— Но я и есть эти реформы! — воскликнул Рэйзор.
— А вас, молодой человек, не учили… — Мэйр раздражённо обернулся и осёкся, вспомнив, с кем разговаривает. — Вас не учили не перебивать старших, рядовой Рэйзор?
— Простите, мэйр Атарес, я был вынужден вмешаться. Я не понимаю сути претензий к аденрату Лешто. — Робот бросил быстрый взгляд на Эрса. — Моё назначение как раз и состоит в оптимизации деятельности «Третьей стороны».
— Неужели? — Мэйр всплеснул руками. — И чем же вы так полезны?
— Я дам людям время, — уверенно ответил робот. — Пока я координирую боевые действия, у вас остаётся больше времени для принятия стратегических решений.
Эрс скрипнул зубами: суть-то Рэйзор передал правильно, но не теми словами и не с той интонацией. Хорошо хоть, не упомянул замену сотен операторов беспилотников — вряд ли Атарес одобрил бы такой метод сокращения расходов. Судя по задумчивому, обращённому внутрь себя взгляду мэйра, он всё же верно интерпретировал формулировку. В первый год война с иномирянами походила на тушение пожара в здании без плана эвакуации и с отказавшими противопожарными системами. Полное непонимание происходящего, противоречивые разведданные, рассогласованность действий разных силовых структур из-за обрывов линий связи — гражданскому населению только и оставалось, что в панике метаться от одного бомбоубежища к другому. Да и поныне «Третья сторона» теряет немало человек убитыми из-за накладок в каналах связи. Будь управление войсками централизованным, многих жертв удалось бы избежать.
Следующий вопрос мэйра удивил Эрса, а уж ответ Рэйзора и вовсе застал его врасплох.
— Какова ваша цель, рядовой Рэйзор? Только не отвечайте «защищать Тохш», это и так ясно. Назовите личные, карьерные цели.
— В ближайшие два-три года я намерен стать ксара́том, — внезапно выдал робот.
Мэйр хмыкнул, а Эрс мысленно похлопал ему в ладоши: Атарес только что нашёл огромную дыру в протоколе испытаний нейросетей. Программа была заточена под оценку лояльности искусственного интеллекта и моделирование «запретных ситуаций», и уж никак не под проверку личных планов модели. Эрс и сам не знал, каким Рэйзор видит своё будущее.
— От управления техникой к управлению людьми? — ехидно уточнил Ойбо Атарес. — Считаете, это одно и то же?
— Никак нет, мэйр Атарес. Это совершенно разные науки. Но я принесу больше пользы в чине высокопоставленного офицера, чем рядовым.
— Это почему же?
— Количество звеньев в цепочке, по которой мне передают приказы, сократится. Я буду больше работать и меньше находиться в режиме ожидания.
— Каков, а? — с ноткой одобрения заметил Атарес, обращаясь к кусавшему щёки Эрсу. — Как ловко всё обосновал! А знаете, аденрат Лешто, я его понимаю. Я ведь тоже стремился к посту мэйра Саморе, чтобы взять всё в свои руки, а не ждать, пока провернётся скрипучее колесо бюрократии.
Эрс поразился, как мало он, в сущности, знает о Рэйзоре — и как точно Атарес определил одну из доминирующих черт характера робота. Конечно, Эрс и сам упоминал в беседе с мэйром, что Рэйзора создавали в расчёте на лидерство — только подразумевался-то чин пониже. Предполагалось, что робот со временем займёт должность омара́та и возглавит около пяти сотен человек. Стремление стать ксаратом, выше которого только главнокомандующий, выходило далеко за рамки проекта.
Атарес даже не обратил внимание, что Эрс так ничего и не ответил, и снова обратился к Рэйзору:
— Как вы заставите людей подчиняться, если они откажутся?
Рэйзор опять не колебался:
— Я выполню задачу сам.
— А если вам выразят недоверие? — не сдавался мэйр.
— Приведу доказательства логичности своих поступков.
— Я не о том, — Атарес отмахнулся. — Солдаты должны верить в лидера, иначе не пойдут за ним. Его задача — убедить, что они сражаются за правое дело, и вдохновить на подвиги. Как вы этого добьётесь?
Мэйру всё же удалось завести робота в тупик, и Рэйзор ненадолго замолчал. Когда он вновь заговорил, уверенности в его голосе было уже куда меньше.
— Я оперирую фактами и умозаключениями, а не аспектами веры, мэйр Атарес.