— Добре! А ну, берись за телефон! Будем названивать. Сначала автобату, потом в ДОП.
Телефонисты поспешно закрутили ручки.
Комбриг прислушивался к приближающемуся гулу боя.
В соседней комнате послышались торопливые шаги, затем в дверях показался командир автобата. Он, видимо, бежал всю дорогу и теперь с трудом переводил дыхание.
— Вот вас-то мне и нужно, — обрадовался комбриг. — Ну, как там дела, на участке?
— Теснят, товарищ комбриг. Перестрелка кругом. Сейчас прибежал лейтенант, — сказал, что нужно подкрепление. Я вот и пришел, чтобы выяснить.
Резко запищал телефон.
Звонил бригадный комиссар. Комбат не мог разобрать, о чем идет разговор, но по тону комбрига понял, что случилось что-то серьезное.
— Сейчас вышлю к вам все, что возможно. Надо восстановить прежнее положение, — торопливо сказал комбриг и повернулся к комбату.
— Взять роту из автобата и немедленно двинуть ее на церковь. Финны заняли ее. Будем отбивать. Южный участок не оголять. А то как бы финны со стороны церкви не бросились. Понятно? В два счета. Забери грузовик и поезжай. Бойцов перебросить на машинах.
За окном загудел мотор. Комбриг созвонился с Казанцевым и вызвал его в штаб. Связался с Гуляевым и приказал непрерывно высылать к линии обороны боеприпасы. В батарею дозвониться было трудно. Наконец, оттуда ответили.
«Беспрерывно бить по району к северу от церкви», — приказал комбриг.
Положение было крайне серьезным. До автобата близко. Значит, помощь оттуда будет немедленно. Вот, если бы и Целовальников пришел во-время. Он вышел из дому и, пройдя мимо дозорных, хотел подняться на бугорок. Несколько пуль просвистело над головой.
— Туда нельзя. Убьют вас! — встревоженно крикнул лейтенант — начальник караула. — Тут сейчас двух ранило. Все равно не видать ничего.
У дома остановилась машина. С нее спрыгнули бойцы, сразу начавшие выгружать ящики и мешки с патронами. Затем, подняв их на плечи, бойцы двинулись по дороге к церкви.
Там с новой силой вспыхнула перестрелка.
Комбриг пошел навстречу приближающейся машине, набитой бойцами, за первой показалась другая, третья.
— Откуда?
— Из автобата, — отрапортовал комроты.
— Ну, добре, добре! Дальше машина не пройдет — ногами надо. Быстро прибыли — хвалю! — громко говорил он, стараясь, чтобы все окружающие слышали. — А ну, покажите себя, сынки. Я слышал, вы народ боевой. Надо отсюда выкинуть финскую нечисть. Только по тропинке идите, — крикнул он вдогонку комроты, — дорогу обстреливают.
Он отошел в сторону, пропуская роту. Бойцы торопливо шли цепочкой, таща за собой на небольших деревянных санках станковые пулеметы и привязанные на веревках металлические ящики с пулеметными лентами.
— Товарищ Коваль, товарищ Коваль! — закричал кто-то приглушенно, и сейчас же, обходя стороной цепочку, по обочине дороги пробежал вперед высокий санитар с перевязкой Красного Креста на рукаве, с плотно набитой медицинской сумкой.
Комбриг заметил молодое, совсем еще юношеское лицо.
Уже гораздо позже, когда комбриг вспоминал эту тревожную ночь, он всегда думал об этом коротком времени, когда скрылись бойцы, а он остался у помещения штаба. Как всегда бывает в такие моменты, время тянулось бесконечно медленно. Нервы были напряжены, казалось, до последнего предела… Он медленно ходил перед домом, прислушиваясь к перестрелке.
Снова по озеру начали бить финские минометы. У самой горки затрещали автоматы, по двору забегали и засуетились бойцы. Торопливо подбежал начальник караула и в нерешительности остановился. Комбриг отчетливо услышал крики на незнакомом языке: финны снова пошли в атаку.
— В ружье! — тихо сказал он начальнику караула.
Приказ мгновенно разнесся по всему двору, проник во все помещения, отовсюду бежали бойцы с винтовками, засовывая за пояс гранаты, таща станковые пулеметы.
Броневик двинулся к дороге, выбирая удобную позицию.
Пробежав вперед, цепь залегла у начала спуска.
— Товарищ комбриг, прошу вас уйти отсюда, — взволнованно попросил начальник караула. — Стреляют ведь совсем рядом.
— Я буду в цепи, — сказал комбриг, выбрал место и улегся в снегу. Он решил подпустить финнов к перекрестку дорог, а затем ударить в тыл. Иного выхода не было. Повидимому, финские силы были велики, их не удержишь таким небольшим заслоном.
Было трудно определить, что делается впереди, но стрельба разгоралась, превращаясь в ураганный шквал.
— Аля-ля-аля-ля! — закричали близко, казалось, уже совсем рядом, за вершиной бугра.