Когда закончили составление плана, Пашнев потащил своего помощника к родным в деревню Липовец. Деревня была от Обояни неблизко: верстах в двадцати пяти, если не больше. Выехали рано. Сперва военная пароконка домчала их до волостного правления в селе Вышний Реутец, где стоял саперный батальон. Дальше учитель с Пашневым шли пешком.
Ночью пролил недолгий, но спорый дождик. Июльское солнце не успело еще подсушить все лужицы на дороге, потому идти местами было скользко, зато не так жарко, в воздухе стояла влажная свежесть.
Пашнев знал здесь все дороги и тропки и повел гостя в Липовец напрямик. Доспевали хлеба, кое-где еще цвела греча, зеленела картошка, а где и просто земля лежала паром, заросшая сорняками. Земля была равнинная, хотя частенько поля и пересекались длинными оврагами. Овраги были отмечены кустами, в поле на приволье зеленели одинокие груши-дички, купки молодого дубняка.
Пашнев всю дорогу расхваливал свой Липовец. И люди там славные, и земля плодородная, и садов много, за деревней есть небольшая дубрава, рядом и речушка, и лужок — вообще все двадцать четыре удовольствия. Живи и радуйся...
— Ты, Андрей, так расписываешь свой Липовец, словно хочешь меня здесь в школу просватать,— не смолчал Константин Михайлович.
— А почему бы и нет? Школы у нас две, а учитель один. Одна школа в старом казенном здании, а вторая будет в обычной избе. Зато в какой! Посмотришь! И изба хороша, а сад огород и того лучше.
Когда миновали дубовую гряду, показались сперва две ветряные мельницы, потом зеленые купола церквушки из красного кирпича. Самой же деревни видно не было.
Первые избы выглянули лишь тогда, когда дорога круто пошла вниз и открылся на удивление глубокий и широкий яр. Тут по склонам просторной низины с вертлявой речушкой посередине раскинулись две деревни — Липовец Первый и Липовец Второй. Разномастные избы с садами и огородами лепились как придется на зеленых боковинах яра и лишь кое-где выстраивались в подобие улицы. На лужайке белел табунок не то гусей, не то уток, еще дальше паслось стадо, а там уже яр делал поворот.
— Ну как, нравится? — спросил Пашнев.
На дне яра солнце пекло невыносимо: сюда не было хода ветру, который хоть чуть-чуть освежал их наверху.
— Огороды у нас, в Липовце, засевают на добрую неделю раньше, чем где-нибудь,— вел свою линию Пашнев.— У людей огурцы цветут еще, а мы малосольные едим от пуза. Груши раньше поспевают, яблоки. Что значит в затишке да на пригреве...
Родители Пашнева жили недалеко. Андрей Севастьянович отдал команду приготовить обед, а сам повел гостя показывать Липовец.
В Липовце
Пашнев добился своего: после второго посещения Липовца и беседы в Вышнереутчанском волостном отделе народного образования Константин Михайлович дал согласие переехать на работу во вторую Липовецкую начальную школу.
Правда, в сентябре 1918 года школа, где собирался работать Мицкевич, существовала еще только на бумаге. Однако в волости сказали определенно: будет учитель — будет и школа. Волостной отдел народного образования арендует под школу лучшую из пустующих крестьянских изб, а таких в деревне несколько.
В Первом Липовце с давних пор была своя казенная школа, но там стало тесно. Да и справиться одному учителю не под силу. А кто жил во Втором Липовце, тем до школы далековато — версты три. Иначе говоря, нужна была еще одна школа и непременно на другом конце яра, во Втором Липовце. Это хорошо понимали местные жители, с этим считались и в волости.
Забот новому учителю хватило. Все-все надо было начинать с нуля. На руках был только приказ о назначении на работу, больше ничего: ни учеников, ни школы, ни парт, ни книг.
Единственное, что удалось оформить относительно быстро и легко,— это снять в аренду под школу добротную деревенскую избу. Во Втором Липовце на веселом пригорке — рядом с ветряками — выделялась опрятным видом и размерами изба-пятистенка. Пустовала она уже давно. Еще перед войной, летом 1914 года, хозяин с женой и детьми съехал на заработки куда-то в Донбасс да там и осел. Их родичи, жившие рядом и присматривавшие за избой, охотно сдали ее под школу: детям близко ходить на уроки.
Константину Михайловичу очень все здесь приглянулось. В каждой из двух комнат по печке, большие окна, веранда на высоком фундаменте. В одной половине будут учиться дети, во второй разместятся учитель с семьею. Изба стоит в саду, под яблонями горы паданцев, краснеют яблоки еще и на деревьях. Здесь же большой, правда, запущенный без хозяйского глаза огород.