Пройдя немного дальше, они подошли к участку парка, отведенному для макетов и оттисков Мандалы. Конечно, ничто из этого и отдаленно не соответствовало масштабу - изображение мельчайшей части этого огромного сооружения поглотило бы "Занзибар" целиком, - но оно достаточно хорошо служило своей цели, напоминая гражданам, что, в конечном счете, именно это позвало их пересечь межзвездное пространство. Шанс взаимодействовать с чем-то неопровержимо чуждым и, бесспорно, делом рук управляемого интеллекта, использующего инструменты. Там были большие изображения, спроецированные на грани размером с дом. Там были сады камней, водные каналы и цветочные бордюры, выложенные в соответствии с вложенной геометрией Мандалы. Там был лабиринт, вырезанный лазерными лучами из густых зеленых кустов.
- Иногда мне хочется, чтобы машины просто прокляли свое программирование и продолжали заниматься этим, - сказала Су-Чун. - Бесконечное ожидание, потребность знать больше - я едва могу это выносить!
- Я точно знаю, что вы чувствуете.
- Однако наш день приближается. Граждане понимают, что в краткосрочной перспективе им придется пойти на жертвы, что будут правила и трудности на службе высшей цели. - Она обвела рукой миниатюрные версии Мандалы. - Они знают, что, в конце концов, это будет их наградой.
- За которыми последует вечная жизнь в загробном мире, если они будут молиться и придерживаться пути праведности?
- Не обязательно говорить таким тоном, Чику. Вы всегда должны быть такой противоречащей?
Чику посмотрела на время. - Уже почти полдень. Вы не возражаете, если мы посмотрим на небесные часы?
- Конечно, - сказала Су-Чун, - но я бы не стала тратить ваше время впустую. Мы остановили этот механизм пару лет назад. Это плохо сказывалось на моральном состоянии.
Прошел месяц, прежде чем Чику почувствовала желание рискнуть и еще раз заглянуть в Тридцать седьмую камеру.
- От нее будут одни неприятности, - сказала Юнис, возясь со своим оборудованием и оглядываясь через плечо на Чику. - Ты никогда не осознавала, насколько лучше тебе жилось при Утоми. Может, он и был толстым, хромающим старым дураком, но, по крайней мере, он принимал близко к сердцу наши интересы.
- Су-Чун - это карта, которую нам сдали, - сказала Чику. Она сидела за столом в лагере. - Мы должны сделать с ней все, что в наших силах. И прежде чем вы даже упомянете об этом, убийство в ее случае тоже не вариант.
- Значит, она тебе нравится?
- Она неплохой человек. Возможно, политически амбициозный. Определенно, она заблуждалась в своей готовности подчиниться воле сторонников жесткой линии. Но по-своему она тоже хочет для нас самого лучшего.
- От этого будет много пользы, когда мы проскочим мимо Крусибла в великую пустоту за его пределами.
- Я просто пытаюсь увидеть в ней хорошее.
Юнис перетаскивала какой-то механизм размером с наковальню из одного угла лагеря в другой. Чику подумала, что та никогда бы не сделала этого, когда она впервые прибыла сюда, но теперь ей не было необходимости скрывать свою истинную натуру.
- Ты думаешь, что переход в спячку был ошибкой, зная, чем ты занимаешься сейчас?
- Дело в том, что тогда я не знала того, что знаю сейчас. Я абсолютно не представляла, что поставлено на карту.
- Возможно, если бы ты осталась в Ассамблее, ты могла бы направить политику в другое русло.
- Вы переоцениваете мое влияние.
- Может быть, но у тебя было бы столько лет, чтобы увеличить его. Проблема сейчас в том, что рядом нет никого, кто мог бы уравновесить таких, как Су-Чун Ло. И у тебя не так много шансов изменить что-либо к лучшему за несколько недель или месяцев, или как бы долго ты ни планировала бодрствовать. - Конструкт оторвался от своей работы, занявшись очень человеческим делом - вытирая ладони о колени. - Ты собираешься вернуться в спячку, не так ли?
- А почему бы и нет?
- Мне кажется, у тебя есть пара вариантов, Чику. Позволь мне изложить их тебе по буквам. Ты могла бы обратиться непосредственно к высшему начальству в караване и рассказать им все, что тебе известно. Однако это было бы огромной авантюрой - не только с твоей репутацией, но и с судьбами миллионов душ. Если Тесленко и другие решат проигнорировать тебя или заставить замолчать, все те неприятности, на которые пошли ты и твои сестры, будут напрасны.
- Именно поэтому я не говорю об этом никому из начальства. Особенно при том, как обстоят дела сейчас.
- Итак, у тебя остается второй вариант - вернуться в спячку и надеяться, что к тому времени, когда ты проснешься, все наладится. Тогда какой это будет год?
- 2408, - сказала Чику.