— Куда собрался? — она выскочила сбоку, тут же сбила помощника Одена с ног, уже хотела ударить того по голове, повторяя трюк Тео, но неожиданно Виктор потянул её на себя, ударил прикладом пистолета по спине.
Девушка взвизгнула, падая на колени, хваталась за сырую землю, пока тело дрожало от напряжения, а воздух всё никак не мог поступить в лёгкие, потому что каждый вдох — пытка.
«Спина — больное место?» — задал себе, когда-то вампир, поднимаясь.
Воздух наполнился зловещей аурой. На секунду начало казаться, что мир вокруг начал неистово греться и совсем скоро сгорит к чертям собачьим…
— Ты… — прошипела Дана, всё ещё не силах встать. — Я жалела тебя до этого момента… — девушка неистово дрожала от боли, пыталась подняться, но тело слишком ныло, царапая землю, она только больше вгоняла под ногти землю.
— Жалкий выродок, — она подняла на него глаза, ко лбу прилипло несколько каштановых прядей, пока её взгляд убивал. — Но теперь… — она корчась от боли, наконец встала. Её лицо побледнело, глаза наполнялись слезами, одновременно наливались кровью. Дана тихо прошептала.
— Я убью тебя… — и этот шёпот оглушал.
По телу Виктора прошёл разряд, тот заставил его стоять на месте. Дана быстро оказалась рядом, сильно пихнула его в грудь, вампира тут же прибило к стволу дерева. От силы удара перед глазами заплясали мушки, но те также стремительно исчезли, когда он почувствовал как в ногу вонзился кинжал, лезвие больно ударило по кости, ещё немного и оно бы сломало ту. Нож медленно, подобно капле по окну, скользил вниз по плоти, рассекая всё больше и больше мышц. Руки, одежда девушки, и земля — всё покрывалось кровью, буквально утопая. Из глаз вампира лились слёзы, он сопротивлялся девушке, но уже был слишком слаб, чтобы сделать хоть что-то, у самой же Даны должно быть произошёл выброс адреналина.
Холодный до дрожи внутри, словно ветер Аляски, взгляд, способный убивать, встретился с янтарными глазами. Бэггинс крепко обхватила руками шею, перекрывая доступ к кислороду, медленно поднимала вверх по корявому стволу.
И вот воздуха всё меньше и меньше, а разум всё больше покрывает пелена тумана. Он схватился за её руки, но Дана лишь сильнее сжала те. В голове яркой вспышкой зажглась идея, от которой возможно и не было смысла.
Холод ушёл тело Бэггинс пылало жаром. Уровень адреналина повысился, так же как и желание убить этого вампира, раздавить его шею и принести мертвое тело в офис Одена прямо на стол, перед его лицом. Но вдруг он пнул её ногой в бедро, ноги поехали, по скользкой от дождя, грязи. Воспользовавшись секундным мгновением, Виктор перенёс массу тела на девушку, после чего они вместе упали на мокрую траву.
От сильного удара о землю по телу Даны прошла волна новой, куда более сильной, боли, принуждая, до скрипа сжать зубы и сильнее стиснуть теперь обе руки на шее Виктора. Но вампир больно припечатал наемника к земле, заставляя вобрать полную грудь воздуха.
Виктор грубо держал её плечи, не сводя глаз сидел на бедрах, не позволяя нанести удар сзади. Вот только, боль в ноге с каждой секундой только больше возрастала, так, что хотелось кричать, а кровь продолжала быстро выливаться.
Вдруг Дана отпустила одну из рук, скользнула по бедру Вендена, проникая в рану, крепко схватила ногтями за ткань, вызывая адскую боль.
Виктор взвыл, скатился с девушки, пытаясь отдышаться. Дана же быстро встала, она уже видела следующий удар и смерть этого вампира, всё в её руках…
Он поднял на неё глаза, те уставились на что-то за её спиной, широко раскрывшись.
— Солнце! — хриплым голосом выкрикнул Виктор. Она обернулась, по дереву и правда скользнул луч солнца, тут же перепрыгнул на лицо самой Бэггинс, освещая.
— Как вовремя, не так ли? — она еле стояла на ногах, оперлась на дерево, тут же скривилась от боли в спине.
Виктор лежал на земле, его сознание мутнело, он уже плохо различал звуки, было холодно, всё болело, но он смог, пусть это и далось трудно, но теперь он член «Postremo Bullet»…
Из громкоговорителя снова донеслось:
— Задание во втором секторе окончено, прошу медиков пройти к месту испытания в срочном порядке, повторяю…
Шум ушёл на второй план, тело вампира дрожало то ли от холода, то ли от боли. Во рту уже долгое время был только вкус грязи и собственной крови. Он перестал чувствовать ног, было ли это чем-то плохим, он не знал, но те пока не болели и ладно.
Дана стала бросать более частые взгляды на Виктора, лицо её сделалось обеспокоенным, она сверлила глазами дорогу, которая оставалась пустой.