В первые годы существования подземного города одной мощности АЭС хватало, чтобы питать все службы. Но когда подземники перешли на геотермальную энергетику, используя тепло земли, и построили теплоэлементальные станции, полностью заменив собой потребляемое энергопотребление, реактор отключили. Каково же было удивление, когда кто-то вновь запустил процесс. При повторном запуске АЭС система Купола получила двойную дозу энергии, которую некуда было девать, что грозило перегрузкой сетей.
«Как хорошо, что нам удалось его отключить. Но сумеем ли мы запустить его вновь – большой вопрос», – прикинул Зиновий, восстанавливая дыхание. Вдруг застыл, глядя перед собой в одну точку.
– Стоп, а кто тогда смог запустить АЭС без этих самых редких химических элементов? Тётя Клава ведь чётко сказала, что недостаточно просто нажать кнопку. Нужно создать целую цепь соединений. – Мысль о целой сети агентов в подземном городе придала юному руководителю сил. – Шпионы могли действовать в городе повсеместно еще со времён Хозяйки. – Вновь добавил он сам себе вслух.
За раздумьями, помчался в мэрию.
Вики сидела на куске бетона, глядя в чёрный зев лифтовой шахты. Но юноша этого не видел. Костюм Зиновия не обладал прибором ночного видения. А свет во всем здании по-прежнему не горел. Потому адмирал закричал ещё на входе в здание:
– ВИКИ!!! ТЫ ЖИВАЯ?!
Будь у зданий окна (хоть у одного во всем городе, кроме гидропоники) пробираться по обесточенному зданию было бы легче вслепую. Но здания подземелий строились по типу бункеров и представляли собой сплошные железобетонные коробки лишь с внутренней подсветкой. Привычные «человеку поверхности» окна отменили в архитектуре города после проблем с утечками газа и ростом чёрной плесени в вентиляционных трубах. Каменные коробы в случае угрозы населению легче консервировались, переходя на автономное обеспечение. С окнами это было сделать проблематично.
«К чему окна, когда нет солнечного света?» – Решили архитекторы и навсегда изменили облики всех зданий.
Зёма точно знал, что фильтрация воздуха в здании мэрии обеспечивается принудительно даже при обесточенном здании, но почему не работали аккумуляторы, обеспечивающие свет, оставалось загадкой. Красное запасное освещение должно было включиться, как только прекратилась подача основного источника питания. Этому учили на общих курсах подземной безопасности ещё в самые юные годы.
С этим выводом мысль о шпионах лишь подогрелась в голове адмирала. Зиновий хотел было броситься во тьму здания на помощь Вики, посчитав, что она, возможно, уже пала от руки неизвестных врагов, но решил, что пробежаться 3 этажа вслепую не сможет. А даже если удастся найти оглушенное тело впотьмах, то чем он сможет ей помочь? Тело в Алой Саламандре не так-то легко нести. Более центнера веса. А сильные у него были только руки.
Предстояло найти источник света. Тогда Зиновий помчался к восстановительному центру. Костюм Ольхи должен был предлагать прибор ночного зрения. В темноте могла видеть даже Лена с её новым глазным имплантатом. Но подруге стоило оставаться с Тимофеем.
«Жаль, что не выдал ей оружия. Шпионы вполне могли быть вооружены. Стоило выдать хотя бы трофейное. Жаль, что не подумал об этом раньше. Толковые мысли всегда приходят позже. Кстати, оружие. Куда культисты могли сдать стрелковое оружие боевиков анклава? В здание правопорядка, очевидно. Поближе к Тимофею. Почему сразу об этом не спросил?» – Мелькнуло в голове адмирала.
Зиновий остановился перед выходом в восстановительный центр, яростно почесывая лоб. Все планирование летело к чертям, стоило только поглубже задуматься над деталями. Паника подтачивала разум.
Радовало лишь то, что в конце улице Крематорий перестал выбрасывать под купол облако дыма.
Ещё одной проблемой меньше.
Ольха оказалась в лаборатории возле операционной. Пока привязанный к хирургическому столу Дементий смотрел сны, подруга изучала анализы его тела, чтобы понять, что с организмом пошло не так.
Психами ни с того ни с чего не становятся.
– Оль, мэрия обесточена. Я не знаю, что там с Вики. Не видно ни зги. Сходишь? Ей надо собрать людей на расчистку кабинета и заняться восстановлением лифта.
Ольха, вращая в руках колбочки с жидкостями, словно его не слышала. Настолько погрузилась в процесс. А когда одна из бесцветных жидкостей в руках окрасилась в красный, резко повернулась.
– Демон отравлен. Нитраты, токсины в крови. Он как будто сожрал немалую часть таблицы Менделеева. Как не подох, ума не приложу.
– Хочешь сказать, его отравили?
– Не знаю. Может сам. Это сложно проверить без его слов. Где он живет? Где жил отец? Бери газоанализатор и обследуй помещения. Я выведу шлаки из его организма, когда пойму что это за состав. А потом, так уж и быть, схожу до Вики. Но если мы так и будем бегать туда-сюда, то ничего не успеем. Ему может стать хуже. Я нужна здесь.
– Тимофей проснется, наладит связь. Я забегу к Лене. Заодно занесу ей оружие. И нам бы тоже неплохо вооружиться. В толпе культистов попался один говорливый. Толпу стращает не нужными вопросами. Может, это провокатор?
– Без Алой Саламандры только ты нуждаешься в вооружении. Так что сам опасайся своих провокаторов.
– Да я и без неё могу бицепсами потрясти. Но всё остальное…подводит.
– И от пули в лоб это не спасет, – напомнила Ольха. – Хотя Карлову и Алая защита не помогла.
– Ага, смерть своих найдёт.
Ольха кивнула. Зиновий подождал несколько секунд вопросов про ядерный реактор или тётку, но их не последовало. Обида Ольхи на родного человека была настолько глубокой, что её не особо волновало, взлетят ли вскоре все на воздух или нет.
– Кстати, я узнал, что такое ЛУК. Осталось только понять, что такое эта линия управления коммуникациями?
– Ну, так это наш дата-центр. – Вылив содержимое колбочки на стеклышко и поставив его под микроскоп, ответила Ольха. – Туда же, как оказалось, стекалась вся информация обо всех подземниках. Забыл?
Зиновий в который раз за день ощутил себя идиотом. Но в этот раз бить по лбу не стал. Голова была сделана из менее прочного материала, чем руки и могла ещё пригодиться.
– Карлов говорил, что есть что-то важное в этом ЛУКе.
– А что сейчас вообще не важное? Найди себе Алую Саламандру и не бегай впотьмах. Я занята. Отвлекаешь.
– Где мне её взять? С Карлова, что ли, снять?
– Почему бы и нет. Его всё равно хоронить. Если будешь умнее, не станешь делать из этого зрелище. Людям нужны равные похороны. Ничего выдающегося на моей памяти он не сделал. Город восстанавливает Тимофей. Это на поверхности он был герой. А тут просто занял место чужого человека и затесался в ряды культистов. Что он там для них делал, ума не приложу.
– Поздно, я назвал в его честь Площадь.
– Вот и хватит. Остановись на этом.
– Я не могу зайти в мэрию за его костюмом. Почему она обесточена? Там должны быть аккумуляторы.
– А как бы они работали, если сгорели от перегрузки в энергосетях? – Прикинула Ольха. – Спроси лучше, куда делось тело отца Дементия, которое косвенно обвиняется в укрывательстве кейса с передатчиком, который и позволил Хозяйке выжечь мозги нашим людям в городе.
Зёма кивнул с важным видом:
– Ты же тоже понимаешь, что без шпионов ИИ не смог бы запустить ядерный реактор. Мало химических элементов.
Ольха посмотрела как на безумца.
– Тебя тоже что ли отравили? Какие шпионы? Предки могли что-то оставить прозапас в реакторе ещё с эры благоденствия. Достаточно было просто запустить процесс, если всё хранилось на своих местах. Это мог быть чисто автоматический процесс. Или хотя бы полуавтоматический.
– Там не всё так просто. Это ядерная физика!
Ольха дождалась, пока поменяет цвет ещё одна колбочка и вздохнула: