— Мы уже несколько недель ломаем голову, как сделать из «Новой жизни» хороший кооператив, — начал приземистый, низколобый Макаи. — Моему другу Лимпару пришло в голову, что мы большего добьемся втроем. Вот мы и позвали тебя, Ференц.
«Расскажи своей бабушке», — подумал Ференц Мок, но и бровью не повел.
— В конце концов, у тебя есть опыт ведения большого хозяйства, — прибавил Макаи.
— У тебя был маленький, но хороший кооператив, — сухо вставил Лимпар, словно подтверждая его слова.
«Что им надо? Почему они начали издалека?» — терзался сомнениями Ференц Мок, но ему льстило, что у него есть «опыт ведения большого хозяйства».
— Такой же надо сделать из теперешнего, — сказал Макаи.
— Конечно, но для этого нужен подходящий человек, — заметил Лимпар.
— Он уже есть, — подхватил Макаи.
— Только на другом посту, — значительно добавил Лимпар.
— Вот почему мы пригласили тебя, Ференц.
«Постепенно вы все выложите», — подумал Ференц Мок и спросил?
— Что в кооперативе вам не нравится?
— Плохое руководство.
— Люди не довольны.
— Работа не ладится. Весь осенний урожай еще в поле.
— Председатель молодой, легкомысленный.
— Вы ж его выбирали, — с кислой улыбкой сказал Ференц Мок.
— Не я, — возразил хозяин. — Я вступил в кооператив позже. Он и его заместитель силой заставили меня подписать заявление. Били меня по лицу, пока оно все не распухло.
— Ну да?! — с удивлением протянул Ференц Мок.
— А ты что, не знал?
— Нет. Почему же ты не пожаловался?
— Я думал, они заручились твоим согласием. Да что говорить об этом! Теперь уж я не хочу выходить из кооператива. («Не может быть», — подумал Ференц Мок.) Скажу откровенно, мне нравится кооператив. Но только из-за того, что лесопилка принадлежала мне и я сам управлял машинами, нельзя же взваливать на меня подсобную работу и сажать мне на шею бухгалтера.
«Ага, ты не доволен, что тебе не дают воровать», — мелькнуло в голове у Ференца Мока.
— А почему меня председатель уволил? — спросил Лимпар. — В назидание другим. Пусть видят, что он не побоится пойти и против отца родного.
— Карьерист.
— Гм, на то была и другая причина, — заметил Ференц Мок.
— Какая? Та, что мой приусадебный участок оказался больше нормы? Я и сам не знал, сколько в нем хольдов. Думал, сколько положено. Землю выделял не я, а правление. И кстати, какое это имеет отношение к моей работе на складе? Там не было недостачи. Разве была недостача?
— На складе не было, — значительно вставил Ференц Мок.
Лимпар пронзил его взглядом, но, решив не придавать значения его словам, сказал:
— Из всей деревни ты один годишься в председатели.
У Ференца Мока от волнения пересохло во рту. Он вспомнил общее собрание, на котором его не выбрали в правление, свое разочарование и позор. Вот как, теперь они уже жалеют об этом. Рано или поздно правда всплывает, как дает росток семя, затерявшееся среди камней. Драхош сказал: «Не проявляйте нетерпения. Должность председателя кооператива — не тепленькое местечко для пенсионера. Это сито. Кто не подходит, отсеивается. И его сменяют другие». Сменит он. Ференц Мок почувствовал легкое головокружение. Он преодолел его, взяв себя в руки, и посмотрел на своих собеседников. Он увидел перед собой два возбужденных лица — одно пухлое, другое худое, — не сводивших с него жадного взгляда. Хищного взгляда.
Ференц Мок сразу протрезвел. Отпил еще глоток вина, чтобы смочить пересохшее горло. Облокотясь о стол, он в упор смотрел на лица Макаи и Лимпара.
— Ну и что вы от меня потребуете, если я стану председателем? — спросил он прямо и беспощадно.
Те оторопели.
— Как так?
— Ты умеешь отстаивать интересы кооператива.
— У тебя есть опыт ведения большого хозяйства…
— Я не о том, — прервал поток их лести Ференц Мок. — Для себя что вы потребуете?
— Ничего.
— Совсем ничего.
— Одним словом, ничего.
— Самое большое, расплаты за причиненную обиду.
— Самое большое. Да и то, потому что это действительно обида.
— Ладно, — махнул рукой Ференц Мок. — Хватит играть в кошки-мышки. Допустим, я смою вашу маленькую обиду, если стану председателем. Но я не стану председателем только оттого, что вам обоим этого хочется.
С лиц его собеседников исчезла наигранная улыбка. Лимпар насмешливо скривил рот, Макаи насупил густые брови.
Как при заключении всякой сделки, атмосфера стала напряженной. «Я прошу столько-то. А ты сколько дашь?»