Я делаю шаг, опускаюсь на корточки перед ней. Беру ее хрупкие руки в свои.
— Посмотри на меня, — прошу тихо.
Оля поднимает глаза. В них — не только боль. Там ещё вопрос. Надежда. Вера в то, что брат найдет выход. Как делал это всегда, пока мы были мелкими.
— Мы начнём сначала, — говорю чётко. — Не с нуля — с опыта. Ты умная, сильная, красивая. Ты достойна большего. Поверь, однажды то, что ты испытываешь сейчас, не причинит тебе боли.
Она качает головой: — А Ника? Она же любит его…
Замолкаю. Да, есть же еще маленькое безумие по имени Ника. Ребёнок, которому придётся объяснять, почему папа теперь живет отдельно. Почему папа перестал любить маму. Господи, спасибо, что, однажды расставаясь со своей бывшей, я не заделал детей.
— С Никой мы что‑нибудь придумаем, — отвечаю, стараясь, держать тон более уверенным.
— Сначала — ты! Отдохни. Завтра — первый день новой жизни.
Она выдыхает. Впервые за вечер — глубоко, свободно. Я даже замечаю легкую улыбку.
— Ты всегда знаешь, что сказать, — шепчет, потянувшись ко мне за объятиями.
— Это потому что я твой брат. И я всегда буду рядом, помнишь?
— Конечно, помню.
Поднимаясь, я протягиваю Оле руку. — Пойдём, пчелка. Уложим тебя спать. А завтра — будем решать проблемы. По одной.
Она берёт меня за руку. Её пальцы всё ещё ледяные и подрагивают, но в глазах уже не отчаяние. Там — слабый, но живой огонёк. И этого пока достаточно.
— Не называй меня пчелкой, мне не десять.
Уголки моих губ, стремительно тянуться кверху. Перед глазами картина из детства. Оля с охапкой полевых цветов бежит к маме навстречу, зарываясь носом в этот букет. Наверное, он пах безумно вкусно. Остановившись, девочка протягивает маме букет, но всех привлекает не яркие цветы, а ее мордашка. Щеки и нос покрыты желтой пыльцой, которую она не чувствует. Она так была похожа на пчелку, что трудилась, собирая эту красоту для мамы.
Бросаю еще один взгляд на сестру, да она почти не изменилась. Приобнимаю ее за плечо, прижимая к себе поближе.
— Да ладно систер, ты всегда для меня останешься пчелкой.
Когда Оля засыпает, я беру подушку, плед и укладываюсь на диване. В руках телефон, ищу контакт адвокаты, который поможет в бракоразводном процессе. Нужно выбрать лучшего, чтобы без лишних судов и дележки. Ника, маленькая, она не поймет, всего во, что ее могут окунуть. Я не хочу, чтобы она страдала из-за помутнения рассудка ее папаши.
Блокирую телефон, откладывая его в сторону, и тру руками лицо. Надо поспать, утро вечера мудренее.
Проворочавшись полночи на этом красивом, но совершенно неудобном диване, я просыпаюсь на запах еды, что доноситься с кухни. На полу, нащупав телефон, смотрю на время. Десять утра, а ощущение что пять. Медленно поднявшись, одеваюсь и следую на кухню, где сестра готовит еду.
— Доброе утро, пчелка. Произношу слегка подсевшим голосом. Оля вздрагивает и резко оборачивается
— Напугал, дурак…Есть будешь?
Рассматриваю ее лицо, красные следы потихоньку превратились в розовые, оставив на лице моей сестры всего лишь отеки и отчетливые синяки под глазами. Но взгляд кажется уже более живым. Киваю на ее вопрос и удаляюсь в ванную, чтобы умыться.
Возвращаясь на кухню, издаю довольный стон, ощущая аромат кофе и еды. Боже, как стало хорошо, в этот момент. Мы поглощаем сырники, запивая кофе, и говорим исключительно о Нике, которую нужно бы сегодня забрать от наших родителей. Но я замечаю, как Оля не готова к этому. Ей нужно время побыть одной, она заслужила.
— Этот чертила, не хочет с ребенком побыть? спрашиваю максимально сдержанно
— Марк. Возмущается сестра, судя по всему, на то, как я обозвал ее бывшего муженька.
— Что?
— Я не знаю, мы говорили с ним последний раз дня четыре назад. Сам понимаешь, там и не было речи о том, чтобы определить, когда и у кого она будет.
Тяжело вздыхаю, потираю виски. Ну почему с ними, почему именно с ними это все происходит. Опускаю, кружку с кофе на стол громче чем нужно было и перевожу взгляд на сестру.
— Короче, план такой. Я беру Нику сегодня на себя, а ты отдыхаешь! Отдыхаешь, Оля, тебе понятно это слово? Сходи в спа, не знаю, прическу смени, одежды, купи, все что хочешь. Прошло время для страданий. Завтра встречаемся с адвокатом, который будет вести ваш развод, а потом свяжемся с этим чертом и утрем ему нос.
Сестра смотрит на меня, хлопая ресницами, и я понимаю, что, что-то не так.
— Что? говори. Произношу, слегка надавливая на нее своим тоном.
— Марк, у меня нет денег. Я ушла с работы еще перед Новым годом. Оля пожимает плечами. Тяжелый вздох вырывается из глубины души, где идет отчаянная война, с тем чтобы найти этого черта и вправить ему мозги.