– Туда не ходи, – предупредительно махнул лапкой Собит. – Там комнаты, в которых все сидят.
– Тюрьма?!
– Эх, неразумная-то! – возмутился Собит. – Какая тебе тюрьма! Это, как их там?! Ваши их залами ожиданий называют. Все, кто из вашего мира вернуться к себе желают, или же, напротив, сюда попасть хотят, все в том зале отсиживаются. Ждут, покуда их не осмотрят, грамоты нужные не заполнят, да не выпустят. Они там всегда дюже волнуются.
Этого предупреждения было вполне достаточно для того, чтобы Аника не удержалась и заглянула. Мелькнувшее было желание войти в зал, она тут же отвергла, и сделала это по одной простой причине, ей стало страшно.
Зал, сам по себе не выглядел как-то по-особому, он был заполнен скамейками. По обе стороны виднелись балконы, на которых тоже выставлены скамейки. Главным отличием от всех прочих залов, когда-либо посещаемых Аникой, были те, кто занимал эти самые скамейки. Помимо обычных, казалось, что обычных людей, там сидели мохнатые чудища, клыкастые монстры. Там же сидели девушки, удивительно похожие на сказочных фей, на колдуний и ведьм. Высились груды багажа состоящие из чемоданов, мешков, колб и сундуков. По залу носились служащие Империи, одетые в строгие костюмы.
Один из служащих, молодой человек приятной наружности, с выстриженным затылком, и длинной челкой собранной в хвост, с несколько усталым видом, который обычно возникает после выполнения монотонной работы, общался с дамой. Внешний облик дамы тоже был весьма специфичен: высокий остроконечный колпак и длинная черная мантия. Кроме того, в руках она держала метлу, и тем самым весьма и весьма походила на картинку из детской книги.
– Допустимый уровень применяемых вами сил третий, – напутствовал он.
– Что за дикость! – возмутилась она, и стукнула метлой по полу. – Вы связываете мне руки!
– Увы, но магия вообще не свойственна нашему миру, – на губах служащего появилась стандартная улыбка, очевидно, что эту фразу он произносил несколько раз за смену. – Для вас сделали исключение – третий уровень. Максимально допустимый в нашем мире.
– Безобразие, я подавала ходатайство! Мне необходим хотя бы пятый уровень! – возмутилась дама, и выхватила из кармана черную отполированную палочку. На лице ее появилось столь зловещее выражение, что любое соответствие с детской картинкой исчезло, теперь это были уже взрослые ужасы. – Вы мне ответите за оскорбление!
Тот час же сработали датчики, под потолком мигнули лампы и возле воинственной дамы появились еще два служащих. Одеты они были в кроваво-красные ливреи, но это не могло ввести в заблуждение, и никто не принял бы этих ребят за обычных добряков. Наверное, все же длинные клыки и острые рога, красноречивей всяких мантий говорили о характере их работы.
– Мы готовы рассмотреть вашу жалобу, – сказал один из них. – Если вы недовольны нашей системой обслуживания, вам следует немедленно заявить об этом.
– Недовольна! – дама в остроконечном колпаке не собиралась сдаваться, но все же спрятала в карман палочку и заговорила несколько спокойней. – Мне необходим пятый уровень магии. Пятый, а не ничтожный третий!
– Ваше ходатайство отклонено. Пятый уровень магии разрушит принятые здесь устои, а может и сам мир, – любезно пояснили даме. Впрочем, даже самые любезные слова, вылетающие из клыкастого рта, сразу обретают особую твердость.
– Примитив! – разозлилась дама.
Двое служащих в красных ливреях перемигнулись.
– Вам отказано в доступе, соблаговолите вернуться в свой мир. Если возникнут причины, мешающие вам это сделать немедленно, вы будете трепортированы.
– Да как вы смеете! – вскричала дама, ошеломленная и потрясенная дерзким ответом. Она уперла руки в бока, и в порыве неудержимой ярости с диким воплем, который впрочем, следовало ожидать от дамы такой наружности, плюнула в лицо молодому человеку. Тот с ловкостью, отработанной в течение многих лет службы в Империи, успел отскочить. То место на полу, куда попала слюна начало дымиться, а немного погодя там образовалась небольшая, но довольно глубокая дыра. И вообще, если внимательно приглядеться к полу, то на нем можно было разглядеть еще несколько сотен таких же дыр, трещин, и выбоин.