— Адам и ты, вы друзья, верно? — спросил он, глядя на меня теплым взглядом.
Друзья? Были ли мы ими?
С тех пор, как меня приняли в его команду, мы позволяли людям думать, что это так.
Но разве это было все, чем мы были?
Я так не думала. И по тому обожанию в его глазах, когда он смотрел на меня, я понимала, что между нами ничего не изменилось, хотя по необходимости нам пришлось замедлить ход событий.
Поэтому я солгала ему. Адам хотел сохранить нашу связь в секрете, поэтому я буду держать ее в секрете.
— Да, мы друзья.
— Тогда ты скоро узнаешь. Мария беременна. Ребенком Каина. — Он сжал губы. — Ее отец ходит в ту же церковь, что и мы, и он в ярости. Адам, будучи хорошим парнем, согласился все исправить.
Я нахмурилась, столкнувшись с таким количеством информации, которую не успевала обрабатывать. Мой мозг не пострадал от длительного пребывания в воде без кислорода, но в тот момент я почувствовала, что такое может быть.
— Что вы имеете в виду, Роберт? Как Адам может все исправить, если он не имеет никакого отношения к положению Марии? — удалось выдавить из себя, когда весь мир под моими ногами внезапно пошатнулся.
— Я имею в виду то, что мы дали им разрешение пожениться. — Роберт потер шею сзади. — Не похоже, что Каин может исправить свои проступки, не так ли? Не тогда, когда он в тюрьме. Его могут судить как взрослого, и если это сделают, я понятия не имею, сколько ему дадут. — Он ущипнул себя за переносицу, а затем уронил голову, словно весь мир лежал на его плечах.
Я не могла его винить.
Почти семнадцатилетний ребенок во взрослой тюрьме?
Конечно, любой бы об этом переживал. Но боль Роберта была ничем по сравнению с тем, что я перенесла в тот момент.
Ничем, по сравнению с той страшной болью, которая пронзила меня насквозь.
Не поэтому ли Адам до сих пор не навестил меня?
Не поэтому ли я видела только Мейеров и Роберта?
На секунду показалось, что меня сейчас вырвет.
Потому что этого не могло произойти.
Не могло.
Но… Неопровержимые страдания Роберта были тем доказательством, в котором я нуждалась.
Это происходило.
И от этого никуда нельзя было деться.
Я облизнула губы, не в силах переварить то, что только что услышала, но Роберт, похоже, понимал, через что в действительности я проходила. Не знаю, что он увидел на моем лице, но он пробормотал:
— В данный момент, пока мы говорим, мои адвокаты разбираются с этой ситуацией.
— Какой ситуацией? — прохрипела я. Покушение на убийство, женитьба или удочерение… Очевидно, что их было три.
Роберт моргнул.
— Удочерение, конечно. Пока мы говорим, все идет полным ходом. В течение следующих двух месяцев, если у меня получится поспособствовать тому, чтобы это прошло быстрее, ты станешь членом нашей семьи.
И это будет только началом моих кошмаров.
Единственный способ, которым я хотела войти в семью Роберта, это быть его невесткой, а не приемной дочерью.
— Почему вы спросили меня, хочу ли я этого, если все равно не собирались слушать? — прошептала я, чувствуя в своей душе глубокую пропасть, которая начала осыпаться, когда новости дошли до моего сознания.
— Иллюзия выбора — сильная вещь, — пояснил Роберт, и почему-то, когда он посмотрел на меня, я почувствовала, что он имеет в виду что-то еще.
Я нахмурилась, пытаясь понять что именно, но Роберт, потянувшись ко мне, похлопал меня по руке.
— Просто сконцентрируйся на том, чтобы поправиться. Я позабочусь о том, чтобы все твои вещи перевезли из твоей приемной семьи в нашу. В ближайшие пару дней я приеду вместе с женой, и как только тебе разрешат выписаться, мы поедем к нам домой. — Еще одно похлопывание по моей руке. — Давай сделаем из этого что-то хорошее, Теодозия. Позволь мне исправить ошибки моего сына.
Это был не вопрос, это было скорее заявление, — еще одно свидетельство того, что выбор в действительности является иллюзией. Я не имела права голоса в этом. Семья Адама решила мою судьбу, как и его.
Только это была не та судьба, где наши жизни были переплетены, не то будущее, в котором мы были вместе… Нет. Это была та судьба, где нас разделяло обручальное кольцо на его пальце.
Глава 17
Тея
Тогда
Несколько дней спустя, когда меня везли в дом Рамсденов, я смотрела на затылок семейного водителя и думала о странностях судьбы.
Благодаря Адаму я уже несколько раз встречала Линдена, и он подошел ко мне сразу же, как только я встала с больничной инвалидной коляски, в которую меня усадили. Никогда в своей жизни я не была неподвижной так долго, и в результате стала жесткой, как доска. Линден помог мне подняться на ноги и поддержал, когда я едва не упала. Я не знала, связано ли его дружелюбное отношение с моим новым статусом или с тем, что он искренне сочувствовал мне после того, что произошло, но я приняла это.