— А зачем они сопротивлялись? Если б подчинились атлериям, ничего бы им не было.
Программа, не рассчитанная на такие выпады посетителей, проигнорировала вопрос ребёнка. Олиси прищурилась: выгнать, что ли, этого юного бунтаря?
— Многие ветераны войны, защищавшие Тохш, и по сей день служат в «Третьей стороне», — вскоре жизнерадостно возвестила экскурсовод, позабыв о том, как секунду назад изображала грустную мину. — Для вас мы пригласили особого гостя. Ему обязаны жизнью тысячи людей! Он помнит каждое мгновение спасательных операций и обязательно расскажет о самых захватывающих из них. Поприветствуем же его!
Блондинка развернулась ко входной двери и с выражением неподдельного восторга уставилась на неё так, будто там должно было явиться чудо. Повисла пауза. Дети перешёптывались и вопросительно смотрели то на дверь, то на экскурсовода. Пауза затянулась. Олиси наконец-то сообразила, что чего-то… точнее, кого-то не хватает.
— Поприветствуем же его! — повторила блондинка с завидным упорством.
Заклинание по вызову гостя опять не сработало, и Олиси, спохватившись, принялась рыться в инструкциях на элекоме. Оказалось, экскурсовод ждала Серео, первого человекоподобного робота «Третьей стороны» — только вот тот почему-то не соизволил прийти.
— Рядовая Му́ни, где же Серео?
Олиси вздрогнула от непривычного обращения и показала кулак нахальной голограмме: ишь, по званию и фамилии величать вздумала! Детям уже наскучило стоять на одном месте, и они разбрелись по музею, чтобы замучить и в очередной раз сломать механизмы интерактивных стендов. Времени до наступления полного бедлама оставалось немного, и Олиси выскочила в коридор. Высоченной фигуры Серео нигде не наблюдалось. На вызов он так и не ответил, и Олиси пришлось названивать главе отдела по связям с общественностью. Прижав элеком к уху и кусая губы, она ходила взад-вперёд по коридору и мысленно ругала последними словами не торопившегося отвечать абонента. Она сосредоточенно смотрела себе под ноги и чуть не столкнулась с роботом — только не с тем, которого ждала.
Сначала Олиси его не узнала и потому немного оробела. Графитовая броня с хаотичными белыми прожилками зияла дырами с оплавленными краями, местами сквозь них просвечивал эндоскелет, а в левой глазнице что-то весело искрило. Видя замешательство Олиси, робот дал подсказку — зажёг всё ещё целый «настроенческий» диод возле правой оптокамеры.
— Ксарат Рэйзор! — с облегчением выпалила она, заметив зелёный огонёк. — Простите, я вас что-то не признала…
— Я понял. Только что вернулся с поля боя, не успел ни зайти в ремонтный цех, ни смыть маскировку. — Он потянулся к ручке двери в музей и замер на полпути. — С каких пор ты обращаешься ко мне на «вы» и по званию, Олиси?
М-да, выходит, она не очень-то отличается от дурацкой программы, которая тоже не умеет выбирать уместное обращение. С нижестоящими по рангу Рэйзор предпочитал общение на равных. Олиси попробовала обратить промах во флирт:
— Ты застал меня врасплох, и я оговорилась, — кокетливо отозвалась она. — Не знаешь, где Серео?
— О-олиси-и… — загадочно протянул робот.
От вкрадчивой интонации его баритона по коже Олиси побежали мурашки. Она взмахнула ресницами в надежде на интересное продолжение, но Рэйзор укоризненно покачал головой и резко сменил тональность:
— Ты опять не читаешь почту?
Её как будто окунули в ледяную воду. Промямлив извинение, Олиси торопливо открыла приложение и пробежалась по заголовкам писем. Ну да, она пропустила ворох проблем в отделе техподдержки, и сейчас столкнулась с их отголосками: Серео выбыл из строя в тяжёлой битве, поэтому Рэйзор вызвался заместить его.
— Ты пришёл сюда только ради экскурсии? — недоверчиво уточнила Олиси. — У нас что, ксараты теперь детей развлекают?
— Если их родители снова пожалуются мэйру на плохую культурную программу, он может урезать госинвестиции. Это во-первых. А во-вторых… — Рэйзор открыл дверь и жестом предложил Олиси зайти в музей первой. — Я не намерен никого развлекать.
Олиси прикусила язык. Всё никак не получается привыкнуть, что робот-ксарат не допускает пренебрежительного тона, хоть и сократил дистанцию с подчинёнными до минимума. С солдатами-то Олиси слова не выбирала и особо не церемонилась — впрочем, они тоже не стеснялись в выражениях.
— Ты идёшь? — напомнил о себе Рэйзор.
Торопливо кивнув, Олиси проскользнула мимо него в открытую дверь, и её тут же чуть не сбил с ног какой-то мальчик. Дети вопили, бегали по музею и давили на кнопки интерактивных стендов так, будто набирали секретный код в игре — в общем, вели себя как обычная ватага ребятни, оставшаяся без присмотра воспитателя. Блондинка, чинно сложив руки на животе, с безучастным выражением лица стояла посреди комнаты.