-Заходи, располагайся.
Камера представляла собой небольшую темную комнатку с голыми кирпичными стенами и четыре койки. Небольшое зарешеченное полукруглое оконце у самого потолка разрезало снопом ярких солнечных лучей холодную полутьму полуподвального помещения. В дальнем конце камеры, на одной из коек опустив голову сидел молодой человек. Он никак не отреагировал на нового соседа.
Дверь лязгнула и закрылась, наступила тишина. Где-то совсем рядом редко, но очень звучно падали капли со звоном разбиваясь о холодный каменный пол. Чувство другого, неизвестного прежде вида страха охватило Ивана. Он стоял и не мог сдвинуться с места, не чувствуя больше холода и не замечал отвратительной вони сырого подвала. С ним не могло и не должно было произойти ничего подобного. В голове суетливо, перебивая одна другую роились мысли. Он ничего не помнил из прошлого вечера, находился черт знает где, в каком-то странном городе Фюрх, в жуткой темной и сырой камере милицейского участка. Иван закурил, чтобы снова вернуть контроль над собой.
- Друг, дай папироску?
Вдруг послышался голос из дальнего угла камеры.
Иван, погруженный в свои мысли, не задумываясь протянул незнакомцу пачку сигарет и зажигалку. Незнакомец кивнул в знак благодарности и спросил
- Как тебя зовут?
Иван затянулся и посмотрел в лицо юноши
Незнакомец вытащил сигарету из изрядно помятой пачки, покрутил в руках зажигалку, он явно не понимал, как она работает. Иван приподнялся, взял и привычным движением прикурил ему сигарету. Незнакомец снова кивнул и спросил еще раз.
- Выражаю глубочайшую признательность, Вы спасли мне жизнь. Я - Марк, Марк Готье. Как зовут Вас?
- Иван.
- Значит будем знакомы Иван. Каким ветром Вас занесло сюда? Вы что-то украли или кого-то убили?
При каждой затяжке юношеское, почти мальчишеское лицо Марка освещалось угольком тлеющей сигареты.
- Нет
Ответил Иван и посмотрел сквозь маленькое зарешеченное окошко.
- Очень хорошо. А я очень хотел бы, но мне не добраться до этой сволочи, до Полтавского.
Молодой человек сжал кулаки так, что они хрустнули и продолжил
- Вы знаете Полтавского?
- Нет, не знаю...
Юноша с удивлением посмотрел на Ивана
- Я вижу Вы не местный и хочу предупредить Вас. Уезжайте отсюда как можно скорее, пешком или на лошади, по воде как угодно, не задерживайтесь. Здесь все имеет второе дно, все не то, чем кажется. Воистину правду говорят про этот город, что он проклят. Чем больше здесь находишься, чем дольше живешь, тем ближе ты к нему, тем более он искажает тебя. Люди приезжают, проходит время и их уже не узнать. Все хорошее здесь переворачивается, чистое начинает отдавать тленом, а зло благоухает в цветочных горшках яркими красными бутонами отравляя сам воздух. Этот город оставляет в сердцах осколки льда, а в душах неизбывную вселенскую тьму.
Он прервался и вздохнул, потушил окурок о подошву лакированных ботинок и откинулся на койке. Отвернувшись к стене, Марк сказал.
- Спасибо, друг.
Воздух в камере был влажный и прохладный, через зарешеченное окошко пробивались теплые лучики утреннего солнца, вокруг стоял тяжелый гнилостный запах запущенного погреба. Тяжелейшее похмелье Ивана начало потихоньку отступать, он поймал себя на мысли, что хочет пить и есть. Желудок урчал, а в горле было настолько сухо, что после каждой выкуренной им сигареты во рту ощущался горьковатый привкус желчи.
Он осматривал серые стены, грубо обляпанные серым цементным раствором с застывшими острыми кромками разводов и подтеков. В дальнем углу стоял наспех сколоченный грязный деревянный ящик высотой чуть повыше колена с пропиленной в нем дырой, источавший невообразимую вонь.
Где-то неподалеку, капля за каплей мерно и настойчиво, соблюдая до мельчайших долей секунды такт падала вода. Для Ивана время застыло, с каждым таким тихим, еле слышным ударом, он все отчетливее понимал, что все это не сон. Он совершенно не представляет, где находится и как оказался здесь. Не понимает, что делать дальше и как вернуться домой, в просторную наполненную светом и удобствами чистую квартиру, с огромной мягкой кроватью и постельным бельем. Иван почесал затылок и достал из кармана брюк пачку, вытащил повертел в пальцах и выкурил последнюю сигарету. Мысли в голове не утихали, строя одно предположение за другим:
"Остается надеяться, что все это большой и очень глупый розыгрыш. Практически неосуществимый, такого просто не могло быть, целый город и эти люди, если только это какой-то тематический исторический парк. Я не слышал, чтобы в нашей области были подобные места. Куда подевался Антон, может черт возьми это его рук дело?! Без разницы, что бы там ни было! Хочу, как можно скорее домой, принять горячую ванну, пожарить яичницу с беконом, сварить ароматный кофе, а потом под одеяло."