Джеб схватился за волосы и завыл, склонившись головой к полу.
— Как же так?!
— Не вопи, — спокойно сказал вампир. — Этим ты её всё равно не вернёшь. А хочешь, я назову имя того, кто отнял у тебя любовь всей твоей жизни? Ведь ты потерял её задолго до сегодняшнего дня. А тот лугару влюбил её в себя, но не пожелал жениться, обрекая на позор и бесчестье.
— Да! Кто эта бездушная сволочь?!
— Я скажу. Но прежде дай слово лугару, что ты пойдёшь до конца.
— Оно у тебя есть, — проскрежетал зубами Джеб.
— Ну, так, слушай, твой обидчик — это старший сын лорда лугару Дариона Карнхейма.
— Как?!
— А вот так. Этот мерзавец привык получать всё на блюдечке. Пользуясь своей неотразимостью в глазах женщин, он бессовестно соблазнял несчастных, удовлетворяя свои низменные страсти. И всегда всё ему сходило с рук. Кстати, лорд Карнхейм скоро будет здесь. Сама того не желая, леди Мориза заманила любовника в ловушку. У тебя будет шанс отомстить и за своё унижение, и за потерянную любовь. Если бы не он, то это были бы твои дети.
Глаза оборотня загорелись фанатичным огнём и нездорово блестели. Он только согласно кивал, без устали повторяя: «Я убью его! Убью его! Убью!».
— Мориза Виндкор послала письмо лорду с дальним прицелом, — продолжил вампир. — Она вознамерилась убить одним ударом сразу двух зайцев: прекратить бесчинства в своих владениях и познакомить оборотня с его отродьями в тайной надежде растопить холодное сердце и стать леди Карнхейм. Думаю, что ждать нам осталось недолго.
— Ну, так нужно подготовиться к торжественной встрече, — зло выплюнул Джеб, сгорая в огне ненависти.
— В этом я тебя целиком поддерживаю.
— А скажи-ка мне, вампир, зачем тебе это всё нужно? — подозрительно прищурив глаза, спросил Джеб.
— Отвечу так: у меня с этим лугару свои счёты. Он поиздевался не только над твоей любовью, но и покусился на того, кто должен был стать моим. Я годами наблюдал из тени, боялся приблизиться, надышаться на это совершенство не мог, а этот гад всё испортил. Он осквернил его своими грязными руками, лишил моё личное солнце прежнего блеска. — Вампир закрыл глаза, с яростью ударив кулаком в дверь, и дерево с характерным треском покрылось большими и мелкими трещинами.
— Да… Мы словно братья по несчастью.
Внезапно вампир вскинулся и посмотрел на оборотня:
— Ты убьёшь лорда Карнхейма, но прежде я удавлю этих щенков у него на глазах. Пусть видит и гадает: за что?
— Как скажешь, вампир. И, может, познакомимся уже?..
— Это ни к чему. Меньше знаешь — крепче спишь.
***
Лугару двигались без остановок, поэтому к вечеру они добрались до поместья Виндкор. Вечер выдался холодным, но безветренным. На небо уже взошла бледная ликом луна и сияли первые звёзды.
Нападение из засады у самого края деревни застало оборотней врасплох. Так как у всех нападавших были скрыты лица, то вывод напрашивался сам собой — наёмники. Среди них были отступники из лугару, вампиры и вервольфы. Одни выскакивали из-за кустов можжевельника, другие сыпались с деревьев, как орехи в период зрелости, размахивая длинными острыми когтями и на лету вспарывая плоть, словно отточенными ножами. Силы были неравны. Числом противник превосходил небольшой отряд Райвена вдвое. Их явно ждали и хорошо подготовились. Сражаясь, краем глаза лорд Карнхейм успел заметить высокого вампира, стоящего чуть в стороне и не участвующего в драке. В глаза бросилась кровожадная довольная ухмылка, которая была будто бы приклеена к красивому бледному лицу, и роскошная одежда, выдающая благородное происхождение незнакомца. Но тут Райвена пронзила резкая боль, в голове зашумело, и свет в глазах померк. Прежде чем его поглотила непроглядная тьма, оборотень понял — это конец. Последнее, что он услышал, — это низкий голос, отдающий приказ наёмникам добить раненых и избавиться от трупов, а его доставить в темницу и заковать.
— А что, если лорда будут искать и вышлют новый отряд? — спросил вампир из толпы нападавших. — Всё-таки не мелкая сошка. Его непременно хватятся и будут искать.
— К тому времени, как на его поиски отправятся другие лугару, лорд Карнхейм будет мёртв, а мы исчезнем.
Райвен приходил в себя медленно. Тьма постепенно отступила, и он начал ощущать в голове пульсирующую боль. Руки и ноги тоже нещадно болели и затекли. Сильно беспокоил тот факт, что регенерация у оборотней быстрая и, пока он валялся на грязном полу подземелья без сознания, кости, если были сломаны, могли срастись неправильно. Собравшись с силами, Райвен решился пошевелить сначала ногами, а потом руками. К его немалому облегчению, всё было в порядке, и тело слушалось. А вот стоило ему поднять голову, боль снова напомнила о себе, пронзив затылок, будто молнией. Оборотень зашипел и застонал.
Было тихо. Пахло гнилью, плесенью, сыростью и кровью. Его кровью. Райвена сильно замутило, когда он попытался поднапрячься и поменять положение. Перед глазами всё поплыло, и тело взбунтовалось, готовое выплеснуть содержимое желудка. Сознание снова затуманилось, но острый слух уловил приближающиеся тяжёлые шаги. Скрипнула дверь, и кто-то вошёл в темницу.
— Итак, ты очнулся, — раздался хриплый голос совсем рядом.
Райвен осторожно пошевелился, приподнял голову, избегая резких движений, и посмотрел в сторону говорившего. Он ожидал увидеть того незнакомого вампира, но не одного из лугару, который смотрел на него с неприкрытой ненавистью и одновременно с восхищением.
Джеб, как ни прискорбно, вынужден был признать, что подлый соблазнитель Моризы был силён и потрясающе хорош собой, гораздо красивее своего отца, которого он не раз имел честь видеть в Виндкоре.
— Не твоими молитвами, — отозвался Райвен.
— Теперь ты за всё ответишь, — процедил сквозь зубы оборотень.
— А именно?
— Скоро узнаешь.
Джеб уже собрался выйти из темницы, когда услышал:
— Где Мориза и дети?
— Не твоё дело! — взвился оборотень. — Ты не имеешь никакого права произносить имя той, которую опозорил. И знай, твоим ублюдкам недолго осталось жить! — И оборотень громко расхохотался.
— Ты спутался с вампирами и привёл их в наши земли, предатель!
— Это всё для пользы дела. Ты умеешь наживать врагов, лорд Карнхейм, — издевательски заявил оборотень. — Подумай, пока есть время: чем ты мог насолить вампирам?
— Послушай, если с моими детьми и их матерью что-то случится, ты умрёшь страшной мучительной смертью. Обещаю.
— Заткнись! — заорал Джеб. — Я тебя не боюсь! Она умерла из-за тебя! Ты виноват, что она отказала мне! Я любил её!
«Ну вот, — подумал про себя Райвен, — по крайней мере, теперь я знаю, что случилось с Моризой».
Оборотень даже не заметил, как нахмурился лорд, получив печальное известие. Он всё никак не мог угомониться.
— Ты здесь никто! Ты беспомощный пленник! Я уничтожу тебя и твоё семя!
Резко перекинувшись, Райвен разорвал сковывающую движения цепь. Не дав Джебу опомниться и что-то предпринять, огромный волк прыгнул и повалил того на пол, поставив мощные лапы на грудь, не давая свободно вздохнуть.
— Если я лишь жалкий пленник, то почему ты валяешься у моих лап? — услышал оборотень грозный голос в своей голове.
Райвен уже занёс лапу, чтобы снести голову предателю, как дикая боль сдавила виски, лишив разом зрения и слуха. И он рухнул на месте, как подкошенный.
***
У Айлена Сторма целый день ушёл на то, чтобы добраться до Дайманд Холла. Он замёрз и был голоден, так как в пути нигде не задерживался, разве что справлял естественную нужу. Но вот впереди показались родные стены. Осталось пересечь заснеженную равнину — и он дома.
Оказавшись во дворе, вампир быстро спрыгнул с коня и огляделся. Навстречу к нему спешил один из лучших воинов, Рис Фицрой.
— Да что же вы творите, мой лорд! Такой путь, и всего за два дня! Немыслимо!
Айлен скривился, размял затекшие от долгой езды конечности и отмахнулся от назойливого внимания.
— Так было нужно. Лучше вели Барнсу, чтобы накрывали на стол. И еще: сегодня мне нужна кровь сразу трёх девушек. А потом я еду к лугару.