Поймав её взгляд, дракон кивнул, развернулся и лег шеей, прижимая крыло к земле, предлагая взобраться на него. Серсея видела, как это делает Сноу, но сама никогда на его уговоры прокатиться не поддавалась.
- Так будет быстрее, - вдруг подал голос Сноу. - Дрогон может перенести меня в Сигард, Маллистеры нам преданы. Но я не смогу… - он захрипел и как-то странно булькнул, но затем продолжил: - Не смогу удержаться на нём один.
- Дракон, - выдохнула Серсея, не веря, что собирается это сделать. - Ладно. Почему бы и нет.
К Дрогону Сноу поднесли на носилках, но Серсее нужно было взобраться ему на спину первой. Она вспомнила, как это делал Джон, на секунду зажмурилась, нащупав выпирающий шип, ухватилась, подтянулась... Получилось. Наверняка и вполовину не так грациозно, как это выходило у проклятой Дейенерис. Серсея пообещала себе, что когда всё это закончится, она заставит Сноу научить её, как правильно.
Сноу подняли, чтобы он мог усесться перед ней, он вцепился в мощную шею дракона и наверняка дал ему какую-то команду. Огромное тело под ними закачалось, дракон взмахнул крыльями. Серсея зажмурилась снова, стиснув коленями чешуйчатый хребет и прижимая к себе Сноу.
_______________________
Уважаемые читатели! Это конец ознакомительного фрагмента. Чтобы прочитать продолжение истории, заходите в мои соцсети ;).
Глава 3
Сноу сказал, что Маллистеры им преданы, но Серсея не успела толком разобраться, как относятся к ней хозяева Сигарда. Всё её внимание поглощал Сноу. Рана оказалась не слишком опасной - жизненно важные органы не были задеты, и противоядие мейстер применил вовремя. Осложнения возникли из-за банальной грязи, попавшей в кровь.
Рана гноилась, Сноу то метался, то впадал в тяжёлое забытьё. Исходил испариной. А Серсея боялась отойти от него на шаг. Никому не доверяла, на мейстера, пока до замка не добрался их собственный, смотрела с подозрением.
Улучшение наступило на пятый день, ближе к вечеру. К тому времени Серсея забыла, что такое нормальный сон и еда. О мытье даже речи не шло, единственное, что она регулярно мыла - руки, которыми меняла повязки Сноу и протирала его, чтобы снизить лихорадку.
- Леди Серсея, - слабо позвал он, выводя её из полудремотного состояния. Серсея вытянулась в кресле, привычно нашарила его руку, ещё не разлепив до конца глаза, и принялась считать пульс. Пульс был… Нормальным. Не скакал, не бился будто ручей о камни. Серсея распахнула глаза.
Сноу выглядел гораздо лучше, чем прежде. Всё ещё бледный, с глубокими тенями под глазами, исхудавший, но без испарины и лихорадочного румянца.
- Не вздумай сдохнуть, паршивец, - сообщила Серсея, вспомнив рассказы о том, что у некоторых больных перед смертью наступает улучшение.
- Если вы приказываете, - слабо улыбнулся Сноу, затем серьёзно добавил: - Я благодарен. Возможно, вы думаете, я ничего не осознавал в пылу болезни, но я всё чувствовал. Вы спасли мне жизнь.
- В таком случае мы квиты, - отрезала она. Ей не нравилось это - то, как внутри всё наполнилось радостью, от понимания, что этот болван - её болван! - всё-таки выкарабкался. - Я позову слуг, - сказала она, поднимаясь.
- Да, разумеется, - отозвался Сноу и, кажется, впервые даже не попытался скрыть разочарования от того, что она отдалилась.
Щеночка было жалко, но Серсея душила эту жалость в зародыше.
***
Поднимаясь из небольшой ванны, Серсея чувствовала себя так, будто с потом и грязью оставила в этой лохани не только недавние заботы, но и груз последних десяти лет. Свежая чистая сорочка, хрусткие, пахнущие цветами простыни - всё это ощущалось как воплощённое блаженство.
Полночи она крепко спала в этом блаженстве, но потом, сквозь сон, ощутила, что что-то не так. Неправильно. Очень не хотелось поддаваться этому ощущению, вдумываться. Но что-то заставило Серсею прислушаться и проанализировать ситуацию. И немедленно подскочить на постели - она не слышала привычного сопения Сноу под боком.
Серсея проморгалась и осмотрелась - Сноу в кровати не было. Она соскочила на пол, резко откинув полог, и длинно выдохнула: Сноу нашёлся у камина. Спал, устроившись на одном из своих меховых плащей и прикрывшись до пояса каким-то местным пледом. На голом торсе плясали отблески угасающего очага, делая Сноу похожим на сказочную саламандру.
Серсея сделала ещё один глубокий вдох и выдох и медленно пошла к Сноу, борясь с желанием пнуть паршивца под рёбра да посильней - нашёл время в благородство играть! Однако, по мере того, как Серсея приближалась к Сноу, злость уступала место новой волне беспокойства. Сноу выглядел как-то… не так. То, что сперва показалось ей отблесками пламени, теперь выглядело причудливым, но чётким рисунком. У Серсеи мурашки по коже пробежали, когда она поняла, что светится сам Сноу - контуры вен на его теле, будто по ним, вместо крови, бежал жидкий огонь.