Ланс дал девушке то, что она хотела, начав решительно мять грудь, порой потягивая её за соски. Сегодня Аде это нравилось явно больше простых поглаживаний. Хотя движения аристократа всё ещё оставались аккуратными, пусть и напористыми. Ведь грудь девушки слишком нежная и чувствительная.
— Я сейчас сойду с ума… — в очередной раз простонала девушка, с силой опускаясь вниз.
И сразу же Ада наклонилась вперёд, заводя руки за шею аристократа. Всем телом она легла на своего хозяина, после чего сконцентрировалась лишь на движениях тазом. В такт каждому движению на одеяло летели брызги, а рабыня продолжала ускоряться.
Ада немного замедлилась, но движения стали мощнее. Аккуратно её попка поднималась к верху, достигая максимальной высоты, после чего резко опускалась вниз. Бедра с силой шумно опускались вниз, достоинство аристократа входило на всю длину, а брызги фонтаном били во все стороны.
Ада сделала последний мощный толчок, остановилась и задрожала, чувствуя, как тепло наполняет её изнутри.
После девушка обмякла и просто лежала на хозяине, пытаясь отдышаться. Ланс уже хотел было отправить рабыню мыться, как вдруг она вновь начала медленно двигать своим тазом.
— Опять твердеет… — игриво заметила Ада, после чего приложила к губам хозяина пальчик. — Ещё разок для закрепления. Ой!
Ланс сразу же подхватил свою рабыню за талию и опрокинул спиной на кровать. После этого рывком выпрямился, вставая на колени. А вместе с этим пискнула и Ада, которая теперь опиралась только на локти, пока её спина и попка поднялись в воздух. Почти сразу же девушка догадалась завести свои ноги за спину партнёра, чтобы хоть как-то держаться.
Ланс же не дал своей рабыне отдышаться и сразу же нарастил темп. Мужские и женские соки уже активно перемешались, продолжая пачкать кровать с каждым новым толчком.
Жадно хватая ртом воздух, девушка пальцами впилась в простыню. С каждой фрикцией её грудь подпрыгивала, а сама рабыня принялась извиваться от нескончаемого удовольствия.
Ада уже откинула голову назад, отдаваясь страсти на полную. Глаза её закатились, спина выгнулась дугой, да так, что опираться приходилось исключительно на плечи. Ладони же девушка бесконтрольно переместила к своей груди, активно сжимая и сводя свои прелести вместе.
Под конец рабыня уже стонала во всю глотку, дрожала, пыталась выбраться, но тщетно. Ланс крепко держал её за бёдра, не давая отодвинуться. Поэтому Ада продолжала кричать и извиваться от непередаваемого наслаждения, пока аристократ не закончил.
— Ох… — закрывая лицо обратной стороной ладони, рабыня пыталась отдышаться. — Ну, теперь я готова к любым тренировкам…
Внезапно Ланс перевернул свою рабыню на живот, заставляя принять новую позу.
— Хозяин, мне уже хватит, честно, — взбудоражено произнесла Ада, оглядываясь назад.
— Ага. А завтра всё начнётся по новой. Разберёмся с этой помехой здесь и сейчас, чтобы ты думала только о тренировках и предстоящем бое.
Глава 26
В таверне «Золотой окунь» опять было очень шумно и зверолюдно. Хотя представителей других видов тоже хватало. Даже несколько амфибий решили съездить в город зверолюдов и посмотреть на зимние игры. Конечно, арен в Эдеме хватало в любых городах, но все они имели свою изюминку. Сарос не стал исключением. Так что порой сюда приезжали гости из других городов, которым хотелось увидеть что-то новое.
Чем выделялись арены Сароса на фоне других? Во-первых, здесь банально выступало довольно много зверолюдов самых разных рас. В свою очередь зрителями тоже зачастую были именно зверолюды, на вкусы которых и ориентировались организаторы. В следствии бои Сароса заслуженно называли звериными. Изюминкой служили необузданная ярость и беспощадная дикость в сражении, к тому же поверженных врагов могли просто сожрать прямо на глазах у зрителя, что как бы тоже добавляет зрелищности. Таким образом если арены Акерона напоминали театр с искусно поставленными пьесами, то в Саросе рвали друг другу глотки настоящие животные в самом худшем понимании этого слова.
Хотя стоит понимать, что речь идёт об оценке всех боёв в целом. Иногда и в Саросе можно увидеть что-то утончённое и великолепное. В Акероне тоже бывает выпускают настоящих монстров, которые перед убийством своего противника сначала над ним публично надругаются несколько раз. Всё зависело от спроса граждан города. А спрос на мерзость в Эдеме всегда и везде был велик.
В данный момент Ланс сидел за стойкой, попивая вино из своего бокала. Особого интереса к напитку аристократ не проявлял, прибывая в собственных размышлениях. Людям вроде него всегда есть над чем подумать.