— Малыш, ты чего? все в порядке? Взгляд Марка встревоженный. Он берет мои руки, и я ощущаю разницу температуры наших тел.
Все эмоции были написаны на моем лице. Со мной подобное не случалось уже очень давно, я и забыла, каково это, когда к тебе подкрадывается паничка. Но из-за чего, все же хорошо. Почему именно сейчас мой мозг решил окунуть меня в прошлое.
Продолжая молчать я вижу, что пугаю этим Марка. Господи, Лия, соберись.
— Ножку. Произносит он, склонясь и помогая снять туфли. Его забота — это то, что позволяло мне бороться с накатывающим страхом.
— Ты просто устала. Его пальцы нежно касаются моего лица поглаживая. Лия — это те самые голубые глаза, в которые ты должна смотреть и быть счастлива, он не твое прошлое, он твое настоящие. Глубокий вдох позволил мне освободиться.
— Да, ты прав, я просто устала. Извини
— За что ты постоянно извиняешься? Если ты думала, что я с порога наброшусь на тебя, то ты ошибаешься. Легкая улыбка на моем лице развеивает это напряжение, что возникло по моей вине.
— У меня есть для тебя кое, что. Пошли.
Расположившись на диване, ощущаю дикую усталость в ногах. Все-таки я любитель кроссовок, а не туфель на каблуках. Мой взгляд зацепился за картиной, что я нарисовала Марку, когда он уехал в Дубай. Я рисовала ее несколько ночей, потому что это помогало бороться с тоской. Теперь же она красиво висела на стене.
Перед моими глазами возникла кружка чая и миндальный круассан. Я не верила своим глазам
— Твой любимый
Я ничего в жизни так не любила, как миндальный круассан.
— Как ты узнал?
— Наблюдательность.
— Когда твой лимит заботы иссякнет, Воропаев?
— Некогда. Я видел, сколько ты работала, и то, как ты устала за эту неделю, можешь не скрывать это под маской сильной девочки. Если у меня есть возможность сделать этот день лучше, почему бы и нет. Я обещал наверстать упущенное, так вот Ратманова, наслаждайся.
Мы сидели в гостиной за просмотром, как оказалось, нашего общего любимого сериала. “Как я встретил вашу маму” этот сериал, который я могу смотреть бесконечно долго, и Марк оказался таким же любителем.
— Я хочу, чтобы ты осталась у меня сегодня. Что скажешь?
Мое волнение и тревога давно отпустила меня, и даже эти слова не вызвали этих чувств вновь. То, как он гладил меня легкими прикосновениями, как смотрел, хотелось чувствовать это постоянно.
— Тогда мне нужно переодеться, во что-то более удобное.
Далеко не скромная улыбка появляется на лице парня от моих слов. Его рука зарывается в моих волосах, притягивая за затылок к его губам. Медленным, но глубоким поцелуем он отключает мой мозг. Разве можно так хорошо целоваться. Воропаев бьет все рекорды по уровню поцелуев в моей жизни. Его руки слегка притягивают меня к своему телу, так что я оказываюсь, лежа сверху. Марк останавливает наш поцелуй, рассматривая меня.
— Можешь взять в шкафу все, что тебе нужно.
Зайдя в спальню, мой взгляд прошел по пространству. Окно в пол открывало вид на ночную Москву, завораживающе. Большая серая кровать, с виду казалось очень удобной. Большой шкаф по левую руку от двери. Комната оформлена в сдержанных серых оттенков. Но в ней было отражение Марка, если бы, он выбирал, из тысячи дизайнов-то выбрал бы именно такой.
Открыв шкаф, я немного была шокирована такому количеству одежды. Только сейчас ко мне пришло осознание того, что парень никогда не ходил в одном и том же. Каждый день на нем была разная одежда. Достав с полки черную футболку, с каким-то необычным японским принтом на спине, я быстро переоделась. Но не успела выйти из комнаты, как увидела стоя́щего в дверном проеме Марка.
— И давно ты там стоишь?
— Не переживай, я не подглядывал.
— Какой воспитанный мальчик.
— Отчасти. На его лице читалось возбуждение, глаза горели, а ямочки показывали мне довольство.
Марк стремительно сокращал расстояние между нами, пока я оставалась стоять на месте, словно мне загипнотизировали. Он останавливается возле меня, его руки берут мое лицо, приподнимая, чтобы наши взгляды встретились.
— Ты в моей квартире, в моей футболке, что может быть лучше. Хотя…
Он переводит взгляд за мою спину и возвращает его обратно к моим глазам. Я могу лишь догадываться о том, что пришло ему в голову.
— Мне интересно, что может быть лучше? Шепчу, смотря на него безотрывно.