– Ты не говоришь, кто шпион. Возможно, это и есть Ольха. – Вдруг сказал Демон. Глаза горели огнём, зрачки бегали, губы то кривились в усмешке, то изгибались. Парень явно был на нервах.
– С ума сошёл?! – Послышалось от Ольхи. – Ты сам шпион!
– Отойдите, – послышалось из-за двери от Зиновия.
Адмирал понял, что пора начинать действовать более решительно. Ударил новым кулаком в бронированной перчатке. Дверь распахнулась настежь. Стул отлетел как от взрыва.
Дементий тут же бросился к проходу, атакуя вошедших. Зиновий отскочил, откидывая девчонок.
– Эй, остынь! Это мы! Ты чего?
Демон, словно не слушая, принялся бить, целясь в лицо. Оба бойца выскочили в коридор, ввязываясь в неравный бой. Проблема была в том, что Алая Саламандра двенадцатой модели костюмов персональной защиты давала явное преимущество своему обладателю перед Чёрной Саламандрой четвёртой модели. Их разделяли семь поколений улучшений для костюмов. Каждое новое всё больше делало из типичного облегающего костюма экзокостюм, который давал пользователю нечеловеческие возможности.
– Ты спятил?! – Закричала Ольха, толкая Демона в бок. Попыталась отбросить его от Зиновия. – Это твои друзья! А не боевики анклава! Глаза что ли кровью умыл?!
Дементий вместо ответа поставил бывшей подруге подножку, уронил и тут же пнул в живот, откидывая тело дальше по коридору. Костюм погасил удар, но от этого было не легче, сотрясло всё тело.
Лена, поняв, что дело плохо, с разбегу пнула Дементия в спину. Удара имплантата ноги хватило, чтобы недруг потерял равновесие и ткнулся лицом в бетонный пол. Но полностью упасть костюм не дал. Подставленные руки замедлили падение. Одним рывком Демон поднялся… И побежал на Лену.
Рывок Зиновия был стремительный, как и выброс адреналина в кровь. Не надеясь на таранный удар, он врезал металлическим кулаком в район бедра костюма. Это было наиболее уязвимое место, где у паха находился стабилизатор движения Саламандры.
Удар оказался мощным. Демон поднялся, но тут же зашатался. Ноги повело. Упал. Приподнялся, снова упал. Зиновий подскочил и врезал по спине – там, где хранилась батарея.
Костюм приглушил свет. Огни подсветки погасли. Аккумуляторные батареи после сотрясения принялись перезагружаться. На это требовалось некоторое время. Но его адмирал не дал. Схватив за шиворот и воротник костюма, Зиновий принялся разрывать его пополам, буквально выкидывая из него бывшего друга.
Без питания это было сделать не так сложно. Саламандра временно не сдерживала свою оболочку.
Дементий покатился по полу нагишом. Подскочив, он хотел было вновь броситься на врага даже с голыми руками, но тут подоспела Ленка, ребром ладони врезав по шее. Точно и надёжно. Со спятившими людьми разговор у Смирновой был короткий.
Дементий осел на колени, затем рухнул на пол. Он оказался без сознания.
– Да что это с ним? Дикий какой-то стал. А был таким галантным мальчиком. Сгущёнку мне отдавал на Варяге. – Заметила капитан Смирнова.
Зиновий, тяжело дыша, наклонился над телом. Принялся осматривать каждый уголок, ворочая Дементия как марионетку.
– Что ты делаешь? Может, оденешь его сначала? – Спросила Лена, глядя как в конце коридора поднимается Ольха, приходя в себя.
– Это нетипичное поведение для него. – Только и ответил Зёма, не обращая внимания на такие мелочи, как нагота. – Я ищу следы личинки. Не видишь ничего странного?
– Какая личинка? Его просветили, когда мы вернулись. Он чист. Отца потерял. Вот и истерит. – Добавила подруга.
– Нет. Он дрался, чтобы убивать. Это не истерика. Ещё я ищу следы укола. Или чипа. Чего-нибудь. – Зиновий осмотрел всё тело с ног до головы и вздохнул. – Что-то не так. Ещё одна деталька головоломки может помочь узнать, что им управляет. Почему он стал шпионом?.. Оль, ты там в порядке?
– Да нормально. – Отмахнулась подруга. – Диафрагму больше не сводит. Дышится, правда, пока не так легко.
Зиновий поднялся, так и не обнаружив посторонних следов на теле. Вздохнул, понятия не имея, какой ставить диагноз бывшему другу.
– Оль, когда придешь в себя, сможешь отнести этого дикого в лабораторию и привязать?
– Конечно. Хочешь взять анализы?
– Да. Проверь его на токсины. Обследуй мозг. Возможно, опухоль. Это похоже на ту ситуацию с галлюцинациями. С ним явно что-то не так. Он никогда не был таким. Я помню его с детства.
– Поверхность нас всех в чем то изменила. – Прикинула Ольха. – До неё мы все были другие. Гнилье своё не показывали. Это теперь я смотрю на голых мальчиков и не краснею, а ты их вертишь как ни в чем не бывало. Эх, испортила нас жизнь.
– Хватит бредить! За дело! – прикрикнул Зёма. Голова болела от обилия нерешённых вопросов. Настроение было не до шуток.
Ольха подошла к Демону и рывком подхватила его на плечо.
– Пойдем, красивый, побудем наедине, – добавила она и, усмехаясь, бодрыми шагами потянулась к выходу. Через плечо обронила. – Тётке привет. Скажи, упустила племяшку то. Меня тут уже разбаловали. С мужиками вон гуляю, волосы отращивать буду. За спасённую жизнь благодарить её не буду. Только не ту, кто пытался её отобрать.
Зиновий переглянулся с Леной.
– Устала, – повела плечами капитан. – Ничего. На том свете все отдохнём.
Молодой адмирал молча вернулся в кабинет допроса. Зачем рыться в межличностных отношениях? Они, по словам Карлова, и привели к Концу Света, когда машина и человек не правильно поняли друг друга, не имея чувственного опыта передачи любви машине.
Уж очень своеобразно понял интерфейс-машина этот процесс.
В кабинете все пошло не так, как рассчитывала Лена. Первым делом Зёма отвязал Седыха от стула и принялся оказывать ему медицинскую помощь. Он не боялся, что старик начнёт создавать неприятности. Не осталось и гнева на избитого, пожилого человека. Лицо старика составляло жалкое зрелище.
Лена меж тем с недоумением застыла напротив Клавдии.
– Морг?! Ты-то что здесь делаешь?
– Бедная девочка, что они сделали с твоими ногами? – Вместо ответа спросила Клава, разглядывая чёрные протезы девушки.
– Как что? Спасли мне жизнь. Как и Столбову с Андрейкой. Правда, мы их давно не видели. Врать не буду, может их тоже пытают. Но что-то мне подсказывает, что так подземники поступают только с теми, кто их взрывает в кабинетах. Какого чёрта здесь забыла?!
– Я вернулась. Жила в этом городе с момента его строительства. А затем, как добрая душа, помогла одному человеку и оказалась в отместку на поверхности. А когда предстала возможность вернуться… я вернулась. К своей племяшке. А она меня и видеть не хочет. Вот жизнь, да?
– Где-то я это уже слышал, – сплёвывая кровь, просипел Седых. – Родня, еда, любовь. Чёрт бы вас всех побрал! Доверился старой дуре! Размечтался. Надо было просто снова урезать пайки.
– Вернулась? – Зиновий тоже не выдержал, повернулся к Моргу. – Так вы называете вооруженный десант? Вы уничтожили Поверенного! Это же смертный приговор. Без вариантов.
– Там должен был сидеть Ярослав Яров!
– Какая разница? Убивать подземников нельзя! Это противит союзу!
– А морить союзников голодом не противит?! – Ответила Моргунова.
– Люди… голодают. – Просипел одними дёснами Седых сбоку. – Время… дорого. Старая сука в чём-то была права. Эту неделю многие не переживут. Сотрудничать будет не с кем. Так что смертные приговоры уже подписываются.
Зиновий вздохнул, взявшись за голову.
– Так, разбираться с вами сейчас недосуг. Я буду говорить вслух важные вещи. Не перебивайте. Умные люди поймут, что нужно. Остальным повторять некогда. А если кто поможет сконцентрироваться, буду рад.
– Оставим все разногласия на время. У нас много основных проблем. Стоит забыть про любую из них или мы все не переживем следующие сутки. – Добавила Ленка. – Что мы, что вы, анклав.
– С каких это пор анклав стал для тебя посторонним, Лен? – Ухмыльнулся Седых. – Ты же там, почитай, выросла.
Капитан показала средний палец.