- Ты знаешь, что имя Вазилики означает «королева»? – Спрашивает Захар, когда мы вечером отдыхаем на террасе и ждем получается, королеву.
- Вот вам и пожалуйста! Королева. Так что, значит и муж Любы – Васька, Василий, тоже король?
Заплаканная греческая королева пришла, как и обещала. Долго общалась с Захаром, отказывалась у меня что-либо брать. Да что ж такое? Ведьма я или блондинка на пляже?
- Захар, переводи, пожалуйста, дословно. – Попросила я и стала смотреть девушке прямо в глаза. – Ты хочешь, чтобы муж выжил и снова был здоров?
- Да.
- Хочешь, чтобы в вашей семье всегда хватало денег?
- Да.
- Возьми эти пироги и дай мне монету.
Вазилики отвечала односложно. И я не отпустила ее взглядом, пока она не передала мне монету в руку и не забрала пироги.
- Завтра уже будет лучше, - сказала я на прощание и обняла ее, продержав в объятиях дольше, чем нужно. Через кончики пальцев полились остатки бурлящей силы. – Завтра не приходи. Приходи через два дня. Пироги должна съесть сама, дать мужу и детям. – Пусть все ей помогают. Да и не будет лишним ни для кого.
Вазилики ушла, осторожно прижимая пироги к себе.
А я не знала, что и как объяснять Захару. Но он ничего меня не спрашивал, просто переводил мои слова. Позвал прогуляться на пляж.
Я сделала то, что должна была сделать. Если ему не нравится, если ему не понравится то, что я делаю, я ведь все-равно не смогу от этого отказаться. Это моя жизнь.
За греческую королеву я теперь спокойна.
А вот будет ли он меня любить с этим? С Даром? Когда все узнает.
Мне так нравится наш отдых, что мне жалко каждую минуту, потраченную на сон. Столько всего еще можно увидеть, попробовать, испытать. А отпуск скоро закончится.
После ритуала с пирогами я такая умиротворенная, тихая. Мое тело уже не звенит, как высоковольтные провода. Мне кажется, я слышу в себе тишину. А несколько дней перед этим меня потряхивало от бурлящей силы. Вот значит, почему сила всегда должна работать, приходить и уходить. Потому, что иначе меня разорвет, как хомячка.
Я наслаждаюсь своей пустотой. До ночи. Пока не получила очередной заряд бодрости. Когда я постоянно работаю с особыми покупателями, мне намного проще, я постоянно отдаю. Наоборот, мне иногда силы не хватало. Я не помню, чтобы раньше я была настолько полна силой.
Несколько следующих дней у меня очень ленивая пляжная жизнь. Все, что я делаю – плаваю, загораю и ем. Иногда читаю. Много играю с Алисой. Ем и ем.
Чувствую себя уже не королевой, а просто ватрушкой.
Есть один момент в наших отношениях с Захаром, который мне не дает покоя. Денежный вопрос. Я понимаю, что о деньгах надо было договариваться на берегу, то есть дома еще. Теперь он категорически против того, чтобы я хоть за что-либо заплатила сама. Весь этот отпуск финансировал он. Я понимаю, что он зарабатывает больше меня и может себе это позволить. Но ведь я гордая, независимая женщина. Меня нельзя купить. Я приехала сюда не для того, чтобы на шару отдыхать, требовать подарки и отрабатывать сексом. Все свои расходы я могу оплатить сама. Я много трудилась и у меня есть деньги. Это я пытаюсь ему донести каждый раз, когда он достает кошелек.
- Успокойся, сладкая моя. Позволь мне тебя побаловать.
Конечно, это мужской поступок. Уважаю. Мужская скупость – это противно, а щедрость добавляет мужчине еще пару полюсов. Но все же я нервничаю. Фима сказала бы, что я дура и надо расслабиться, и получать удовольствие. А я уже боюсь посмотреть на что-то, когда мы гуляем по магазинам или спросить в меню. Он воспринимает это, как руководство к действию. И покупает, покупает.
А я не такая, я жду трамвая. Тьфу ты, блин! Я отчаянно сопротивляюсь, но, когда мы собираемся уезжать домой, у меня становится на один чемодан больше. Там подарки. И мне, и моим родственникам, и подругам, а еще сувениры, магнитики и всякая дребедень. Это очень приятно, но у меня из головы не идет фраза бабушки «за все надо платить».
Собирала – собирала все свои подарки и уснула. Вырубилась. Хорошо, хоть не прямо в чемодане. Сказывается недостаток ночного сна, я начала засыпать, лежа на пляже или в обед. Пока спала, поняла, как я могу расплатиться за все хорошее, что случилось со мной здесь.
В тот день, когда мы уезжаем, я собрала все свои деньги, которые собиралась потратить на отпуск, завернула в лист бумаги, написала сверху «for Basiliki», и положила в своей ванной на полку. Когда она их найдет, мы уже будем далеко. Ей они нужнее.
Наше последнее утро на вилле Магнолия. Сижу на кухне, в своем кресле – троне. Я смотрю, как Захар готовит кофе, слышу, как прыгает и поет на террасе Алиса. Отчаянно не хочу отсюда уезжать. И не только из-за моря и пляжа. Я не представляю, как буду возвращаться в свою прежнюю жизнь. И жить без Захара и Алисы. Конечно же, мы будем встречаться, проводить вместе много времени. Но теперь мне этого мало. Я хочу такой вот жизни с ними. И не только потому, что меня балуют и разрешают сидеть на троне, а кофе самой готовить не разрешают. Не хочу с ними расставаться.
- Не хочу с тобой расставаться, любимая. – Захар поставил чашку с кофе возле меня на стол и присел рядом. Он серьезный.
- Я тоже слишком сильно привязалась к тебе и Алисе. Без вас мне будет пусто дома. А знаешь, что? Я, пожалуй, упакую вас тоже в чемоданы и заберу к себе домой!
Вот, как хорошо я придумала.
- Ты меня опередила. Это я хочу пригласить тебя жить с нами. Я не могу тебя отпустить домой, давай жить вместе?
Что? Я, вообще-то шутила. Разве мы дошли уже до такой стадии отношений, что можем говорить о совместном проживании? А на каких правах? Кто я буду в этом доме? А как мыть ваши большие окна?
-Ты серьезно?
- Я понимаю, что немного опережаю события. Но, все же, я не могу теперь с тобой расстаться хоть на час. Ты мне нужна. Постоянно. Не бойся, мы в быту очень комфортные. Алиса тебя не будет сильно напрягать, у нас есть для этого няня и бабушка. А еще есть Люся, она помогает по дому.
То есть, мне окна мыть не надо?
Тогда ладно.
На самом деле я сейчас думаю не об этом, не об окнах. У меня сейчас то чувство, когда ты стоишь на пороге своей мечты. Почти буквально. И дверь уже открыта.
- Алиса, прелесть моя! Подойди на минуточку!
- Что, пап? - Алиса появилась с единорожкой в руке.
- Я предложил Мае жить с нами, в нашем доме. Что ты на это скажешь?
Господибожемой, о том, как на это предложение отреагирует эта славная девочка, я еще подумать не успела.
Алиса замерла на месте, широко распахнув глаза, она смотрела то на папу, то на меня.
Чувствую, как от волнения в ушах шумит кровь.
Приняв решение, Алиса бросает игрушку в сторону, запрыгивает на стул возле меня и жарко обнимает с радостными криками:
- Ура! Наконец-то у меня тоже будет настоящая мамочка!
Мамочка? Кто это - мамочка? Я? Я - мамочка? Я мамочка!
Ой, мамочки!
У меня потекла слеза по левой щеке, и я попыталась незаметно вытереть ее себе в плечо. И не размазать тушь.
Я удостоена такой великой чести. Этот удивительный ребенок назвал меня мамочкой!
Моя ты принцесса! Нет, не так - мамина ты принцесса!
Значит, я теперь королева - мать!
- А спать ты будешь в моей комнате! Мы поместимся! - Алиса залезла мне на руки и счастливо улыбалась и обнималась.
- О, нет, дорогая! - Возразил Захар, - спать Мая будет со мной. У меня и кровать больше. И вообще...
- Ну, ладно, - нехотя соглашается девочка. - Тогда Мая будет мне вечером читать сказку!
- О феях?
- Да!
- Буду обязательно. – Наконец-то я тоже их почитаю.
- Так ты согласна? – Спрашивает Захар. Он держит меня за руку и очень внимательно следит за моим ответом.
- Соглашайся, будет здорово! – Атакует с другой стороны Алиса.
Я выдыхаю и отвечаю: