В далеко послышался приближающийся девчачий голос.
— Марк!
И через считаные секунды Лия стояла у входа в гараж, бегая своими большими зелеными глазами то на меня, то на машину, с которой я снял чехол.
— Вау, это она. Я помню несколько фотографий с ней. Ее глаза были полны восхищения и какого-то детского восторга. То, как у нее загорелись глаза при виде машины, моя награда. Разве бывают такие, как она.
— Да, моя первая любовь.
— Так, твоя мама сказала, где-то здесь стоит банка с соленьями мне нужно ее. Она так объяснила, что я ничего не поняла особо.
Подойдя к стеллажу, взял банку с полки и передал ее в руки девушки. Та в ответ улыбнулась и прошептала — Ты обязан, меня прокатить на ней. Покататься за рулем не прошу, знаю ведь, что не дашь.
Лия ушла так же быстро, как и пришла. А я вязал инструменты и вернулся к отцу. Мангал собирался довольно просто и быстро, во время этого мы обсуждали сезон в дрифте, соперников, перспективы дальше. Все, о чем мы с мамой не говорим, потому что это ношу забрал полностью отец на себя.
На веранде послышались женские голоса, заставляя нас обернуться.
— Хорошую ты себе девчушку выбрал, красивая. Проговаривает отец, довольным голосом. — Сильно моложе тебя?
— Я что так заметно постарел?
Отец засмеялся во весь голос, а я вместе с ним.
— Ну, что ты.
— На пять лет младше меня, ровно так же, как у вас с мамой
— Да, ладно, это же я так спросил. Все это не важно, главное, чтобы вы понимали друг друга.
— Тут ей нет равных. Красивая, умная, любит искусство, рисует, любит машины, сама чемпионка России по карту, чудо какое-то.
Отец бросил еще один взгляд в сторону веранды и тихо произнес.
— Ну теперь мне стало все понятно, почему она.
Непонимающим взглядом смотрю на отца, что высыпает угли в мангал.
— Скажу прямо Марк, ты знаешь, я по-другому не умею.
Отец тяжело вздохнул и присел напротив меня. — Ксюша бывшая твоя, никогда не была тебе парой. И дело-то вовсе не в поступках, она не из твоего мира сын. Не понимала она тебя, не горели у нее глаза рядом с тобой, да и то, что вы называли любовью, не было ей, а если бы было уехала бы за тобой хоть на край света. Но и этого не случилось.
Отец замолчал, а я переваривал его слова и просто молчал.
— А сейчас Марк ты другой. От тебя жизнью пахнет, глаза светятся, улыбаешься. Да даже тот встревоженный парень, что приехал к нам на Новый год, был счастливее того, что был пару лет назад. Значит, эта милая особа, хорошо тебя понимает, раз смогла тебя приручить. Я признаю́сь, думал, ты до конца своих дней, холостяком проходишь, как ты год назад избирательно отшил двух прекрасных дочек, нашей близкой знакомой. Ох, как мама ругалась после твоего отъезда, умоляла меня поговорить с тобой. А что я тебе скажу, если у тебя сердце не отрекаются на них. Так вот, к чему я это все, сейчас веду. Глупо было бы спрашивать серьезно ли это все, раз ты привез ее сюда, значит, серьезно. Я хочу лишь услышать от тебя, что там на сердце? хорошо все стало?
Я долго молчал, осознавания все услышанное от отца. Мой взгляд прошелся по веранде, где мама с Лией расставляли посуду. Нежная, хрупкая, но такая сильная душой и характером. В голове поплыли фрагменты наших жизней. Объятия, с ароматом цветов, поцелуй со вкусом вишни, взгляды глубже, чем любые разговоры.
— Я никогда так не любил пап. Она пришла, и все померкли, в ней есть все, а самое главное у нас один взгляд на эту жизнь. Я знаю, что если приду завтра к ней и скажу, меня позвали в Америку, поедешь со мной, она бросит все и будет со мной до победного, а я с ней. Видимо, я нашел, то, что предначертано мне судьбой.
— Ты ж мой лев. Я рад за тебя. Теперь мое сердце будет за тебя спокойно. Родители у нее есть? чем занимаются?
— В живых только отец. У него свое рекламное агентство, мамы не стало несколько лет назад, все, что о ней знаю, она занималась искусством.
— Девочка с приданным значит.
— Бать так уже никто не говорит
— Ну все же.
— Типа того, но ты же знаешь, что я давно не нуждаюсь в чужих деньгах.
— Знаю. Ладно, иди к своей ненаглядной, а я дальше сам.
Я тихо прокрадываюсь в дом, слушая о чем беседуют две самых дорогих женщины в моей жизни. Лия рассказывает о своей семье. Остановившись в дверном проеме между кухней и гостиной, подслушивал их разговор, не давая о себе знать. Они так увлечены, что вовсе меня не замечали меня. Но стоило Лии подойти к раковине, как в окне она замечает меня, и возвращает меня в реальность.