Ее маленький братец… ее сердечко… ее Николенька… О, Александр непременно поможет ей вернуть брата. Ведь он поймет…
— У меня есть брат. Совсем еще мальчик… лишь ради брата… иначе бы никогда! Не смогла бы! Он для меня все…
Она нервничала, путалась в словах. Ей вдруг захотелось подойти к Александру и опуститься у его ног на ковер, взять его за руку и рассказать все-все о маленьком Николеньке, об их сиротстве и тесной связи, намного более крепкой, чем бывает у сестры и брата.
— Как его имя? Сколько ему лет? Где он сейчас? Что за нужда у него?
От отрывистого и резкого тона Александра Лиза совершенно растерялась. Оттого и отвечала неуверенно, а на последние вопросы только и смогла пролепетать: «Я не знаю…»
Александр резко встал с кресла и шагнул к столику у окна, на котором Лиза с удивлением заметила поднос с графином и бокалы. Он плеснул в бокал темно-красного вина и одним махом осушил его до дна, а потом вдруг бросил об пол. Бросил с такой яростью и силой, что Лиза с трудом удержалась от крика. Осколки хрусталя разлетелись в разные стороны, а часть их с жалобным звоном захрустела под подошвами мужских туфель.
Заметив, что граф направился к ней, Лиза резко отпрянула и стала отползать от него вглубь постели. Но Александр оказался гораздо проворнее и успел придавить коленом подол ее платья.
— Значит, причиной твоего появления здесь явилась любовь к брату, — бесстрастно проговорил он, но теперь, когда был так близко, Лиза разглядела, каким огнем горят его темные глаза, ставшие почти черными от едва сдерживаемой злости. — Именно любовь к брату привела тебя сюда, заставила лгать и изворачиваться и даже довела до моей постели.
Лиза невольно ахнула от грубости этих слов. Никогда и никто не разговаривал с ней в таком тоне. Но больнее всего было понимать, что эти слова не несут в себе ничего, кроме правды.
— Вы не смеете со мной так разговаривать! Как и не смеете находиться здесь в таком виде и в такой час… Ни один благородный мужчина не явится в комнату к девице и не будет вести себя подобным образом.
Она изо всех сил дернула подол на себя, пытаясь высвободиться, однако ее попытка не увенчалась успехом: он пошатнулся, но все же удержал равновесие.
— Смею ли я напомнить тебе, что здесь не столько твоя комната, сколько мой дом? И что я волен делать в этих стенах все, что пожелаю. И что еще неизвестно, насколько благородна кровь в твоих жилах.
— Что это значит?! — ошеломленная его заявлением Лиза даже перестала вырываться.
— Что это значит? — переспросил Александр, упираясь руками в постель и придавливая подол ее платья теперь не только коленом, но и ладонью. — Я полагаю, едва ли мое состояние и титул был целью в игре, что затеяна была вами, mesdames. Венчание — да, но вот что должно было стать истинным итогом вашей авантюры? Чего вы так желали в этом браке? Если бы алчность сподвигла вас на то, не было бы нужды появляться под чужим именем в моих землях. Значит, здесь иное… значит, союз с вами должен принести мне что-то такое, что стало бы мне поперек горла. А что могло быть слаще, чем соединить меня узами с особой мещанской крови? Или того более — с крепостной. Удивительно тонкая месть!
Лиза была настолько поражена его словами, что не смогла сдержать громкий нервный смех.
— Какая чушь! Вы сошли с ума!
При этом она упустила момент, когда он придвинулся еще ближе. Ей пришлось выгнуться, чтобы хоть немного отстраниться от него. Но дальше деваться было некуда, колено Александра уже почти вплотную прижималось к ее бедру, скрытому подолом платья. С легким трепетом в душе, она не могла не подумать, что еще немного и он нависнет прямо над ней на руках… совсем как тогда…
— Чушь? Крестьянку можно нарядить в барские платья и обучить манерам, как девицу благородных кровей. И едва ли кто отличит в таком случае дворянку от холопки, — Лиза возмущенно дернулась, когда он попытался обхватить пальцами ее подбородок, словно желая разглядеть ее лицо со всех сторон. При этом она не удержалась и все-таки упала спиной на постель. Хотела тут же подняться на локтях, но рука Александра одним быстрым движением придавила ее плечо к кровати.
— Но ты не крестьянка. Я знаю то доподлинно, — задумчиво произнес он. А потом провел указательным пальцем свободной руки по ее лицу — от самого виска до уголка губ. — У нас здесь совсем иная история…
— Немедленно уберите руки, — твердо проговорила Лиза, несмотря на то, что внутри вся дрожала от страха перед тем, что вдруг вспыхнуло в его глазах. Ей показалось, что сейчас Александр сомкнет ладони на ее шее. — Оставьте меня…