Из окна автомобиля, стоящего со мной в соседнем ряду, вижу белое лицо женщины, что находится на месте пассажира. Она выражает недоумение? Неодобрение? Мне? Да что вы!
А может, пытается понять, что именно я сейчас громко кричала, открыв окно, и на каком языке это было сказано?
– Да пошла ты к черту! – бормочу себе под нос, отворачиваясь от нее, и продолжаю свой путь. Да, действительно к черту, и этих идиотов, что перебегают на красный, и чопорных женщин, не привыкших к крикам из окон водителя.
Длинными ногтями, покрытыми черным гель-лаком, постукиваю по рулю, чтобы отвлечься, и выезжая на более спокойную трассу, ведущую в район города – Даствуд, я уже совершенно спокойна.
Ищу свое отражение в переднем зеркале, и дарю улыбку самой себе.
Все идеально. Все хорошо.
Въезжаю в свой любимый Даствуд – огромные, кричащие богатством, дома, огороженные заборами. Сейчас здесь особенно красиво, зимой. После рождественских праздников все еще сияет праздничными огнями и фонариками, каждый особняк похож на какую-то сказочную картинку. А в сумерках – это просто охрененный антураж.
Жаль, в этой части страны все зимы очень теплые, и почти нет снега. А без него – я не испытываю нужного очарования.
Скучно. Скучно.
Доезжаю до нашего дома с отцом, и сразу смотрю в окна – свет не горит, значит, никого нет. Двухэтажное здание подсвечено только праздничной иллюминацией, и на фоне черного неба кажется великаном, который нацепил на себя фонарики.
Заглушив мотор, выхожу из машины со специальным ключом. Автоматика самостоятельного открытия ворот вот уже неделю заела, что весьма странно вообще-то. Но хуже всего ведем себя мы с отцом – каждый день собираемся вызвать мастера, но благополучно об этом забываем.
Хлопнув дверцей, вдыхаю легкими влажный воздух.
Перед воротами довольно темно, потому что снег успел выпасть и растаять за половину зимы уже, наверное, двадцать гребаных раз. С ним могло быть светлее, но в итоге – чернота. Хоть выколи глаз.
Скучно…
Делаю шаг вперед, зажимая ключ в руке.
И вижу чей-то гребаный силуэт прямо возле моих ворот! Нет, это точно не отец, не приехавший как сюрприз Стив и не просто прохожий, но меня специально ждут.
И это точно не будет приятная встреча.
Но я все равно ждала.
И этот человек пришел. Который может искренне меня ненавидеть и желать мне зла. И даже это зло осуществить.
Ничего себе. Почти полгода прошло. Уверенно иду навстречу, глядя ему в лицо. Искренне усмехаюсь, предвкушая наш разговор.
Интересно. Наконец, интересно.
2 глава
Два с половиной года назад
Лена
Я смотрю на неловкую девушку с яркими фиолетовыми волосами, как она пытается творить отдаленно похожее на танец, как все ее тело сотрясается от каждого прыжка, как все это выглядит жалко. И еле сдерживаю смех. Закусываю зубами пирсинг, что пронизывает мой язык, немного кручу его.
Мои подруги на грани, чтобы уже вслух высказать свое отношение к этому клоунскому номеру и лично к этой претендентке. Но не решаются, ждут меня.
Потому что мое слово – главное.
Моя реакция – та, которую потом они скопируют в своих интерпретациях.
Мы чирлидерши школы Сент-Лайк, ее украшение и гордость. Некоронованная элита. Своеобразное сообщество, вход в который проходит строгий фейс-контроль, а я председатель этого клуба, ответственная за нужную в нем атмосферу.
Важны не только старания и умения, чтобы стать чирлидершей.
Важна так же полная лояльность ко мне.
Почему? Потому что мне так хочется, так удобно, комфортно. Я не из тех нежных курочек, что верит в мифическую справедливость. Я и есть справедливость – то, что меня устраивает в жизни – прекрасно, то, что нет – должно быть устранено. Все просто и понятно, как черное и белое. У меня всего одна жизнь, поэтому не вижу смысла тратить себя на пустое, а хочу прожить ее как королева. Хочу взять у мира все самое лучшее, забрать все возможные привилегии.
Пока я в предпоследнем классе старшей школы – это значит только одно. Лена Дерин – самая красивая и популярная девушка здесь. Об этом знают все – от девятого класса и до двенадцатого.
Об этом знали все…
Я нервно ударяю пирсингом по нижним зубам, и снова вцепляюсь взглядом в десятиклассницу, что решилась прийти к нам на отбор.
Кэти Мэннинг.
Сама по себе – ничто. Ни интересной внешности, ни таланта. В чирлидинге таким нет места, это ясно уже с первой секунды. Уже давно пора высмеять ее и гнать из зала, чтобы не занимала наше время.
Но я тяну.