С уходом Регины напряжение в магазине спало. И я вижу, что у меня полно защитников. Вот Аня стоит позади меня со щипцами для пончиков в руке. Собралась отбиваться от нападения. Парни из охраны стоят на изготовку. Покупатели, мои постоянные клиенты, заняли оборону с левого фланга. Но храбрее всех оказалась бабушка Зоя с ее банкой борща. Она не побоялась напасть первой. Надо бы ее накормить обедом.
Мне так стыдно за этот концерт, что я молча ухожу в подсобку. Как бы мне незаметно отсюда уйти? А еще – как вернуться завтра в магазин, как общаться с покупателями, что сказать Ане?
Ничего. Ничего не буду никому объяснять. Умные люди поймут, кто не прав в этой ситуации.
Ушла, а точнее сбежала из торгового центра через служебный вход. Остро хотелось напиться и забыться. Понимаю, что это не выход, в этой ситуации нужно иметь ясную голову.
Захар был дома. Сидел на кухне перед бутылкой коньяка, стакан в руке, из закуски только дольки лимона, взгляд пустой. Наверное, ничего утешительного сегодня он не добился.
- Ты понимаешь, даже полиция будет искать Алису через три дня! Когда они узнали, что ее украла мама, вообще меня слушать не стали. А эти специалисты говорят мне, что я должен соглашаться на ее условия и тогда буду видеть Алису несколько раз в год. Черт бы ее побрал, эту суку!
- Я знаю, где Алиса. Если Регина не переехала в другой отель. Она здесь недалеко.
- Откуда ты знаешь?
- Фима мне помогла найти по отелям богатую женщину с длинными черными волосами, у которой внезапно появилась девочка. У Фимы много знакомых. Я пошла туда и говорила с Алисой через дверь, Регина ее закрыла и ушла. Она не хочет меня слышать, хочет жить с мамой. А потом, когда я была у себя в магазине, Регина пришла и орала, как бешенная, чтобы я оставила Алису в покое. При всех.
Захар подскочил:
- Где она?
Я назвала ему название улицы и номер апартаментов, Захар стремительно ушел из дома.
- Будь здесь, я сам с ней сейчас разберусь!
Буду здесь. Там меня точно никто не желает видеть. А папу Алиса послушает. Время течет ужасно медленно. Минутная стрелка часов еле ползет. Сидеть и ждать - мое самое худшее наказание. Хлебнула из стакана Захара, закусила лимоном. Горло обожгло алкоголем, легче не стало. Не могу просто сидеть, нужно что-то делать. Убираю со стола, мою посуду. Перекладываю какие-то вещи. Не могу ждать здесь, собираюсь и тоже выхожу из дома. Вижу у обочины машину Захара. Значит, пошел пешком. Телефон он забыл дома, и я не могу ему позвонить, спросить где он сейчас. Иду к отелю, где поселилась Регина, думаю о том, как не разминуться с Захаром по пути, если он пошел дворами. Я должна быть с ним, что бы не происходило.
Уже вечер, машин на дороге мало, пешеходов еще меньше. Я прошла уже половину пути и думаю о том, что буду делать, когда приду в отель. Подниматься в номер или подождать на улице? Собираюсь перейти дорогу на светофоре, машин нет совсем, но я послушно жду зеленый свет. А вот и зеленый человечек, разрешает мне выходить на проезжую часть. Прохожу пару шагов и слышу, как за поворотом с ревом несется машина на бешенной скорости. Еле успеваю выскочить обратно на тротуар, мимо проносится машина. Успеваю заметить только, что она белого цвета.
- Придурок! - Я испугалась.
И слышу женский крик - помогите! - за поворотом. Бегу в ту сторону, крик повторяется, добавляется еще мужской голос, который кричит, чтобы вызвали скорую и полицию. За поворотом, метрах в ста от меня я вижу мужчину и женщину, который склонились над чем-то, что лежит на тротуаре. Мужчина отходит в сторону, он разговаривает по телефону и смотрит на дома. Я замечаю знакомую зеленую футболку и что-то фиолетовое рядом. Нет! Это не может быть Захар! Бегу еще быстрее, дыхание перехватывает, я задыхаюсь от бега и предчувствия беды.
Это Захар. Он лежит на тротуаре, странно вывернув ногу, босую почему-то, обуви на ней нет. Не двигается, глаза закрыты, под головой разливается лужа крови. В руке зажата единорожка Алисы.
Я, наверное, кричала. Не помню. Я приседаю возле него, пытаюсь поднять, уложить удобнее себе на колени. Стараясь понять, жив ли он, прижимаюсь к груди, к губам. Меня оттаскивают, я отбиваюсь и кричу, что это Захар, мой Захар.
Кто-то говорит, что скорая уже близко, я слышу сирену. Кто-то спрашивает, что случилось? Женский голос говорит, что мужчину сбила машина, белая.
Я наконец-то нащупала пульс на сонной артерии. Живой! Вот бегут уже доктора, сейчас все будет хорошо. Правда?
Меня оттесняют от Захара, я не вижу, что с ним делают, но через несколько минут он находится уже в машине скорой помощи. Я кричу, что я должна быть с ним, цепляюсь мужчине в белом халате в рукав. Еду с ними.
Слезы текут сами собой. Горькие, холодные, полны страха и безысходности. Не карамельные.
Позже я узнала, что происходило в номере отеля. Регина была там - отмывалась от борща? - открыла дверь, впустила внутрь.
- Смотри, Алиса, кто к нам пришел! - Сказала с гадкой улыбкой.
Девочка вошла в комнату.
- Алиса, доченька, - Захар присел перед ребенком, хотел обнять и поцеловать, но она отошла от него и отвернулась. - Принцесса моя, пошли домой, я очень скучаю по тебе!
- Нет, я буду жить с мамой, мы скоро уедем!
Регина смотрела свысока. Мол, видишь сам, не хочет к тебе.
- А как же я? Как я буду жить без тебя?
- Мама говорит, что я могу с тобой разговаривать по телефону. - Алиса отошла от него подальше, спряталась за Регину.
- Так приятно видеть тебя на коленях, Захаров! Не унижайся, вставай давай и уходи. Алиса сама тебе все сказала.
Захар вскипел, не сдержался, стал кричать на Регину, схватил ее за руку.
- Зачем тебе Алиса? Столько лет она тебя не интересовала, а теперь ты объявилась тут, вся в белом, заливаешь ребенку, какая ты несчастная без нее?
Алиса заплакала и со словами - не трогай маму! - бросилась разнимать их, била Захара по рукам, по лицу. Это его отрезвило, ему стало стыдно перед дочкой, и он отпустил бывшую жену. Алиса забралась Регине на руки, обнимала и плакала.
- Я хочу жить с мамой! Отстань от нас! Отпусти меня с мамой! -А как же я без тебя жить буду? - Он протянул руки дочке, и та перешла к нему, прижалась мокрой щечкой к его груди. Такая маленькая, родная.
- Пошли домой, там Мая ждет, сейчас фондан приготовим...
Девочка выскользнула из его рук на пол.
- Я не пойду с тобой. Это же моя настоящая мама, я буду с ней! Вот, возьми себе его, - она принесла и протянула ему единорога.
- А как же ты? - Как одна из матерей, что пришли делить ребенка к царю Соломону, Захар не мог допустить, чтобы его ребенок, его ласковый ангелочек страдал. Он должен отпустить Алису, чтобы она не плакала о своей настоящей маме. О нем она плакать не будет, получается. - Это же твоя любимая игрушка.
- У меня теперь есть другой любимый, - Алиса показала ему белого медвежонка, - мне мама подарила.
- Дверь там, Захаров, - указала в сторону довольная Регина. - Надеюсь, теперь ты подпишешь все бумаги и не будешь со мной воевать.
- Папочка, запиши те бумаги, - сказала Алиса, баюкая медвежонка. - Не огорчай мою маму.
Старый потрепанный и не нужный уже единорог безвольно болтался в его руке.
- Пока, моя принцесса, - Захар наклонился, поцеловал дочку три раза в щечки и вышел из номера. Дверь закрылась.
Бороться за ребенка? А с кем теперь бороться? С Региной и ее стадом адвокатов он готов воевать до последнего вздоха. А с дочкой - нет. Тем более, что за каждую ее слезу он готов жизнь отдать.
Дверь за Захаром закрылась. Алиса подошла и обняла маму.
- Умница дочка, - похвалила она.
- Мама, а давай останемся с папой, - скривилась Алиса, снова собираясь плакать. - Мы можем жить вместе.
- Нет, не можем, - нервно ответила ее мама. - Я тебе уже сто раз объясняла, мы будем жить далеко, в замке. Там, где мой новый муж. Он хочет стать твоим новым папочкой и купит тебе пони. А Захар живет здесь, у него теперь есть эта Мая, они себе других детей родят, ты им не нужна!