- Вы правы, Чику, это определенно что-то. Вы сделали меня очень счастливым.
- Жаль, что вы их не видели.
- Вы можете рассказать мне о них позже. Уверен, что еще будет время.
- То, что вы с Чамой сделали тогда... на какой бы риск вы ни пошли, оно того стоило. И я расскажу вам все, обещаю.
Глеб сжал ее руку. Он плакал, но, казалось, это его не смущало. Потом она почувствовала, что и у нее на глаза навернулись слезы, и заплакала вместе с ним. У нее было так много забот, так много страхов, но она была рада, что принесла этому человеку хорошие новости.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
В конце концов поезд доставил их в пустое сердце Гипериона. Лунный камень был намеренно вырезан из сердцевины путем соединения воедино многочисленных природных включений, а затем сглаживания и армирования стен.
Поезд оторвался от рельсов и превратился в крошечный независимый космический корабль, дрейфующий в пустоте.
Пустота содержала в себе две вещи. Посередине находилась полупрозрачная сфера из темно-синего стекла диаметром в несколько десятков метров. На поверхности стекла, светящегося мягким белым светом, был выгравирован чрезвычайно сложный узор из петляющих линий и узлов. С одной стороны сферы плавала более темная форма, удлиненная и металлическая, которую Чику сначала приняла за космический корабль, заключенный в сердце спутника.
Но это был не корабль. Форма, закругленная спереди, постепенно расширялась по всей своей изгибающейся, волнистой длине. Пара ласт располагалась примерно на полпути между передней частью и серединой, за которой форма начинала сужаться, достигая кульминации в том, что безошибочно можно было назвать плавником в форме полумесяца на другом конце. Когда существо изменило свое положение, загребая ластами в вакууме, Чику поняла, что смотрит на скафандр, предназначенный для кита.
- Аретуза, - объявил Глеб. - Ваши гости прибыли, если вы сможете ненадолго оторваться от своей работы.
Ответивший голос был мягким, женственным. Это звучало так, как будто принадлежало не киту, а маленькой китайской девочке со склонностью к учености.
- Это та, у которой появился странный новый интерес к Крусиблу?
- Джун Уинг поверила ей, - сказал Квами. - Это достаточная причина для меня, чтобы доверять ей.
- Она познакомилась с Юнис и танторами, - добавил Глеб.
- Встречались?
- У нее есть двойник на голокорабле - они обменялись воспоминаниями.
- Очаровательно. И спасибо тебе, Глеб, за то, что позаботился о них. Я не хотела так увлекаться. Подведи их поближе, ладно? Но остерегайтесь луча - мы не хотим, чтобы кого-нибудь разрезали на части.
- Сделаю все, что в моих силах.
Следуя указаниям Глеба, они приблизились к Аретузе. Чику вспомнился фрагмент фильма о ранней космической эре, который она видела: космический корабль с длинными шипами и круглой головкой выбрасывает крошечный сферический внешний модуль, похожий на безделушку с когтями. Рядом с Аретузой она чувствовала себя такой же уязвимой, как, должно быть, чувствовал себя астронавт в том модуле - так много массы, так мало защиты. Когда одна ласта дернулась, она инстинктивно вздрогнула от ожидаемой обратной волны, поскольку сочлененная броня скользнула сама по себе в хитроумной, герметичной конфигурации. Но, конечно, там не было воды, только почти вакуум, разбавленный какими-то благородными газами.
- Вы, конечно, Чику и Педру. Вы были с ней на Венере, когда она умерла?
- Поблизости, - сказала Чику.
- Как мне жаль узнавать об этом, Имрис. Она много значила для нас обоих. Я наблюдала за тем, что вы делали с телами. Когда она доберется до колец, она оставит свой след.
- Думаю, она уже оставила свой след, - сказал Имрис. - Я также думаю, что она была убита.
- Согласна. Она неоднократно делилась со мной своими опасениями. И я, конечно, поделилась с ней своими. У нас обеих были свои стратегии совладания. Это было мое... убежище, тайна... погружение в мое искусство. Вам нравится сфера?
- Это очень красиво, - сказала Чику.
- Я очень довольна этим. Центр сферы точно совпадает с центром масс Гипериона. Несоответствие никогда не превышает миллиметров, даже при появлении и уходе космических кораблей и людей, нарушающих равновесие нашей маленькой луны. Вы знаете о нашей хаотической динамике. Гиперион падает совершенно непредсказуемо, когда Титан и другие спутники толкают и притягивают его. В теории хаоса есть величина, называемая показателем Ляпунова, которая говорит вам, как предсказать границу хаотической системы - ее горизонт знаний, если хотите. Показатель Ляпунова Гипериона составляет всего сорок дней - мы не можем предсказать движение этой луны дальше следующих сорока дней. Это максимальный предел нашего предвидения! Если бы моя жизнь зависела от движения этой луны, я все равно не смогла бы сказать ни слова о ее состоянии в течение свыше сорока дней.