— Кстати, а о чём презентация будет? — внезапно озарило Олиси. — Надо было Ветра спросить.
— Ага, чтоб он тебе снова не ответил, — съязвила Софике и, скорчив постную мину, передразнила грубый голос робота: — «Это за пределами вашей компетенции».
Олиси рассмеялась и полистала документы. Улыбка сползла с её лица.
— Ого… Его-то и будут представлять.
— В смысле?
— Да Ветра нашего! Оказывается, он новенький в «Третьей стороне». Вот его ак-кеюлу и покажут.
Софике наконец-то поняла, почему раньше ничегошеньки о Ветре не слышала: скорее всего, он только-только прошёл испытания. Знакомая робопсихолог как-то обмолвилась, что искусственный интеллект по-прежнему нередко бракуют во время тестирования, поэтому о создании новых роботов публично объявляют уже после всех проверок.
— Может, ещё раз диагностику запустить? А то если сорвём презентацию, он нас в пустыню отправит… — неуверенно проговорила Олиси.
Софике решительно мотнула головой.
— Нет. Не хватало ещё его бояться. Помнишь, что говорил Эрс Лешто? Не люди для роботов, а роботы для людей.
— Ну, смотри сама. — Олиси выключила экран планшета. — Тогда пошли разбираться с проекторами.
Софике задержалась на выходе из серверной — показалось, что наступила на что-то липкое. Она разглядывала подошву ботинка, стоя совсем рядом с порогом, и дверь с автодоводчиком мягко, но настойчиво толкнула её в спину. Софике шагнула вперёд и вдруг почувствовала, как что-то крепко держит её за одежду. Подол длинного плаща защемило в проёме.
Олиси покатилась со смеху, а Софике сначала хотела рассердиться, но не удержалась и тоже прыснула. Со слезами на глазах от хохота подруги попытались вытащить застрявший плащ. Неудачно. Ткань угрожающе затрещала, и они решили, что хватит баловаться — пора открывать дверь. Олиси растерянно замерла перед цифровой панелью.
— А ты не помнишь код замка? — озадаченно спросила она.
Софике огорчённо цокнула языком.
— Ветер им не поделился. Там в инструкциях нет?
— Нет… может, написать ему?
— Погоди, он же совсем нас засмеёт. — Софике ненадолго задумалась. — А! Он говорил, что мы должны внести биометрию в базу авторизации.
Она торопливо открыла приложение. Отсканировать отпечатки пальцев получилось сразу, но на экране высветился статус «в процессе»: кто-то из вышестоящего начальства должен был подтвердить запрос визитёров. Софике обречённо простонала и принялась яростно избавляться от плаща: расстегнула пряжку на груди, выпуталась из рукавов и решительно шагнула вперёд. Плащ осел на пол бесформенной кучей.
— Так, всё. Надоело! — Софике сдула со лба непослушную кудряшку. — Полежит тут, ничего с ним не сделается. Сначала закончим с проверками, к тому времени как раз заявку подтвердят. Вернёмся и подберём эту проклятую тряпку.
— Ты не боишься по институту так расхаживать? — скептически спросила Олиси. — Говорили же, что женщинам тут лучше прикрываться… Хочешь, я тебе свой плащ дам? Мне-то всё равно, увольняюсь скоро.
По мнению Софике, застёгнутый пиджак и прямые брюки никак не подчёркивали женственность форм. Она заупрямилась:
— Я не собираюсь подстраиваться под местные правила!
Олиси вдруг прижала палец к губам, призывая молчать, но Софике не унималась:
— Мы с тобой на территории «Третьей стороны», а значит, имеем право соблюдать только устав, — продолжала горячиться она. — Если кому-то это не нравится — его проблемы. Нечего тогда работать в институте, построенном на деньги Тохша!
Сзади раздалось покашливание, и Софике, вздрогнув, обернулась. Из-за предательски мягкой травы вместо твёрдого пола она не расслышала звук чужих шагов. Целая группа смуглых, пёстро одетых людей уставилась на Софике. На их лицах читалось не то изумление, не то возмущение, и вопреки всем своим убеждениям она почувствовала, как утопает в волне стыда. Она высоко вздёрнула голову, пытаясь скрыть эмоции, и встретилась взглядом с мужчиной в самых ярких одеждах.
На нём блестели алые и жёлтые побрякушки, украшенные до неприличия крупными камнями — скорее всего, драгоценными. Обруч на голове, цепь на шее, браслеты на запястьях, перстни на пальцах… Зелёная накидка, похожая на халат, была расшита красной перламутровой нитью. В отличие от остальных людей, мужчина смотрел на Софике с любопытством и, как ей показалось, с неким умыслом. Будь он помоложе и посимпатичнее, такое внимание ей бы польстило, но пока его внешность только отпугивала. Что-то нехорошее чувствовалось в чёрных глазах незнакомца.