Оглядываясь на свою жизнь с ним, удивлялась, на что потрачены годы? Какое счастье, что он завел любовницу, это ей развязало руки. Но вчера он говорил как нормальный человек. Она согласилась встретиться только по этой причине.
Или не только. Наверное, было и другое. Слишком горячее и личное, она сама от себя это прятала, боясь спугнуть.
В кафе на параллельной улице Алина пришла первой.
Успела заказать себе круассан и латте. Только отпила глоток, как практически уже бывший муж вошел в зал кафе и сел напротив. Она покосилась на него и сказала:
— Альберт, давай побыстрее, о чем ты хотел говорить. У меня мало времени.
— Ах, побыстрее? — циничная ухмылка обозначилась на его лице. — Тогда не будем тратить время на пустые разговоры.
Он подался вперед, опираясь локтями о стол.
— Я виделся с Камаловым вчера ночью.
Алина невольно напряглась, холодея от неприятного предчувствия.
— Мы хорошо с ним поговорили. Теперь он знает о тебе все. Все, дорогая моя! О нашем браке с тобой и о твоем первом муже. Я предупредил его, что ты редкая сука и алчная хищница. И ему стоит держаться подальше от тебя и твоей семьи, если не хочет в один прекрасный день потерять все.
— Что? — с трудом сглотнула она.
— Он меня услышал и понял. Так что можешь не смотреть в ту сторону, Алиночка, ничего не выйдет, — он гаденько засмеялся и встал. — Не удивлюсь, если он уже собирает вещи.
И вышел.
Алина просто ослепла и оглохла, как громом пораженная, потом вскочила и бегом бросилась в офис.
Ей казалось, этого просто не может быть. Не должно. Она же… женщина! Просто женщина. Разве она так много от судьбы просит?! Всего лишь того, что доступно каждой — немного счастья. Независимо от того, родилась ты в богатой семье или в нищете, любая женщина может получить это.
Ведь любят не за что-то, а потому, что ты есть. Существуешь, дышишь. Со всеми твоими грехами и недостатками.
Почему же кто-то должен отнять у нее простое женское счастье?
Единственный раз у нее в жизни было что-то хорошее. И это хорошее теперь утекало из рук, как вода. Она не могла поверить, что все вот так закончится, едва начавшись.
Нет!
…Я предупредил его, что ты редкая сука и алчная хищница. И ему стоит держаться подальше от тебя и твоей семьи, если не хочет в один прекрасный день потерять все…
Как сейчас Алина ругала себя, почему не нашлась, что ответить этому уроду Хайдарову? Она же всегда была стервой и могла с улыбкой урыть любого.
Но удар оказался так силен, мысли метались, и не было никаких слов.
Гордость?!
Та самая, что заставляла ее высоко держать голову, мстить за обиды, доказывать, что она тоже может чего-то достичь, — даже это меркло перед страхом потери того единственного, что ей было дорого.
— Нет, — твердила она себе срывающимся голосом.
Он не может поверить, не должен.
При мысли, что Александр поверит и откажется от нее, смерзалось все груди. Смерзалось комом и кричало дикой болью.
Кажется, у нее слезы текли по щекам, Алина их не замечала. Сейчас ей было все равно, как на нее смотрят встречные. Что о ней будут думать в этом проклятом лицемерном клане. Деньги, положение, то, как она будет выглядеть в глазах семьи — в тот момент все потеряло значение и смысл.
Дыхание сбивалось, зрение стало тоннельным. Четко она видела только дверь приемной, а весь коридор как будто смазывался. Алина прошла его, не чувствуя под собой ног. Вошла и плотно прикрыла дверь.
Ее как будто отрезало от внешнего, но тут внутри было еще страшней.
Нужно подойти к столу и включить компьютер. Начать готовить сводку, просмотреть почту. Еще десять минут до начала рабочего дня. Монотонные действия помогают победить нервозность. Надо. А у нее руки не слушались, дрожали, и сердце колотилось в горле.
Все потому, что дверь директорского кабинета была приоткрыта. Обычно он приходил точно к началу рабочего дня. Почему сейчас?
…Он меня услышал и понял. Так что можешь не смотреть в ту сторону…
Огнем полыхнуло в сознании. Алина зажала рот ладонью и так и застыла посреди приемной. А взгляд блуждал, останавливаясь на привычных предметах, ища точку опоры. И не находил.
Делать вид, что ничего не произошло, и ждать? Нет. Так она просто сойдет с ума от неведения. Лучше выяснить все и сразу, даже если это ее убьет.
Гордость?..
Одним усилием Алина собралась, быстро вытерла щеки и заставила себя подойти. У приоткрытой двери кабинета она замерла, потом коротко постучалась и вошла.
***
Камалов стоял у стола. Она заметила открытый ящик стола и какую-то то ли рамочку, то ли папку у него в руке. У нее сердце оборвалось, ухнуло куда-то, а в груди образовалась пустота. Алина шагнула вперед, проговорила ровно: