— Хватит!
Мама притихла. Подбородок её дрожал, но она молчала.
— Своих не бросают, — хмуро произнёс папа. — Будь я на его месте, он бы тоже меня не бросил. Бойцы Сопротивления обещали прийти сегодня или завтра. Так что ждём.
Мама всё-таки не выдержала:
— Вчера они тоже обещали…
— Тихо! — опять прикрикнул папа.
Протяжно вздохнув, мама склонилась к сестрёнке и заботливо поправила холодный компресс на лбу. Мальчик услышал раздражённое цоканье языком. Папа разозлился — он вообще очень часто теперь злился:
— Не цокай мне тут!
— Я даже рот не открывала! — возмутилась мама.
Папа шикнул на неё и внезапно схватил прислонённый к стене автомат. Мама надавила на голову мальчика, безмолвно приказывая лечь рядом с сестрой и затаиться. Сама она тоже вынула из кобуры на бедре пистолет и сняла его с предохранителя.
Крохотное пятнышко света на полу пропало, и чьё-то цоканье раздавалось всё громче. Фуссы! Они так разговаривают между собою. Вдобавок послышался едва уловимый стрёкот в коридоре за дверью — там-то и находился единственный замаскированный лаз в уцелевший подвал. Мама ничего не замечала — она напряжённо смотрела на папу, целящегося вверх. Мальчик потянулся к её штанине, чтобы дёрнуть и привлечь внимание…
Тишину разорвал жуткий грохот: что-то долбило по потолку, расширяя узкую щель в завале. Сестра закричала тоненьким голосом. Папа застыл, держа палец на спусковом крючке. Здоровенные куски бетона обвалились внутрь, и металлическая нога робожука показалась в проломе. Её встретили сначала бесполезные одиночные выстрелы, когда дрогнула мамина рука, а потом целая очередь из автомата. Перерубленная в суставе нога свалилась на пол, и робожук с пугающим шипением приводов втянул в себя остаток конечности.
— На выход, быстро, быстро! — закричал папа, перекинул ремень автомата через шею и взвалил на свои плечи дядю.
Робожук очень быстро нагревал помещение излучателями в брюхе. Когда мальчик помог маме поднять ослабевшую сестру, его рубашка уже прилипла к мокрой от пота спине. Ещё немного — и они потеряют сознание в этой кипящей духоте… Папа, хромая, поспешил к двери, и мальчик запоздало вспомнил о главном:
— Пап! Там фуссы!
Тот замешкался, и это его спасло: штук пять длиннющих шипов пробили деревянную дверь, как картонку. Он отскочил назад и быстро опустил искромсанного дядю на пол. Развернувшись, разрядил целую обойму в фиолетовое от температуры брюхо робожука — теплоустановка полыхнула, как пролитое топливо, и робожук сполз с пролома, снова открыв приток свежего воздуха.
— Прикрой! — крикнул папа маме.
Она закусила нижнюю губу и целилась во всё ещё запертую дверь. У мальчика не хватило сил держать обмякшую сестру, и они вместе повалились на пол. Вспомнив уроки папы, он обшарил взглядом пространство вокруг себя и заметил консервные банки возле матраса. Метнулся туда, зажал парочку в руках. Тяжёлые.
Под сухое цоканье киберфусс и его робот атаковали одновременно: киборг — изнутри подвала, а жук — сверху. Дверь треснула и скукожилась, словно её сжевал невидимка. Обломки выбило внутрь комнаты. Мальчику показалось, что он оглох. Папа высаживал одну обойму за другой, не давая робожуку сунуться в дырку в завале. Мама стреляла хуже и реже, и вскоре мерзкая круглая башка с усиками-антеннами показалась в проёме. Голову фусса защищал полушлем, и мама тщетно пыталась попасть в уязвимые места. Враг раскачивался из стороны в сторону, сбивая прицел, но больше шипами не стрелял. Что-то высматривал или ждал. Убивать он не пытался, просто блокировал выход, а значит… значит… Мальчик глянул на обрубленное тело дяди и всё понял. Захлебнувшись собственным воплем, метнул в фусса обе банки. Тот дрогнул, как будто в недоумении повернулся к нему, и мама воспользовалась мимолётным замешательством врага. Пуля нашла цель.
От стрёкота раненого инопланетянина заложило уши. Фусс, извиваясь в предсмертной агонии, скользнул к мальчику, и тот закрыл лицо руками. Крики родителей, опять грохот выстрелов, поднявшаяся цементная пыль, забившая горло и нос…
Тишина. А потом — бессильные щелчки оружия с пустым магазином.
Мальчик закашлялся и несмело отнял ладони от лица. Тело растянувшегося на полу фусса слабо подёргивалось, а свет в проёме на потолке опять померк. И стало очень жарко…
Неожиданно робожука нечто — или некто? — выдернуло из подвала, как пробку из бутылки. Наверху послышалась возня: звуки мощных ударов, беспомощное царапанье зазубрин на ногах робожука по завалу, скрежет сминаемого металла… Папа тяжело сглотнул, когда в проёме возникла исполинская человекоподобная фигура. Неужели новый атлерий пришёл мстить фуссам за соплеменника? Крыльев за спиной пришельца не видно…