— Хотела попросить, чтобы ты взял меня с собой, если поедешь в Москву завтра.
— Поеду завтра, сегодня отосплюсь, во сколько ты закончишь дела?
— К вечеру не страшно? не ломаю твои планы?
— Нет, напиши мне, во сколько тебя забрать
Она кивает с улыбкой на лице и тянется ко мне и обнимает нежно и аккуратно. А я ныряю в ее аромат духов, он другой, не как в ту ночь на вечеринке. Сейчас он более сладкий и пряный, идеально подходит под осеннюю погоду. Осознаю, что она пахнет ванилью, что хочется попробовать ее на вкус. Несколько секунд объятий заканчиваются и она выходи из машины и машет мне. А сердце делает пару неровных ударов, к черту я потерян. Разворачиваюсь и лечу на автодром.
***
В девять вечера я ждал Лию на парковке возле ее дома. Дом стоял на откосе склона. Вид многих квартир выходил на реку, что показалось мне очень красивым. Насколько я знаю, этот город славится своими закатами. Обладатели этих квартир, очевидно, большие везунчики, наблюдают шикарный вид на реку, над которой пылает оранжевыми красками закат.
Лия вышла из подъезда с большим рюкзаком на плече. Ее внешний вид был таким расслабленным, спортивный костюм цвета изумруда ей подходил. Подчеркивал эти безумные глаза, которые меня манили раз за разом.
Она расположилась на пассажирском сиденье. Я только сейчас заметил, что на ней совершенно не было макияжа, а волосы были собраны в аккуратную косичку, что начиналась с середины головы. Она выглядела так просто, по-настоящему и так соблазнительно красиво.
Мы выехали из города, на улице уже стояла ночь, холодная и темная, но рядом с ней мне становилось теплее всего. Лишь огни ночной трассы освещали пролетающие пейзажи. Мне не хотелось ехать быстро, мне хотелось растянуть этот маршрут в 400 км на подольше. Потому что она была рядом, такая спокойная и тихая.
Её голос раздался неожиданно, вырывая меня из потока моих мыслей.
— О чем ты думаешь?
— Всё тебе скажи. С улыбкой отвечаю.
— Ну давай поговорим о чем-нибудь, я не хочу спать и молчать не хочу.
— Хорошо, давай.
Я мельком посмотрел на нее, видя, как она заулыбалась, она точно что-то придумала.
— Давай устроим блицопрос, пять я тебе, пять ты мне.
Боже, блицопрос. Это рассмешило меня: ну хорошо. Надеюсь, у этих вопросов не будет потайного смысла, от которого мне некуда будет деться.
— Начинай. Говорю ей
— Какое твое любимое блюдо?
После услышанного вопроса в моей голове возникает лишь одно блюдо, то что мы готовили в тот ночной ужин на ее кухне, но любимым было совсем другое.
— Мамины блины с творогом.
— О, это хорошее блюдо, так, продолжаем, любимая музыкальная группа.
— Нет такой, правда.
— Ну тогда песню, которую часто слушаешь в последнее время.
Я призадумался и открыл на телефоне свои сохраненные треки. И ткнул в тот, что действительно был на репите последние недели.
Из колонок доносилась музыка, песня автора Джинсы Тарковского — «Атлантида». На что Лия отреагировала удивленно:
— Обожаю, пожалуйста, погромче.
Эта девочка сводит меня с ума не на шутку. Особенно когда сидит рядом и поет песни. В частности второй припев так эмоционально и громко.
Тушь стекает по щекам и превращается в чернила
Чтобы юный Пастернак их в феврале достал и плакал
Ты лежишь на поле в маках, в кроссах Найки и без майки
Майк Науменко в наушниках спросил где ты и с кем
Моя сладкая свобода, горькая настойка с клюквой
Я залип на энной букве, так уютно абсолютно
Так беспамятно и нежно, беспринципно и мятежно
Так рука твоя чесала ухо лысому коту
Когда песня заканчивается, я автоматически убавляю громкость. И перевожу на нее довольный взгляд.
— Так, едем дальше, любимый цвет? — восторженно спрашивает она.
— Синий, наверное. Пожимаю плечами, ведь давно не думал об этом.
— Сколько у тебя отношений было? Ну прям серьезных.
Неожиданно она свернула, что я даже опешил. Наверное, весь этот блиц и был ради этого вопроса.
— Одни.
— Я удивлена. Произносит твердо Лия.
— Чему? Думаешь, я заядлый бабник?
— Нет, я этого не говорила.
— Да ладно, что дальше? У тебя остался один вопрос.
— Почему расстались?
Так вот, для чего все это было. Девчонки такие девчонки.
— Отношения на расстояние это тяжело, наши не выдержали
— Мне жаль. Произносит более грустно.
— А мне нет, иначе бы у меня не было этого момента.
Разбавляю, наблюдая украдкой, как меняется ее выражение лица. Она улыбается мило, но аккуратно, понимая, что речь идет о ней. Слишком скромная, это сводит с ума, хочется раскрыть ее нутро и понять, что скрывается за всем этим образом.