- Дело в том... - начала говорить Чику.
- Вы хотите помочь или так и будете стоять, разинув рот?
Чику отошла в сторону, держась на расстоянии от рюкзака Джун. Светящиеся выхлопные отверстия были окаймлены вишнево-красным, от них исходил жаркий туман.
- Что это? - с сомнением спросила Чику, не уверенная, что хочет услышать ответ.
- Остатки российского зонда. Пробыл здесь почти четыре столетия, просто ожидая, когда его найдут. Я возвращалась в этот район в течение многих лет, убежденная, что это должно было быть где-то здесь.
- Очень повезло найти это таким образом, - сказал Педру.
- Удача тут ни при чем, просто годы тщательных поисков и терпеливого сужения возможностей. Отражение на радаре очень плохое из-за этого выступа - причина, по которой все остальные его пропустили. Вот, Чику, помогите мне вытащить его.
- Это чего-нибудь стоит?
- Это бесценный фрагмент ранней истории космической эры.
- И вы случайно нашли это только сейчас? - скептически спросил Педру.
- Я нашла его восемнадцать месяцев назад, но мои конкуренты дышали мне в затылок. Мне пришлось блефовать, позволить им думать, что здесь ничего не было. Продолжила искать в другом месте, уводя их подальше от этой области поиска. Казалось, я отказалась от своих усилий - недавно я была на Марсе, или настолько близко, насколько кто-либо осмеливается приблизиться в наши дни. Затем я вернулась сюда быстрее, чем они успели среагировать. И теперь у меня есть мой приз.
- Почти, - сказала Чику.
Эта штука начала подаваться. Она была тяжелой, как булыжник; она чувствовала это даже через усилители костюма. А затем она высвободилась - искореженный шар, обожженный и помятый, покрытый коростой коррозии, похожий на пушечное ядро, пролежавшее на дне океана со времен средневековья. На его боку буквами, настолько выцветшими, что их едва можно было разобрать, была надпись CCCP.
Чику стало интересно, что это могло бы значить.
- Молодчина, - похвалила Джун. - А теперь помогите мне затащить это в грузовик.
Она имела в виду другой ровер. Вдвоем они отнесли искореженный предмет на заднюю грузовую платформу транспорта. Джун опустила его в прочную белую коробку с мягкой обивкой внутри и закрыла крышку. - Я подержу его при поверхностном давлении до тех пор, пока не буду уверена, что внутри него нет газовых карманов. Сотня атмосфер действительно может испортить вам день.
- Мекуфи что-то говорил о том, что вы собираете экспонаты для коллекции, - сказала Чику, надеясь, что какая-нибудь светская беседа сможет растопить лед. - Когда мы разговаривали с Имрисом Квами, он сказал, что это связано с реликвиями роботов или что-то в этом роде?
- Да, в моем музее. - Джун набирала команды на внешней панели коробки. - Я собираю артефакты ранней роботизированной космической эры, пока они не провалились в историю. Вы были бы поражены, сколько всего еще здесь хранится, ожидая, когда о нем забудут. Правда, во внутренней части Солнечной системы их немного - хотя на орбитах, обращающихся вокруг Солнца, все еще есть отработанные ступени ракет-носителей, если вы знаете, где искать. Но на самом деле меня не интересует тупая ракетная техника. Мне нужны роботы, зонды, существа с рудиментарным интеллектом. В данном случае это очень элементарно. Но вы не можете проводить резких различий. Это все равно что копаться в костях ранних гоминидов. Нет ни одной точки, в которой мы перестали бы быть обезьянами и начали бы быть людьми. - Она похлопала по коробке одним из когтей своего костюма. - И эта невзрачная вещица все еще является частью родословной. В нем есть какая-то схема, какое-то грубое разветвление "решение-действие". Это ставит его на путь к интеллекту, хотя и довольно далеко от ИИ и Производителей.
- Вы прожили долгую и интересную жизнь, - сказала Чику. - Это то, чем вы всегда хотели заниматься?
- Кто-то должен организовать и задокументировать все это, так что с таким же успехом это могу быть я. Ваша прабабушка была не из тех, кто любит сидеть сложа руки, когда нужно сделать работу, не так ли?
Чику с большой осторожностью подбирала слова. - Вообще-то, забавно, что вы упомянули Юнис.
- Я думала, вы пришли спросить меня об Аретузе.
- Мы это сделали, - сказал Педру.
- Что ж, вы сделали то, о чем просили Паны. Вы можете сказать им, что если бы Аретуза хотела поговорить с ними, она бы уже это сделала.