— Улыбнулась, молодец, — подмигивает он, и наши взгляды на мгновение замирают, прожигая друг друга. В этом взгляде — не просто внимание, а какое‑то тихое понимание, будто мы оба знаем, что сейчас происходит что‑то важное: момент, когда чужой человек становится чуть ближе.
— Так, пока едем, ты расскажешь мне один свой секрет из детства, — неожиданно заявляет Даня.
— С чего бы это? — удивленно приподнимаю бровь.
Он оборачивается ко мне, пристегивая ремень безопасности:
— Вообще‑то, я тебе про какао рассказал. Теперь твоя очередь.
Я смеюсь — так легко и открыто, что сама удивляюсь. Над тем, с какой серьезностью он это произнес, будто речь идет о каком‑то священном договоре.
— Хорошо, секрет из детства, — соглашаюсь я.
— Который никто не знает, Лия, это важно, — настаивает он с нарочито строгим видом.
Я киваю, пытаясь вспомнить что‑то по‑настоящему личное, что‑то, о чем редко рассказываю.
— Мне было семь лет, когда я заперла своего отца в кабинете и ушла гулять на улицу, — начинаю я, и сама начинаю улыбаться от этих воспоминаний.
— Что ты сделала?! — Даня удивленно поднимает брови, но в глазах — только веселье.
— Я не знаю, зачем это сделала, — пожимаю плечами. — Он много работал дома, а я очень хотела гулять. И вот… зачем‑то его там закрыла. Обосновывала это тем, что если бы он услышал, что я ухожу, то не смог бы меня догнать.
— Боже, тебе потом влетело, наверное?
— И не говори, — смеюсь я. — До сих пор помню, как они с мамой кричали на меня. Но знаешь, это был мой первый бунт, — добавляю я с легкой иронией.
Оставшаяся дорога до отеля кажется уже намного легче. Мы обсуждаем детство, то что наполнено исключительно положительными эмоциями. Кажется, ему действительно получилось спасти меня этим вечером. Ведь смотря на входную дверь, ведущую в отель, я понимаю, что этим вечером я улыбнусь своему отражению и усну без слез на глазах.
Даня вновь отвлекает меня, возвращая внимание на него
— Надеюсь, тебе стало легче? — спрашивает он мягко, поворачиваясь ко мне.
— Да, Дань. Спасибо тебе, — искренне отвечаю, чувствуя, как в груди разливается благодарность.
— Я рад, что помог такой сильной девушке, — улыбается он. — Ты справишься. Просто помни: ты не одна. Пиши, если нужно плечо для слез.
Я слегка смеюсь, и мы вместе выходим из машины, направляясь в отель.
Оказавшись в своем номере, первым делом достаю телефон — Катя написала несколько сообщений с поддержкой, а папа звонил пару раз. Я набираю его номер. Разговор получается теплым, легким, и остатки вечера проходят с улыбкой на лице — впервые за долгое время я чувствую, что все не так уж плохо. Где‑то рядом есть люди, которые готовы поддержать, а значит, можно сделать шаг вперед.
***
Утро следующего дня началось для меня с какой-то новой страницы. Я улыбнулась солнцу, что пробралось лучами в мою комнату. Улыбнулась себе в зеркале и даже сделала макияж так, чтобы подчеркнуть выразительность своих глаз.
Утренний звонок от моей Итальянки, и вовсе скрасил начало дня. Я попросила Катю больше не говорить со мной о том, что произошло в моей жизни, и не спрашивать “как я”. К чему она отнеслась с пониманием и ловко перевела тему на себя.
Подруга вещала новость, о своем новом ухажере, с которым она собралась в отпуск на Санторини. По ее словам, мужчина хорош собой. Высокий брюнет, с темными глазами, и очаровательной улыбкой, владелец винодельни, но вот зацепил ли он сердце моей неприступной Итальянки, очевидно, что нет.
На мой вопрос “Что ты чувствуешь?” Катя лишь пожала плечами и сказала: “я не знаю”.
Пока я собиралась на работу, говорящая голова по видеосвязи рассказывала мне об итальянце. Мы пытались разобраться в ее чувствах к нему. Но как показала практика для таких тем, нам нужно было не свободный час моего времени, а как минимум пару выходных.
Поэтому диалог мы заканчивали, не разобравшись в ситуации.
— Давай вернемся к твоему итальянцу, когда я приеду в Москву, — предложила я, улыбаясь, смотря на Катю.
— Окей, красотка! — весело откликнулась Катя. — А пока наслаждайся своими гонками. Это ведь то, о чем ты мечтала Лия, помнишь?
Конечно, я помнила, каждый день помнила. Несмотря на все остальное.
— Да, Кать. Все целую, обнимаю, я побежала.
Выходя из отеля, я сразу же замечаю на парковке знакомую машину — ту самую, что вчера везла меня домой. Рядом у открытой двери стоит Даниил и как раз собирается сесть за руль.
— Привет! — громко окликает он, широко улыбаясь и махая мне рукой, как только наши взгляды встречаются.
Я спускаюсь с крыльца и направляюсь к нему, невольно ускоряя шаг.