И вот однажды житель моря снова пришел к ней.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
- Мне жаль, что мы не очень-то помогли вам, - сказал Мекуфи, стоя в коридоре в своем мобильном экзо, от которого все еще пахло Атлантикой, как будто его частичка пришла вместе с ним. - Ради нас обоих показалось разумным ограничить контакты самым необходимым.
- Почему вы здесь? - спросила она.
- Я пока не уверен. До меня дошло, что в вашу жизнь вошла определенная... бесцельность. Но тогда какое мне до этого дело?
- Вот именно, - сказала она, собираясь прогнать его, пока он не провонял всем этим местом.
- Мне сказали, что вы нечасто выбираетесь из дома, но я хотел бы знать, рискнете ли вы посетить приморские усадьбы?
- Я уже видела ваши города.
- Действительно, - кивнул он, и жирная плоть собралась складками у него под подбородком. - Тем не менее, есть кое-что, чего вы определенно давно не видели, и я думаю, вам следует это сделать.
- О чем вы говорите?
- Она вернулась к нам, - сказал Мекуфи. - Я никогда не думал, что это случится, но это случилось, и вы должны быть рядом с ней. В конце концов, она - это вы.
Утром Чику поднялась на борт изящной полупрозрачной лодки у причала рядом с Авенида-да-Индия, недалеко от Белема. Сначала с открытым верхом, но по мере того, как лодка набирала скорость, она расправляла вокруг себя рифленые лебединые крылья, закрывая кокпит. Как только кокпит стал водонепроницаемым, ставший теперь герметичным подводный аппарат погрузился под волны. Они часами бороздили океан. Чику не стала утруждать себя отслеживанием своего местонахождения - если бы они хотели вернуть ее домой, они бы это сделали.
- Почему сейчас, - спросила она, - спустя столько времени?
- Прошло всего двадцать лет, - ответил Мекуфи, как будто они говорили о неделях, а не о годах.
Я сама потеряла счет времени, - подумала Чику. - Пятнадцать лет, пока она не набралась смелости заговорить с Николасом, а затем пять вялых лет, прошедших с того вечера. Пять лет, в течение которых ее жизнь почти возобновилась, а затем погрузилась в более глубокий застой, чем раньше.
Возможно, в конце концов, это было не так уж и долго.
- Вам следовало сказать мне, что вы задумали, - сказала Чику.
- Мы не видели причин вселять ложные надежды, - ответил Мекуфи. - После того первого вмешательства мы сомневались, что можно сделать что-то еще.
- Меня должны были проинформировать.
- Если бы это было так, вы бы дали согласие?
- Если бы я сказала вам, что она через многое прошла, вы бы послушали?
- И именно поэтому мы не спрашивали вашего разрешения.
Чику смотрела в бутылочно-зеленый иллюминатор на проносящееся снаружи бутылочно-зеленое море. - Вы сказали, что доступ к импланту убьет ее.
- Я сказал, что это, вероятно, убьет ее. Больше похоже на добычу полезных ископаемых, чем на операцию на головном мозге - разве не эту фразу я использовал? Мы знали, что в ее голове было устройство, которое могло бы вам помочь, и пообещали, что сделаем все возможное, чтобы извлечь его, но собственные средства защиты устройства от несанкционированного доступа требовали довольно... быстрого и грязного подхода, за неимением лучшего выражения. Извлечь пулю из замороженного мозга было бы непросто - а нам пришлось извлекать бомбу замедленного действия! - Он переплел свои перепончатые пальцы, словно завершая проповедь. - Мы изложили вам все факты. Окончательное решение было за вами.
- Все было не так просто. Вы чего-то хотели от меня. Предложили бы вы совершить это доброе дело, если бы не сделали этого?
- Неужели мы должны снова это обсуждать? Дело было сделано. В свою очередь, вы установили линию диалога между нами и Аретузой, и обязательство было выполнено. Мы были очень благодарны вам за ваши усилия.
- Так чего вы хотите от меня на этот раз?
- Абсолютно ничего. Это наш подарок вам - если вы готовы его принять.
- Почему бы мне не принять подарок?
- Признаете вы это или нет, но вам нужна цель в своей жизни. Есть кто-то еще, о ком нужно беспокоиться, кроме вас самой. Она могла бы стать этой целью. Но вам нужно быть сильной. Действительно, очень сильной.
Подводная лодка морского народа подошла к нижней стороне одного из их пластинчатых шестиугольников на поверхности моря. Она состыковалась с выступающим снизу перевернутым куполом, который прижимался к плавучей конструкции, как рыба-моллюск. Они сошли внутрь и поднялись вверх по освещенным зеленым светом слоям, у нее заложило уши от едва заметных изменений атмосферного давления, пока они не добрались до клиники под куполом, светлого, но спартанского помещения, где возвращали к жизни другую Чику, Чику Ред, ту, которая, как предполагалось, умерла.