– Я же не пустое место! – беззвучно прошептала она.
– Ты! – взревел продавец-директор, внезапно вспомнивший о существовании ободранной девчонки. – Проваливай отсюда!
– Но почему? – Последовало еще несколько лихорадочных вздохов, и затем она повторила, – почему?
У Аники появилось ощущение, что она тонет прямо здесь, погружается обратно в беспросветную жизнь, их которой казалось, только-только удалось найти выход. Она уставилась на розовую лысину своего очередного несостоявшегося работодателя.
– Проваливай!
– Я же свидетель ограбления, – в отчаянии пискнула Аника, все еще надеясь выплыть. – Да-да, точно! Я же свидетель. Давайте полицию вызывать. Я запомнила, как выглядели преступники. Я могу дать показания. Их поймают, вам вернут все награбленное. Я буду у вас работать.
Он с грохотом отшвырнул кресло. Аника отскочила в сторону.
– Какая еще полиция! – взвыл продавец-директор, разводя руки и затем снова роняя их со слабым хлопком. – Вот откуда берутся все неприятности, от человеческой глупости. Тебя не взяли на работу, а ты сразу хочешь вызвать полицию.
– Но ведь вас ограбили, – неуверенно пробормотала Аника. – Значит, надо вызвать полицию…
– Какое еще ограбление? – изумился он. – Не было никакого ограбления. Ничего не было. Ничего не пропало. Никто сюда не приходил. И не стоит выдумывать всякие небылицы…
– Бандиты, – пролепетала Аника и подняла глаза на висевшую в углу под потолком камеру.
– И камера зафиксировала, что тут никого не было кроме тебя. Так что нечего тут надумывать про какие-то ограбления. Ты непригодна для работы в моем магазине, ты не прошла собеседование. Проваливай! Вон!
– Погодите! – Аника уцепилась ногтями в прилавок.
– Прочь! Прочь, чтобы я тебя тут больше не видел! – Он направился к ней, в его глазах сверкало безумие. В какой-то момент Аника решила, что он собирается ее убить. Он надвигался, опустив голову, свесив длинные мясистые руки, которые болтались, как маятники. – Ты, вон, витрину мне разбила. Прочь отсюда, пока я тебя еще платить за нее не заставил.
И Аника поняла, что не будет ничего позорного, если она немедленно покинет еще одно несостоявшееся место работы.
Глава 3 Выбор без выбора
Прошло два дня.
Два дня, в течение которых произошли события, чьи отголоски должны были отразиться на судьбе Аники самым невероятным образом.
Два дня, в течение которых Аника пребывая в счастливом неведении, продолжала бегать по собеседованиям, разумеется, безуспешно.
Два дня, в течение которых, мать Аники успела заложить в ломбарде золотое кольцо – воспоминание об отце Аники, и затопить соседей, пытаясь починить стиральную машину. Ту самую машину с оторванной боковой стенкой, которую когда-то принес с помойки ее муж. «И здесь-то он мне подгадил!» недовольно просипела она, вычерпывая воду.
В отличие от многих других высказываний, это не было лишено основания. Муж, оставивший ее вместе с дочкой тринадцать лет назад, проявил немало артистичности в этом поступке. Он объявил себя больным, вызвал скорую, собрался, а уже из приемного покоя местной больницы, исчез, растворился где-то на просторах России. Собранные вещи, документы и последние семейные деньги, должно быть, помогли ему где-то там начать новую жизнь. Вместо себя он оставил несколько долгов, порванные тапочки, стиральную машину и еще дочку. Т.е. все оставленное им, кроме тапочек, приносило только убытки.
– На работу потащусь, – зевнула мать, щелчком включив чайник, металлический корпус которого насчитывал несколько видов коррозии. – Чтоб ей неладно было.
На вырученные за кольцо деньги мать со своими подругами полночи произносили тосты и жаловались на жестокую жизнь, вспоминая негодного мужа, повышение цен за квартплату и какого-то сантехника Макарыча. И теперь, даже под яркими лучами утреннего солнца кухня выглядела угнетающе: горы грязной посуду соседствовали с обрывками упаковок от замороженной еды. Дивный запах чего-то преющего доносился из мусорного ведра и успешно дополнял картину.
– А, я еще на пару собеседований, – отчаянно зевнула Аника, через стенку она слышала все ночные крики и оттого полночи не могла заснуть. – Может, меня возьмут на авиа завод, ну который самолеты делает. Он тут всего в двух километрах. Я могу смогу ходить пешком на работу и еще кучу денег сэкономлю.