Высадив пассажиров в пункте назначения, Наташа объяснила мне суть своего замысла:
- Если за нами следят, что вполне возможно, учитывая последние события, то шпионы не смогут установить, в какую сторону мы едем.
- Ага, - ухмыльнулся я, - они решат, что мы направляемся не в особый отдел армии, а сразу в расположение нашей дивизии. Только не коротким путем, а в объезд, по менее загруженной дороге.
Такая простая мысль ей в голову не приходила, однако, опытного сотрудника госбезопасности было не так-то легко переспорить. Ландышева пару секунд подумала, и тут же выкрутилась:
- Э, ну по крайней мере если кто-то собирается устроить засаду, то мы в нее теперь не попадем.
Недовольная тем, что я нашел слабое место в ее хитроумном плане, Наташа быстро нашла способ реабилитироваться и доказать, что она обладает логическим мышлением. Когда я в очередной раз ругнулся на наши дороги, после того как Эмка чуть не застряла в глубокой колее, Ландышева ехидно прокомментировала. - Это вам не в роскошных американских машинах по Нью-Йорку разъезжать, товарищ Андреев.
- А почему вы сделали такое интересное заключение о деталях моей биографии, товарищ сержант госбезопасности?
- Ну, это очень просто, - снисходительно пояснила Ландышева. - В какой стране вы находились все эти годы, догадаться совсем не трудно. Немецкий и французский вы не знаете, зато вам часто присылали газеты и журналы на английском языке.
- Хорошо, это понятно, но ведь я мог жить в Британии или в ее колониях. При вас я на английском языке не разговаривал, и вы не могли определить мой акцент - американский или оксфордский. - Действительно не смогла бы. Понять мой английский возможно только когда я говорю очень медленно, а акцент у меня отнюдь не оксфордский, а скорее "рязанский".
- А вот вы дорогу переходили, и машинально посмотрели сначала налево, значит, привыкли к правостороннему движению. То есть Англия исключается. Тот факт, что вы остановились прежде, чем пересечь проезжую часть, говорит о том, что жили вы в огромном городе. Согласитесь, что когда машин на улицах мало, то вертеть головой по сторонам нет смысла. Автомобили - устройства весьма шумные, и их слышно издалека.
- Да, вы меня убедили. Вот только почему я ездил именно в роскошных автомобилях?
- Роскошных конечно по нашим меркам, а не по заокеанским. Ну, там Форды новых моделей или Чевролеты, рядом с которыми М-1 и рядом не стояла. Например, вы ворчали, что у Эмки коробка передач всего лишь трехскоростная. Но ведь любому понятно, что для легковой машины этого вполне достаточно. И еще вы пытались отрегулировать сиденье под свой рост. Назад оно, правда, отодвигается, но наклон спинки не меняется, что вас очень изумило. Ну, и всякие мелочи, которым, вернее отсутствию которых, вы удивлялись.
Жаль, что она не знает, в каком детище отечественного автопрома мне раньше приходилось рассекать. Но действительно, по сравнению с М-1 даже "Самара" кажется верхом совершенства.
- Но может, у меня там, в Америке, был Крайслер или даже переднеприводный Корд?
- Ой, а я помню такую машину. Читала про нее в "Одноэтажной Америке". Там еще фары выдвигаются кнопочкой. А дальше рассказывается, как американочки мечтают купить эти машины, только там текст уже неприличный.
Я слегка улыбнулся таким рассуждениям. Наивное дите не понимает, что все хоть отдаленно напоминающее неприличное, советские редакции печатать не будут.
- Но такие дорогие авто их владельцы сами не водят, - продолжила Наташа размышлять - для этого нанимают личных шоферов. А вот вы привыкли водить автомобиль сами - вон как ваши движения машинальны.
- Все очень логично, - признал я со вздохом ее правоту. - Только начальству о своих догадках не докладывайте.
Но что-то зацепило меня в ее словах. Поразмышляв минутку, не забывая при этом следить за дорогой, я понял, что именно меня так взволновало - американские машины. Пусть в нашей истории первые два года войны поставки по ленд-лизу были мизерными, и мы больше получали трофейных машин, чем союзных. Но в этой войне Сталин наверняка заранее поставит Рузвельту условие - честно выполняйте все договоренности, иначе при разделе мира после победы ваши интересы учтены не будут. Это значит, что свои обязательства США придется выполнять ну хотя бы на половину, и в СССР скоро начнут поставляться американские грузовики. А вот тут нас ждут проблемы. Тендер на поставку техники выиграют те фирмы, у которых будет ниже цена, что отнюдь не равнозначно высокому качеству. В конце концов, знаменитый грузовик Студебеккер сами американцы не использовали, считая его второсортным, и спихивали союзникам. Следовательно, к этому делу надо заранее привлечь наших инженеров, и как можно скорее. Перл-Харбор, который расшевелит Америку и заставит ее отнестись к войне всерьез, уже не за горами.