Так что покупателей я встречала нормальным человеком, а не чучелом.
Первая покупательница была с особым заказом. Ее муж срочно нуждался в трубочке с белковым кремом, как я поняла из ее жалоб. Мужчина много работал, обеспечивал жену и детей всем необходимым, но вот любить жену по вечерам у него не хватало сил. Молодой, красивый, любимый, а в постели может только спать. Как жена не старалась – вкусная еда, немного алкоголя, отдых, сон, расслабленная атмосфера, красивое белье, даже эфирные масла – ничего не помогало мужу. Это сильно повлияло на его самооценку.
- У него там все…спит, - почти на ушко, стесняясь, сказала мне она.
- Сейчас посмотрю, что я могу для вас сделать.
Первым делом, как она вошла ко мне в магазин, промокшая и замерзая, как я совсем недавно – я предложила ей чаю. Такой у меня сегодня подарок для каждого посетителя, который тоже искупался в дождевой воде. Мне не трудно, а человеку приятно. А люди всегда возвращаются туда, где им было хорошо.
В подсобке Книгу я не нашла, а я ожидала, что она будет лежать на столе, открыта на нужном рецепте. Ситуация ведь не сложная. Полезла искать в сумку и похолодела. Поняла, что утром взяла другую сумку, такую, что не боится дождя.
А Книга осталась дома. Можно было собраться, попросить покупательницу подождать, например, у фонтана, закрыть магазин и побежать домой. Ну, попаду под дождь, так ведь не сахарная, не растаю. Оставила эту идею на план Б. План А был такой – расслабиться, «нырнуть» в себя, задать вопрос, получить ответ и тогда действовать. Кажется, что сам Дар, который творит чудеса, находится во мне, а не заключен в страницах старой тетради. Не знаю, где точно во мне - в крови, в нервах, в сердце, в кончиках пальцах или в каждой клеточке тела, но я чувствую его в себе. А Книга - это мой учитель, переводчик, она дает подсказки.
Закрыла глаза. Задала вопрос… прислушалась… получила ответ, и довольная вышла из подсобки. Естественно, трубочки с белковым кремом из свадебного набора.
Ого, я начала проявлять уже некоторую самостоятельность. Бабушка, ты мной гордишься?
Испробовать свои силы без Книги в тот день мне больше не удалось, дождь всех распугал. Ближе к вечеру он поутих, и я уже не боялась выйти на улицу после работы. А ко мне еще и Дима с Алисой зашли, чему я была невероятно рада.
Дима… я так соскучилась. Одних разговоров и сообщений мне уже очень мало. Я хочу вот так прижиматься к нему, пока он целует мне щечки три раза и, незаметно для Алисы секунду задерживается на губах. Хочу ощущать его тепло и запах, хочу целовать его долго, очень-очень долго, хочу засыпать и просыпаться вместе с ним.
Мы немного погуляли по торговому центру, а потом они подвезли меня домой. Я поверить не могу своему счастью, что у меня есть Дима. А поздно ночью он написал мне сообщение, что ждет завтра на ужин. Приглашает к ним домой.
Ну, на конец-то!
Огосподибожемой! Что надеть? Как мне себя там вести? Что взять с собой? Какое белье надеть – черное, лиловое или красное? Как незаметно не есть то, что я не ем? А если я буду сильно волноваться и буду зажата? А если ему секс со мной не понравится? Я сто лет не занималась сексом, наверное, заржавела уже вся. А секс вообще подразумевается после ужина или я поем и пойду домой? Зубную щетку брать?
Почему мне нельзя съесть маффин? Или хотя бы кусочек торта «Шапка Гугуцэ», чтобы остановить мысли и уснуть?
Работник из меня в четверг был так себе. Если честно, я бы такого работника уволила нафиг. Сидит, мечтает, глупо улыбается, покупателей не замечает.
Вот женщина пришла, послушай внимательно, чего она хочет.
- Мой сын давно уже не может найти себе работу, его никуда не берут. А если и берут, то через пару дней увольняют. А Мишка такой хороший мальчик, домашний, тихий.
Судя по женщине – лет около шестидесяти, а то и больше, лишний вес, начес на всю голову, цвет волос бешенный баклажан, глаза густо намазаны синим, а губы красным – ребенок у нее поздний, горячо любимый и балованный.
- Итак, чего желаете? – Спросила я строго по формуле.
- Хочу, чтобы Мишка нашел себе работу.
Интересно мне, а чего желает сам Мишка?
Книга была закрыта. Сейчас я уже не воспринимаю это, как личное оскорблению. Скорее, как подсказку. Что-то не так.
- Простите, а можно увидеть самого Мишу? – спросила я покупательницу.
Она тут же рявкнула в сторону двери:
- Мишаня, сЫночка, иди к нам! Тетя хочет с тобой поговорить.
Я напряглась только при слове «сыночка». Кажись, эта тетка решила пристроить на работу ребенка, тогда понятно, почему его никуда не берут. А потом в магазин вошел сыночка и я, скажем так, удивилась.
Дядька, старше меня на пару лет, тоже страдающий лишним весом, с ожирением по женскому типу, с большим животом и ляжками, а окончательно добили меня коротковатые брюки, затянутые чуть ли не под мышки. Он стеснялся своего вида и выглядел затравленным и несчастным. Мамина ты принцесса! Я так понимаю, мама тебя за ручку на собеседования водит, а потом и на работу приводит утром?
- Мне надо поговорить с Михаилом, - сказала я женщине с начесом, - всего на пару слов.
- У Мишани нет от мамочки секретов!
Уж я то и не сомневаюсь.
- Понимаете, иначе я не смогу помочь.
- Ну, давай. Только недолго. И у меня на глазах, - скомандовала недовольным голосом тетка, и попыталась усесться на высокий барный стул.
Я представила, как это стул исчезнет у нее между попами и прикрыла рот рукой, чтобы не заржать в голос.
- Михаил, - пусть этот мужчина почувствует себя мужчиной хоть по имени, а то Мишаня да Мишаня, - чего бы вам хотелось в жизни?
- Я…- замялся он, не поднимая на меня глаза, - мне…хочу…как мама скажет, так и хорошо.
- Поймите, Михаил, сейчас у вас есть, скорее всего, единственный шанс изменить свою жизнь. Я серьезно. Или принимаете решение, чего вы хотите, или так всю жизнь и проживете под юбкой у мамы. Поверьте, мир намного больше и интереснее.
Михаил поднял на меня глаза. Кажется, сейчас заплачет. Вот уже слеза блестит.
- Чего желаете, Михаил, - поднажала я строго.
- Хочу сам принимать решения.
Бинго! Ес-ес-ес! Уррра! Я понеслась в подсобку.
Книга открылась сама. Хвостик ложки показывал мне на пирожок с орехами. Но это ведь точно не для того, чтобы найти работу. Про работу я еще и не встречала рецепта. Это про сильный характер. Ну, мамаша, держись.
Мне еще пришлось доказывать мамаше, что Михаил должен сам купить у меня пирожок и дать монету.
- А это не опасно? – нервничала она.
Мне хотелось на нее накричать. Идет к ведьме, чего-то требует и вдруг боится дать пять копеек.
Михаил буквально проглотил пирожок целиком сразу же, как только я ему его передала.
А уже после обеда эта заполошная мамаша пришла меня проклинать. Потому, что она хотела повести Мишаню на очередное собеседование, а он сказал ей, что пойдет сам. И, вообще, сторожем быть не хочет, хочет пойти на курсы маникюра и красить женщинам ногти. Мишаня впервые в жизни открыл рот и посмел перечить матери.
Уж она меня посылала по матери! И угрожала, и проклинала до седьмого колена, и меня, и детей моих. Грозилась сходить к какой-то Лие, порчу на меня навести. Но я была к этому готова и смотрела на весь этот цирк сквозь прозрачный пузырь защиты и думала о том, что Михаилу будет непросто, но он справится. А потом мне надоело, и я вызвала охрану. Два красивых накачанных хлопца в черной форме увели ее под ручки за пределы торгового центра.