скорость. Комментатор объявляет нам о предположительной поломке. Сидящий рядом Леша, материться на них, а я лишь представляю, как сейчас зол Марк. Он все время говорил, что машина в боевой готовности, и вот что-то пошло не так.
Спустя 5 минут, комментатор сообщает нам о том, что Марк переносится в категорию здоровья. Это означало лишь то, что их переносят в конец турнирной таблицы, давая время на починку машины.
Расстроенные, мы с Лешей переключаемся на общение и еду. Спустя время Миша и Алиса уходят спать, а мы еще остаемся доедать мясо и наслаждаться вином. Алкоголь хорошо расслабил мое тело, что иногда мой язык немного заплетался, а Леша угорал надо мной.
— Слушай, ты разговаривал с Марком обо мне? неожиданно переключаюсь я. Ощущая, резкую нужду поговорить с кем-то.
— Что ты хочешь, услышать Лия?
— Он признался мне, что влюбился, а я не знаю, что с этим делать. Выпалила я, глубоко вздыхая.
— Я в курсе, что он влюблен в тебя, уже давно. Так что этим ты меня не удивила
Я тяжело вздыхаю, откидываясь на удобный диван, и смотрю в белоснежный потолок.
— А ты, типа не влюбилась?
— Я? Леш, это так сложно.
— Разве когда люди влюбляются это сложно?
— Да. Если такие люди, как я, влюбляются это сложно, Леш. Мне нельзя любить, в меня нельзя влюбляться, я…
Я остановилась, смотря на него, понимаю, что начинаю болтать лишнего из-за алкоголя. Что эта тема слишком глубокая и болезненная.
— Что ты? Девочка для меня не секрет, что ты скрываешь что-то очень тяжелое в своей душе. Но нельзя жить прошлым и давать управлять ему нашим будущему.
Я долго молчала, и Леша ничего не говорил. А может он прав. Мне что теперь всю жизнь бояться, что меня вновь кто-то полюбит, а затем ударит?
— Мое прошлое, оно слишком тяжелое, слишком больное и травмирующее.
— Лия, что с тобой произошло?
Леша замечая мой пустой взгляд и тут же берет свои слова назад.
— Извини, я не должен спрашивать. Я вижу, что это слишком личное.
— Я любила человека, что был одержим любовью ко мне. Он хотел контролировать в моей жизни абсолютно все. От того как и с кем я общаюсь до того, во что я одеваюсь. Я считала это нормальным, он же любит меня, а это такое проявление заботы.
Я тяжело вздохнула и отпила еще вина.
— Только любовью это перестало быть, когда он впервые ударил меня. Я помню, как испугалась и помню, как испугался он. До сих пор ощущаю ту тяжесть пощечины. Он просил прощение очень долго, и я его простила. Подписав этим договор порочного круга. Затем появилась дурная компания, алкоголь, наркотики. Макс начал гулять, а я верила, что это все может закончиться. Ему просто нужно помочь, и сама не заметила, как утонула в этом болоте.
— Лия, девочка. Голос Леши звучал тихо, и с непривычной осторожности. Я продолжала говорить, смотря вперед.
— Меня спас мой друг. Артем вырвал меня из этого порочного круга, но это освобождение чуть ли не стоило мне жизни. Когда я вернулась к родителям. Макс нашел меня. Караулил и силком увез на квартиру, где мы жили. Сначала мы просто говорили, а потом все перешло на крики. Видимо, тогда я дернула тот самый рубильник. По итогу я оказалась в больнице с переломом ребер, и сотрясением мозга.