Народ отказывался жить в этих домах. Они привыкли к теплу деревянных стен и просто разбирали каменные чёрные постройки.
Народ отказывался предавать огню останки проживавших здесь некогда людей, велика честь. Поэтому они просто унесли их подальше и закопали в одной неаккуратной яме, где решили устроить свалку.
Народ отказывался забывать, что увидел в этом окруженном скалами месте, но делал всё, чтобы не осталось и воспоминания о прежних временах.
Мариса отжала тряпку. Она отмыла от сажи почти всю морду Драконицы и сейчас она блестела в лучах солнца. Но они пока так и не смогли выкорчевать все прутья из земли, поэтому белоснежной красавице приходилось лежать, но она уже могла согнуть лапы и пыталась сложить крылья, но, оказывается, она этого не умела.
Драконица рассказала ей, что не знала другой жизни. Что она рождена была в этом городе из яйца и сразу заточена. Что город здесь прячется уже не первую сотню лет. Что славился город своими кузнецами.
— Ты всё ещё грязная, — Марисы вытерла лоб тыльной стороной руки. Она уже не обращала внимания на свои черные пальцы. — Смотри, тут, на носу, не оттирается.
Драконица старательно скосила свои светло-карие глаза.
Это не грязь. Это я.
— Как это? — озадаченно спросила Мариса и снова провела влажной мягкой тряпицей по желтоватой чешуйке между рельефных ноздрей.
Потому что я — Дюна.
И Драконица издала нежный урчащий звук где-то в глубине горла. Она впервые видела на себе зрелую чешую.
Мариса улыбнулась и приложила ладонь к золотой чешуйке. Сверзу на ее пальцы легла знакомая большая теплая рука. Мариса запрокинула голову и посмотрела на подошедшего Кальвера. Он улыбнулся ей и коснулся губами ее лба.
— Дракон проснулся. Он возвращается, — успел сказать он и в следующее мгноввение огромная когтистая лапа зацепила клетку на головой Драконицы и одним рывком сорвала ее в небо.
Уррррррррр улыбнулась она Дракону.
30. Драконица
Песчаная Драконица была сильно мала для своих веков. Дракон укрывал ее своим крылом и только морда да хвост выглядывали.
Песчаная Драконица училась сгибать искривленные лапы и шевелить хвостом. Получалось плохо и она то и дело сносила какую-нибудь постройку, но народ просто перенес свое поселение подальше, выстроив дома полумесяцем вокруг морд великих ящеров.
Песчаная Драконица вздыхала и говорила Я наверное никогда не взлечу…
И Дракон отвечал ей НИЧЕГО, У НАС ЕСТЬ ВЕЧНОСТЬ.
Песчаная Драконица была счастлива.
Эпилог
Кошка Мурчила успела окотиться семь раз, пока эти двое решились на свадьбу. Все ее котята гордо восседали на спине Драконицы и мурчали в унисон, создавая вибрацию сердечных струн, от чего Драконица иногда задорно хихикала.
Но Мурчила не молодела.
Она пе-ре-жи-ва-ла.
А эта дурная девчонка всё опускала глазки в землю и то и дело начинала выдёргивать свою ладошку из рук Пекаря.
Мурчила что, зря старалась?! Она, видите ли, нашла ей прекрасного парня, привела ее к нему, раз дурында эта пряталась, когда небесные люди заходили на рынок. Чуть не упала с Дракона, младенца ей выходила, а она, видите ли “не время”!
Кошка драматично вздохнула, болтаясь в руках довольно пыхтящей Агне. Девочка несла ее к юному пекарю, где кошка планировала вырваться и спрятаться на печи.
— Марко! Марко! — звала Агне, — смотри какие цветы мне вплела в волосы Белая Правительница!
Марко, которому недавно исполнилось тринадцать весен, отошел от печи и вытер руки об праздничные брюки. Они замерли. Агне нервно хихикнула, взяла подол своего кружевного белого платьица и быстро отряхнула муку со штанин.
— Агне, не Белая Правительница, а Ма, помнишь? — Агне закивала. На голове ее озорно запрыгали золотые кудряшки. — И ты сама Правительница, — добавил Марко и отвернулся к столу. Там он взял блюдце с жирными сливками и поставил его на пол. — Отпусти кошку.