Судя по ее восторгу прошлым вечером за ужином, я понял, что это сработало.
Маме было плевать на всех, кроме себя. Затем стоял Каин. Потом папа. Ну и напоследок я. Я был последним, потому что был «проблемным» ребенком. По крайней мере, в ее глазах.
Эта мысль заставила меня напрячься от раздражения. Я закрепил свой велосипед на стойке, расстегнул пальто, потому что, несмотря на холод, я вспотел во время поездки, и направился к Центру.
У нас рядом с домом находился хороший спортзал с длинным бассейном, но я забыл об этом месте, с тех пор как вчера ночью положил голову на подушку и проснулся сегодня.
Теодозия.
Она была всем, о чем я мог думать, и да, эта девушка была странной, но одновременно и безобидной.
Она заставила меня улыбаться. Я ценил то, что она разглядела порочность моего брата, но, кроме этого, наблюдение за ней в воде доставляло радость.
Итак, я заплатил за абонемент, который позволял мне пользоваться бассейном следующие три месяца, зевающему дежурному в странной кабинке, заставившей меня задуматься о том, бывают ли тут проблемы с вооруженными ограблениями, и направился в мужскую раздевалку.
Все вокруг было из эпохи девяностых, что говорило о том, что в какой-то момент после постройки здесь проводился ремонт. Тем не менее, все было устаревшим. Ничего особенного. Никакого шикарного мыла и мягких полотенец у раковин, никаких динамиков с успокаивающей музыкой. Ничего этого не было.
Здесь стоял запах дешевого дезинфицирующего средства, и все вокруг было одного цвета авокадо. Шкафчики выглядели в лучшем случае подозрительно, но я не брал с собой ничего ценного, поэтому решил, что можно не беспокоиться о их надежности.
Переодевшись, я засунул вещи внутрь. Пройдя душевую, вошел в маленький зал, в котором был детский бассейн, соединенный с большим. Плитка была не самой лучшей, тусклой, но она была чистой.
Подойдя к бассейну, я осмотрелся. Свет мне понравился — он был не слишком ярким, в самый раз чтобы не ненавидеть просыпаться так рано ради тренировки, и мне понравилось, что здесь было тихо.
Спортивный центр, в котором я обычно занимался, в это время был уже переполнен. Многие люди, желающие потренироваться перед работой, начинают свой день правильно. Здесь же находился только один человек.
Я узнал ее шапочку.
Ярко-красный цвет каким-то непонятным образом передавал суть Теодозии. Она вся была приглушенных цветов золота, темной бронзы и меди. Но красный цвет все компенсировал, показывая, насколько яркой она была под этой приглушенной маской, которую демонстрировала остальному миру.
Наблюдение за тем, как Тея скользит в воде, приносило удовольствие. Я никогда не думал, что чье-то плаванье может восхищать, но то как это делала Теодозия было прекрасно.
Движения, положение рук, стоп, как слегка поворачивает голову в воде для вдоха, как двигает ногами.
Поэзия в движении.
Когда я задавался вопросом, каково это будет танцевать с ней, Тея резко остановилась посреди дорожки и высунула голову из воды. Внезапность этого движения заставила меня задуматься, не почувствовала ли она недомогание или что-то в этом роде, но затем она развернулась, вынырнула и уставилась на меня.
И я уставился в ответ.
Мое тело испытало потрясение, не зная, возбуждено оно или напугано, поскольку я просто стоял и глядел, как она смотрит на меня.
Теодозия прервала момент, уйдя под воду. Нырнула русалкой, красиво изогнув спину, мелькнув ногами словно хвостом, и следующее, что я увидел, как Тея стоит на мелководье и смотрит на меня.
Ее скорость была безумной.
Склонив голову набок, Тея изучала меня, как будто я был тем, кто мог дать все ответы.
— Почему ты здесь?
Я мог бы солгать. Возможно, должен был.
— Из-за тебя.
Тея сглотнула и сняла свои очки. Вокруг ее глаз образовались небольшие вмятинки, и я захотел потереть их большими пальцами, чтобы облегчить зуд, который, как я знал, возник от этого движения.
— Я тренируюсь, — ответила она, и ее хриплый голос нанес по мне серьезный удар. Она была поражена мною так же, как и я ею.
— Я тоже. — сказал я, соскользнув в воду на соседнюю дорожку. — Нет причин, по которым мы не можем тренироваться вместе, не так ли?
Я не стал ждать ответа, просто ушел под воду и, оттолкнувшись от стены, поплыл вольным стилем, и тут же почувствовал будто лечу.
Знать, что она была рядом со мной? Что одна и та же вода объединяла нас? Приводило в восторг.
Я не облегчал себе тренировки — не мог. Если бы сделал это, Каин бы принялся издевался надо мной, и я бы покинул команду по плаванию быстрее, чем он показал мне средний палец. Но после часа изнуряющего плавания я успокоился, и подняв голову увидел, что Тея сидит на бортике бассейна, как я вчера.