– Ну и как? – удивила она его своим вопросом, присаживаясь рядом на песок. – Я вижу, тут слегка воспалилось.
Он откашлялся.
– Простите?
– Я про губу. – Она слегка коснулась его губы прохладным влажным пальцем.
Мускулы его живота дрогнули и сжались.
– Все нормально.
– А как рана? Теплая соленая вода помогает? – Она слизнула морскую соль с губ, и его сердце сделало сальто в груди.
– Да, эта ванна здорово помогла.
– Прекрасно. Я так и думала. – Собрав волосы в кулак, она отжала воду и перекинула свою гриву через плечо.
– Знаешь, – сказал он, с трудом отведя взгляд от ручейков, сбегавших по ее животу и исчезавших за кромкой треугольника между ее бедрами, – у меня сложилось впечатление, что я сегодня – объект для развлечений.
– Что вы хотите этим сказать?
– Ну, каждый раз, когда кто-то из них смотрит в мою сторону, они начинают хихикать. К моей волосатой груди они вроде бы должны уже привыкнуть.
Шанталь опустила глаза. Он заметил, как ее мокрые ресницы темными стрелочками легли на щеки.
– Они вовсе в вас не находят ничего смешного. Они хихикают надо мной.
– Над тобой? А в тебе что смешного?
– Не смешного. Просто появилась разница.
– Какая разница?
Она быстро взглянула на него и отвернулась.
– Они не привыкли видеть меня на пляже в… бюстгальтере.
Взгляд Скаута мгновенно опустился ей на грудь. Он впервые заметил, что верх бикини совершенно новый и не выцвел в отличие от трусиков. Вряд ли она его вообще когда-либо надевала.
Для такой стройной женщины у Шанталь была полная, великолепная грудь. Соски просвечивали сквозь синюю ткань. Он вспомнил, какими отзывчивыми они были, реагируя на прикосновения его пальцев, и представил себе, каковы они будут, если ласкать их языком. Эта мысль сопровождалась всплеском желания.
– Пожалуйста, не меняйте своих привычек ради меня.
Он медленно поднял взор и заглянул ей в глаза, которые сияли, как солнце над водами океана. Несколько томительных мгновений их глаза сообщали друг другу, что испытывают их тела. Скаут машинально протянул руку и взял Шанталь за запястье. Большой палец нащупал ее пульс. Он не удивился, что сердце ее бьется в таком же стремительном темпе, как и у него самого.
– Пожалуйста, а? – тихо взмолился он.
С ее уст слетел слабый стон, но она вырвала руку из его пальцев.
– Будь вы европейцем, возможно. Но, по вашему собственному признанию, у американских мужчин пунктик насчет груди. – Она неопределенно махнула рукой, словно прекращая этим жестом всяческую дискуссию. – Почему бы вам сейчас не показать мне свои наброски?
Он приказал своему телу расслабиться, но ему никак не хотелось позволить ей так легко от него отделаться. Он сорвал цветок гибискуса с росшего за ее спиной кустика. Затем, не сводя с ее лица ищущих глаз, он засунул стебель цветка в ложбинку между ее грудями, и лепестки закрыли гладкие округлости в вырезе лифчика.
– А теперь взглянем на наброски. – Он вовсе не собирался так переживать по поводу своей работы. Он хотел возбудить и взволновать ее, но это вышло ему боком. Получилось, что нервничает он сам.
Джонни захватил блокнот с собой и пристроил его на пляже, прижав камнем. Скауту пришлось повозиться с огромным валуном, но он сумел достать блокнот.
– Сначала я подумывал о подвесном мосте, вроде старого. Но для него нужны тросы и опоры, так что с этим ничего не выйдет. – Он пролистал несколько страниц, перечеркнутых крест-накрест. – Арочный мост, – провозгласил он, постучав пальцем по очередному рисунку. – Тривиально и надежно. Разве что мы находимся на острове, где ущелье, через которое нам предстоит перебросить мост, чересчур обрывистое, а избытка цемента не предвидится. – Итак, – продолжал он, – я вернулся к идее эстакады, заимствованной прямо из вестернов Джона Уэйна.
– А здесь можно построить такой?
Он поскреб в затылке и прищурился, глядя на океан.
– Не знаю, если…
– Что? – торопливо спросила она.
– Если у меня будут стройматериалы. – Он отложил блокнот и снова потянулся к ее руке. На этот раз он собирался ее утешить. Сжав ее руку в своих ладонях, он заглянул ей в глаза и серьезно сказал: – Шанталь, ты хочешь невозможного. Хотя я и согласился остаться и даже поразвлекся, обуянный всякими идеями, я не могу этого сделать.
Она грациозно поднялась и протянула руку, помогая ему встать.
– Пошли.
– Куда? – Он обрадовался, что после принятой ванны его нога двигалась лучше, а боль уменьшилась. Однако он все еще не мог полностью опираться на ступню. Джонни подскочил к нему. – Спасибо, приятель. Дама требует, чтобы мы следовали за ней.
Шанталь двинулась с пляжа, и озадаченный Скаут потащился следом. Она исчезла среди гигантских валунов, о которые с шумом бился прибой, рассыпая брызги во все стороны. Джонни повел Скаута через небольшую лужу, образованную между камнями приливом.
Когда они выбрались из затопленной расселины, то увидели Шанталь, свертывавшую огромную маскировочную сетку. Под ней были сложены стройматериалы, которые с лихвой заполнили бы складское помещение средних размеров. Мешки с цементом, уложенные штабелями так плотно, что хоть бункер устраивай, высились почти в человеческий рост, груды досок и бревен, и всевозможные электроинструменты – все вплоть до передвижного генератора. Мили стального кабеля, свернутого в кольца, подобно змеям, греющимся на солнце. Все было аккуратно сложено и накрыто водонепромокаемой пленкой.
У Скаута челюсть отвисла: на всех материалах четко выделялась красная метка, но и без нее он всегда узнал бы их.
– Так это… так это ты?.. – заикаясь, начал он.
– Все верно, – спокойно подтвердила Шанталь. – Я – тот самый негодяй, который вас обворовывал.
7
– Как тебе это удается? – поинтересовался Скаут, запихивая в рот щепотку риса, взятую прямо пальцами из миски. Они ели, сидя на пляже, под открытым небом, и перед ними разворачивалась захватывающая дух панорама океана.
Шанталь заранее предупредила, что ножей-вилок не подадут. Ему казалось, что с этим не возникнут проблемы, но пока что его пальцы плохо справлялись с поставленной задачей. Большая часть риса то и дело сыпалась к нему на колени.
– Меня научили есть таким способом еще до того, как я вообще увидела ложку или вилку. – Его тщетные усилия и откровенное огорчение забавляли Шанталь, и она веселилась от души.
– Так недолго и с голоду помереть.
– Хотите еще урок? – Отставив миску, она тщательно облизала каждый палец и повернулась к нему: – Бея хитрость в том, чтобы держать миску под подбородком поближе ко рту и плотнее сжимать рис пальцами. Отправьте в рот, что сумеете, и слижите остальное. Вот так.
Она захватила щепотку риса с кусочком жареной свинины и поднесла ему ко рту. Он съел и слизал остатки с ее пальцев. Шанталь следила за движением его губ и дивилась, как что-то столь невинное вызывает у нее такое чувство, словно она в невесомости. Когда язык Скаута коснулся кончиков ее пальцев, она быстро отдернула руку.
– Думаю, теперь вы и сами сумеете…
– Я не справлюсь – еще не закончил тренировку.