Во влажных мелких камушках была выкопана лунка, в которой лежало большое, размером с крупную тыкву яйцо. Белоснежная скорлупа его была покрыта светящимися голубыми прожилками и излучала приятное тепло.
— Светится? — переспросила Эви, присев. — Я не знаю… Не трогай его! — она резко повысила голос, заставив Лорена отдернуть руку.
Он недовольно фыркнул.
— Как ты нашла его?
— Я не знаю… — призналась Эви. — Я просто шла, и эта дорога… показалась мне знакомой. Возникло чувство дежавю, а потом я услышала шум реки… Я сказала — не трогай!
Лорен вновь отдернул руку и обиженно заворчал.
— Откуда оно? — спросил он. — Лес же необитаем…
Эви поднесла палец к губам и многозначительно улыбнулась.
— Значит, это не так… — она легко коснулась плеча Лорена. — Идём домой. Только не забудь, что ты обещал никому не рассказывать, что мы сюда ходили…
Высокий, обвитый лесными щупальцами плюща дом был окружен хороводом длинных кольев, вбитых в землю через каждые два метра. На каждый такой кол была повешена лампа, они чуть покачивались на ветру, и вместе с ними покачивались тени.
Эви бежала по освещенной тропинке, не оглядываясь и держа свою трость за середину, чтобы она не мешала. Позади она слышала приближающиеся шаги, которые заставляли её бежать ещё быстрее, так, чтобы ветер свистел в ушах, и казалось, что ноги не касаются земли. Но до хоровода ламп добежать вновь не удалось. Лорен хлопнул её по плечу и, смеясь, обогнал.
— Я догнал тебя! — закричал он, когда пересёк круг света. — И я снова первый! — Лорен радостно подпрыгивал, глядя на подбежавшую Эви.
— Когда-нибудь ты не сможешь меня догнать… — весело заметила она, перехватывая трость за рукоятку и направляясь к двери в дом.
Звон наддверного колокольчика оповещал о возвращении ушедших жильцов. Теперь дома были все.
Эви прислонила трость к стене и села на стульчик у входа. Наклонившись, она ловко развязала шнурки ботинок. Лорен вошел, шаркая ногами и попытался разуться без помощи рук, стягивая носком правого ботинка ботинок с левой пятки. При этом он неуклюже шатался, подпрыгивал и взмахивал руками.
— Лорен, — негромко произнесла Эви, ставя обувь на низкую полочку. — Сейчас будет буря… — предупредила она, встав.
Не успел Лорен снять второй ботинок, как на лестнице раздались быстрые шаги, и в прихожей возникло прекрасное, словно ангел, но чертовски злое создание в бордовом платье и с чёрными кудрями.
— Опять грязь в дом притащили! — она уверенно направилась к Лорену, который как раз в этот момент смог избавиться от второго ботинка. — Я же просила разуваться у самого порога! Неужели нельзя не размахивать ногами, разуваясь! — скрестив руки на груди, зло посмотрела на Эви. — А ты что!? Ладно этот: больше двадцати лет уже, а ума нет! Ты в волосах столько мусора притащила! Сама тут подметёшь!
— Хорошо, Дафна, — Эви кивнула, спокойно улыбнувшись. — Только не надо так кричать, — она слышала, как Лорен, хихикая, подобрался к Дафне. — Лорен…
Тут Дафна оглушительно взвизгнула и запрыгала, тряся головой. Лорен тоже запрыгал, только он при этом хохотал. С волос Дафны на пол шлёпнулся лесной хвостатый паук, он сразу помчался к стене и взобрался на неё.
— Лорен! — прекрасное светлое лицо Дафны исказила ярость. — Тупица!
Хихикая, Лорен бросился бежать к лестнице на второй этаж. Гнаться за ним было бы слишком глупо для Дафны, поэтому она моментально переключилась на Эви, которая стояла на месте.
— А ты вытряхивай всё из волос и бери метлу! Надеюсь, сможешь найти её…
— Смогу, ты не волнуйся.
Дафна хмурилась, а Эви стояла перед ней абсолютно спокойная. С распущенными светлыми волосами, в своём длинном платье, босая — она походила на призрак.
— Что здесь за шум? — раздался низкий женский голос, и после из гостиной выплыла его обладательница, которой по виду можно было дать как тридцать, так и пятьдесят лет. — Дафна, милая, опять ты ругаешься….
— Лорен с Эви опять притащили на себе грязь… — голос Дафны сразу стал тише.
— И ты заставляешь её подметать? Слепую?
— Но она…
— Ковелина, мне совсем не сложно, — вмешалась Эви.
— Нет, милая, — твёрдо ответила Ковелина, улыбаясь своими пухлыми губами (стоит заметить, что у неё всё было пухлым). — Иди, я лучше сама подмету, — заверила она.
— Нет, тогда подмету я! — резко возразила Дафна, уперев кулаки в бёдра.
— Хорошо, милая моя, спасибо, — сказала, также умиротворённо улыбаясь, и плавно, словно баржа по спокойной воде, направилась обратно в гостиную.