— Давай, Марк, езжай на прогрев. Произнес мой споттер в рацию, возвращая меня в реальность. За пять минут прогрева я выкидываю из своей головы все. Оставляя только концентрацию на машине и ее зеленые глаза.
Останавливаюсь на линии старта. Два проезда. Один в качестве лидера, второй в качестве преследователя. Преследовать сейчас мне нужно было темно-синюю шевроле вайпер. За рулем которой сидел гонщик Никита. Мы с ним знакомы уже четыре года, и за все время нашей дружбы я обходил его каждый раз, когда мы попадали в сетке заездов на друг друга.
Два красных и один зеленый, заставляют сорваться наши машины с места. Прямой участок разгона позволят набрать скорость до ста пятидесяти километров в час. Никита ловко совершает постановку машины, боком, вписываясь в границы трассы идеально. Я следую за ним, не теряя темпа и угла, стараясь приблизиться своей машиной к его, сократить этот разрыв до минимума. Ведь именно это, по мнению судей, в этом сезоне может стать решающим при определении победителя в заезде.
Казалось бы, проезд длится от силы сорок секунд, а в моменте ты ощущаешь его как вечность. Работа с педалью газа и тормоза, происходит на автомате. Перекладка машины из стороны в сторону происходит синхронной с машиной, едущей впереди. Я почти не работаю ручником, потому что мой соперник задает нехилый темп, не совершая ошибок. Салон заполоняет едким дымом, когда мы едем впритык. Сокращая расстояние еще сильнее, до минимума, преследую его машину последний оцениваемый участок. И вот он финиш. Тяжелый вдох-выдох. Идеально.
Легкая передышка. У нас есть одна минута пребывания в Хот Пите. К машине подлетает мой споттер, начиная показывать запись с нашего заезда.
— Ты был очень близко, это шикарно. Он ошибся в манже, за это ему не простят. Сейчас цель проехать лучше него Марк, надо работать. Выложись.
Споттер хлопает меня по плечу, Леха одобрительно показывает знак, что с тачкой все ок и отпускают меня вновь на линию старта.
Работать — значит работать. В этом сезоне я был ближе всего к чемпионству. Личный, зачет и командный, мы были на первом месте турнирной таблицы, а значит, работать нужно больше обычного. Ведь есть ради чего.
Проезд лидером начинается, как обычно. Разгон до ста сорока пяти километров в час, первый оцениваемый участок, три клипа. Проще сказать квадратика, которые я обязан собрать задней осью своей машины. Угол не кажется таким бешеным, когда едешь за рулем. Дергаю ручник, захожу по кромке белой линии в нужную траекторию. Перекладка, выворот руля в противоположную сторону. Я наизусть знаю трассу, наизусть знаю задание, поэтому уверен, что собрал весь оцениваемые участки как надо.
Вайпер слегка отстает от меня, увеличивая разрыв между нашими машинами. Я незамедлительно по траектории еду в третий участок, который проходит чуть сложнее из-за пригорки, в которую машина так ненавидит заходить боком. А следом газ, участок, где нужно поднабрать скорости, чтобы войти в последнюю зону трассы. И все бы ничего, но тут я ошибаюсь. Маши скользит, заехав на поребрик. Я сто процентов вывалился за белую линию, но быстро прибрал угол, вернулся на траекторию и завершил заезд.
Возвращаясь в бокс, я прокручивал заезд в голове. Если бы не финальная ошибка, мать его. Машина просто проскользнула, словно там разлили масло. Надеюсь, судья оценят заезд как полагается.
Выходя из машины, снимаю шлем и ощущаю свежесть, что касается моей кожи и волос. Я блядь весь мокрый, чертово лето.
— Бро ты в деле, — произносит споттер. Обнимая меня, с улыбкой на лице.
— Я прошел?
— Да, Никитос сильно налажал за тобой, так что твоя ошибка не в счет с его.
Команда поздравляла, один за другим. Я потихоньку продвигался вглубь бокса. Мои глаза заметили Лию. Она сидела на стуле, ее нога подрагивала. А взгляд был слишком взволнованный. Наши глаза встретились, и я увидел испуг в ее взгляде. Все померкло в ту же секунду. Победа, гонка, машина да все к черту пошло. Что случилось с моим ангелом.
Подходя к ней, Лия поднимается со стула и замирает. Моя ладонь касается ее щеки, мягко поглаживая большим пальцем, сухая значит не плакала. Уже хорошо, — выдыхаю с облегчением. Второй рукой обхватываю ее руку, переплетая наши пальцы. Холодная ладонь резонирует с моей горячей. Нервничает, ее руки всегда холодеют, когда она переживает. Что, черт возьми, случилось
— Лия, ты в порядке? что-то случилось? Произношу негромко, надеясь услышать ответ незамедлительно. Кому-то опять придется набить морду? Она медленно переводит свой взгляд на меня, все такой же потерянный и испуганный. Отчего внутри все начинает сжиматься.