Поэтому я игнорировала их.
Я концентрировалась на воде, на том, как разрезаю ее своим телом, и на этом все.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы найти его, но когда мы встретились взглядом, между нами, как всегда, протянулась электрическая дуга. Он не улыбался, но я видела жар в его взгляде, наблюдала взрывной характер его аплодисментов и чувствовала его гордость за меня.
Эта гордость была нелегко завоевана, но я заслужила ее. Добилась этого так же тяжело, как получила медаль, которую скоро повесят мне на шею.
Кто-то хлопнул меня по спине, и я вздрогнула, наша связь разорвалась на миллион кусочков, когда я перевела взгляд на человека, поздравляющего меня.
— Лори, — выдохнула я. — Я сделала это!
Лори стала моей подругой после того, как я поступила в Стэнфорд. Она была на год старше меня, но каким-то образом по зрелости я казалась старше ее лет на десять.
— Молодец, — похвалила она, присев рядом со мной. — Ты, нахрен, сделала это. — Она обняла меня одной рукой. — Ты видела свое время? — Лори присвистнула. — Двадцать и семь, детка. Ты побила последний рекорд. Последний мужской рекорд.
Я усмехнулась ей, ликование охватило меня.
— Бл*ть.
У Лори вырвался смех.
— Этим все сказано. — Она усилила свое объятие. — Ты точно попала в книгу рекордов. — Подруга тихонько рассмеялась. — Я должна была знать, что ты это сделаешь. — На этот раз она меня оттолкнула. — И знаешь, я буду наслаждаться твоим храпом по ночам. Для меня это большая честь.
— Ты собираешься продать эту историю газетам? — поддразнила я улыбаясь.
— Да, конечно. Мне же нужно как-то зарабатывать деньги.
Сказанное вернуло меня на землю.
— Как ты справилась? — спросила я озабоченно.
Лори наморщила нос.
— Я не побила рекорд, но сделала достаточно, чтобы остаться в команде.
Место Лори в команде США по плаванию было не таким устойчивым, как мое.
— Пришла четвертой. — Лори сморщила лицо, и мне захотелось улыбнуться, потому что она выглядела так, будто съела лимон.
— Это чертовски здорово, — возразила я, но мы обе знали, что команда по плаванию была конкурентным местом.
Как и весь этот мир, в котором мы жили.
— Да, но недостаточно хорошо. — Лори пожала плечами. — Это круто. Никогда не думала, что даже попаду на Олимпиаду, не говоря о том, что доживу до финального заплыва. Я чертовски горжусь собой.
— Так и должно быть.
На ее губах появилась улыбка.
— Верные до конца.
— Навсегда, — согласилась я, и когда подруга сцепила наши руки, поднимая меня и одновременно вставая, я крепко обняла ее. — Ты в порядке?
Перед самыми играми ее бросил парень, сказав, что она слишком сосредоточена на спорте, словно это было для него сюрпризом. Когда ты являешься спортсменом, нацеленным на самое важное соревнование в мире, необходимо полностью концентрироваться на конечной цели. Однако в этом году все было иначе.
Прошлогодняя пандемия сдвинула проведение Олимпиады на год, поэтому нам пришлось готовиться к ней пять лет, и тренировки все это время были тяжелыми. Только специальное разрешение позволило некоторым из нашей команды пользоваться бассейном, а я вынуждена была давать на лапу, чтобы не сидеть на карантине.
Несправедливо, конечно, но я не собиралась жаловаться. Не тогда, когда сошла бы с ума, если бы каждый день не имела возможности плавать и тренироваться.
Однако этот дополнительный год оказал на нас давление. Мы стали на год старше, чем должны были быть, и это изменило все. Не только наши тела, но и наши отношения.
— Я в порядке. В конце концов, Джонас не очень-то меня поддерживал. Я использовала как мотивацию тот факт, что хочу разбить ему лицо. Думаю, именно поэтому у меня все так здорово получилось, — сухо сказала Лори.
Я знала, как работает месть. Разве это не было частью моей жизни с шестнадцати лет?
По сей день я ношу от нее шрамы на своей душе. Итак, поскольку я понимала Лори, я обняла ее так же сильно, как она меня, когда сидела, опустив ноги в бассейн, в котором сделала себе имя, и пробормотала:
— Он дурак.
— О, ты права, дорогая, — насмешливо ответила подруга. — Я полна решимости выиграть медаль просто, чтобы досадить ему.
Я фыркнула.
— Что ж, есть одна причина для победы.
Лори усмехнулась:
— Должны же мы, простые смертные, как-то получать удовольствие, Тея.