— У девочки должны быть глаза Папы. Такие же бездонные, в которых хочется утонуть.
— Безусловно, чтобы я поседел раньше времени и купил ружье для того, чтобы отгонять ухажеров.
Я начинаю смеяться, представляя себе это, но Марк остается непоколебимым. — Выдумщик
Нашу идиллию прерывает Ника. В одной ее руке машинка красного цвета, а в другой маркер.
— Деда сказал мне, что я у гоночной машины должен быть номер. Дядя, напиши на ней номер.
— Какие цифры ты хочешь
Она мило показывает на пальцах и повторяет четко их название — Пять и это
— Пять и три?
— Дя
Мне показалось, что я улыбалась слишком сильно, умиляясь с той картины, что была передо мной. Почему все так радужно, разве так бывает. Марк отдает машинку в маленькую ручку, и девочка убегает обратно к дедушке.
— Почему ты ездишь именно под восьмым номером? Неожиданный вопрос, почему-то заставляет Марка, глубоко вздохнуть. Его взгляд снова возвращается ко мне.
— Восьмерка, знак бесконечности. Моя теория проста. Я буду любить этот вид спорта до бесконечности. Затем Марк делает небольшую паузу и продолжает, но уже более тише и мягче — Еще, я буду любить тебя до бесконечности. Его губы были в пару миллиметрах от моих. — Устраивает такой ответ, ангелок?
— Вполне. Также еле слышно произношу в ответ.
— Я согласен, на предложение спонсоров.
Его ответ, настолько резко меняет мое настроение, что я отстраняюсь от его лица.
— Правда? Нескрываемая улыбка озаряет мое и его лицо.
— Правда, но есть одно условие.
Взгляд меняется на более серьезный. Мимо глаз не ускользает, как напряглись его плечи и руки. Что это за условие такое.
— Ты переезжаешь ко мне жить.
Его слова обескураживают меня. Я стараюсь сдержать лицо, не показывать всего шквала, что обрушился сейчас на меня. Переехать к нему, это быть в одной квартире, каждый раз, когда мы совпадаем графиками нашей работы. Несмотря на то, что Марк бо́льшую часть в разъездах, или на тренировках до поздней ночи, мысль о том, чтобы жить вместе, почему-то загоняет меня в темный угол.
— Марк, я… это. Произношу дрожащим голосом. В ответ его руки обхватывают мои, большим пальцем он поглаживает мою тыльную сторону ладони, успокаивая меня.
— Лия, я так сильно люблю тебя. Что вот в такие дни, как этот не могу сдерживать себя, постоянно хочу тебя обнимать, целовать, вдыхать твой аромат, слышать голос. У нас так мало бывает этих дней, поэтому хочу, чтобы ты была дома, в моем доме. Чтобы я приезжал, а ты спала в моей кровати. Лия я вроде взрослый мальчик уже, но рядом с тобой превращаюсь в школьника. Этот разговор о детях, что ты завела, прорезал во мне какую-то нескончаемую брешь любви к тебе. Однажды у нас может быть все, если ты, конечно, захочешь. Я хочу начать с того, что бы ты переехала ко мне. Что скажешь, мой ангелок.
Я молчала, мучительно долго, как для него, так и для себя. — Марк, ты же не против, если, я все хорошенько обдумаю? Так мне будет легче, хорошо?
— Конечно. Его рука притягивает меня за затылок к его губам. Поцелуй получается коротким, но пропитанный нескрываемой нежностью.
Глава 33. Возвращение прошлого.
Лия
Глубокий сон нарушается звуком непрекращающейся вибрации телефона на прикроватной тумбочке. Проснуться получалось с трудом, я всей душой уже ненавижу человека, что решил прервать мой сон. Пока моя рука медленно и с трудом тянется за телефоном, я надеюсь, что кто-то на той стороне передумает и сбросит вызов. Но нет, вызов продолжается. Нащупав телефон, на автомате смахиваю принятие вызова и отвечаю на звонок, даже не взглянув на номер.
— Алло. Звучит сонно и хрипло моим голосом.
— Малышка… Прости, что разбудил тебя. Я не могу без тебя. Знаю, что прошло много времени. Я пытался забыть, но у меня не выходит. Я знаю, что ты в Москве, я тоже тут. Давай просто увидимся и поговорим.
Сон испаряется в считаные мгновения, когда слышу до ужаса знакомый тембр голоса, на той стороне провода. Голос, который вызывает во мне чувство страха и заставляет меня бежать от него сломя голову. Голос, который я училась забывать несколько лет, и который надеялась больше никогда не услышать.
Я не способна ничего ответить, и притворится, что это не я тоже не получится. Лишь сбрасываю звонок и перевожу телефон в авиарежим. Чувствуя, как тело сковывает невидимая тьма, пробивая дрожью каждое нейронное соединение. Тревога стремится накрыть мое сознание волной, заполучив надо мной власть.