Взвешиваю риски. Продумываю стратегию. Как поступить, чтобы использовать эту дурочку? Пусть даже Кэти незначимая фигура, но ее приход к нам сам по себе важен.
Потому что она лучшая и единственная подруга гребаной Ивы Колди.
Подруга мелкой сучки, которая весь этот учебный год мне поперек горла. Я не терплю конкуренток, я их выживаю. Показываю, что я лучше, и это обычно работает довольно легко. Но Ива – особый случай.
Она, как и я, совершенна в спортивных танцах. Мой уровень – чирлидинг школы Сент-Лайк. Ее – полностью профессиональный, что скорее всего через год она будет в олимпийской сборной.
К моему ужасу, Ива еще и красива. Не настолько как я, но все же.
Все же настолько, что в этом году все парни словно сошли с ума, и начали сохнуть по ней. Мерзость какая. Я ведь слышу эти их разговоры.
Мое спасение в этом – больной на голову Алек Брайт, еще одна школьная легенда только в мужском варианте с неоспоримым авторитетом. Напрочь одержимый Ивой, запретил всем парням приближаться к ней, хоть и сам остается в стороне. Я в курсе этой школьной тайны, храню ее даже в секрете – потому что мне это на руку. По крайней мере, из-за него к Колди никто не смеет открыто навязываться, поэтому эта сучка не ходит по коридорам с толпами поклонников.
И ее лучшая подруга Кэти. Которая передо мной. Простая и дурацкая.
Я могу отнять ее у Ивы и забрать в свой лагерь – для меня провернуть подобное легко. Даже настроить ее против, дав ей свою благосклонность.
Это будет мне выгодно или нет?
Алек Брайт лишил мою конкурентку внимания всех парней, Кэти Мэннинг же заменяет ей девичью часть общества Сент-Лайка. Это тоже немаловажно, потому что с Ивой хотят дружить. Некоторые ученицы, что раньше копировали мой стиль одежды, теперь частично следят так же за Колди. Оставшись в одиночестве, идиотка может обнаружить, что популярна и создать такой же лагерь, как у меня, собрать свою свиту.
Не выгодно мне это, нет.
Так что, Кэти, извини.
О, но я даже не извиняюсь.
Разобравшись с внутренней дилеммой, я встаю со скамейки, поправляя короткую юбку. Мои подружки-сучки подскакивают следом за мной.
– Заканчивай! – грозно приказываю Кэти, не желая дальше смотреть на ее кривляния. Не понимаю, на что надеялась эта лохушка с такой подготовкой.
Девушка сразу замирает, по ее лицу стекает пот. Раскрасневшаяся кожа подсвечивает небольшой прыщ на переносице. Но ее круглые карие полны надежды, которую я скоро прикончу.
– Итак, девочки, что думаете? – обращаюсь я к подругам. Не скрываю своей ухмылки – таким образом, даю им знак о своем решении. В начале – холодный дождь от моих сучек, в конце – цунами за мной.
– Кэти, это было интересно, – щебечет Кристина приторным тоном. – Ты, наверное, долго занималась, готовилась?
Идиотка смущается, еще больше краснеет, думая, что это комплимент.
– Да нет. Мы в театральном кружке ставили мюзикл, и я немного занималась там танцами.
Боже мой, она исполняла там роль пляшущего клоуна? Ее роли – максимум комедийные. Как только хватило наглости явиться к нам?
– Мне понравилось одно твое движение, вот это, – присоединяется Элис. Она нелепо дергается, выпучив глаза, пародируя девушку.
Слышен первый смех.
– О! – восклицает Милли. – У меня на восьмидесятый юбилей так танцевала бабушка в честь торжества! – И вслед за Элис дергается всем телом, вскидывая хаотично руки над головой. – Хотя нет, у бабули это выглядело даже лучше.
Потом все скопом начинают повторять движения Кэти, доводя их до абсолюта убогости. Стоит гвалт и смех. Я с улыбкой наблюдаю за побледневшей девушкой, до которой, кажется, начинает что-то доходить. Сама не участвую в этом представлении, но Кэти ловит мой взгляд, зная, кто здесь главный. Словно еще надеется, что я встану на ее сторону, забавно.
– Лена, – зовет меня Крис, – может, сделаем эту девочку у нас главной, пусть ставит нам номера?
Я подхватываю это.
– Это идея. – При этом смотрю пронзительно на Кэти, и медленно произношу. – Только вместо группы поддержки всей командой отправимся в кабаре веселить публику. Кэт, кошечка, возглавишь нас и поведешь в какой-нибудь бордель?
Это даже не хамство. Уровень подготовки этой девушки – клубные танцы для подвыпившей публики.
– Это значит, нет? – бестолково уточняет дурочка.
Я выхожу вперед, раздвигая замерших подруг, прекративших пародийные танцы.
– Это значит, ты бездарность! – рявкаю я, не выбирая тактичные выражения. – Твое нахождение среди нас стало бы самым кричащим позором для чирлидинга в Сент-Лайке. – Поправляю распущенные темные волосы за плечи. Перевожу взгляд в сторону выхода из спортзала. О, боже мой. – Пошла вон, Кэти Мэннинг, и больше не смей тратить наше время!