– Где его держат? – неожиданно для себя, Аника осмелилась перебить Макея.
– Там где следует! – жестко ответил он. – Сейчас мы собрались для другого дела. Для уничтожения дубля.
– Саму Азару вы уже уничтожили? – спросила Анжела, было видно, что присутствие или отсутствие пиявки ее вовсе не беспокоит. Анжеле гораздо важней было закончить разговор так, как его должна закончить владелица Империи. Показать, что главная здесь она, а не какой-то начальник оперативного отдела.
– Что ты имеешь ввиду?
– То, что спросила, – Анжела чуть повысила тон.
– Что именно? – уточнил Макей.
– Что именно? – повторила Анжела.
– Да, что именно? – спросил Макей, склонив голову на бок и устремив на нее проницательный взгляд.
– Я спросила, уничтожили ли вы Азару, которая уже не первый раз проникла в наш мир? Оранжевую пиявку, которая каждый раз создает себе новые тела, пышные и не очень! – любезно пояснила Анжела.
Невероятно, но Макей улыбнулся.
– Еще нет. Она ждет своего часа.
– Позвольте мне внести некоторые пояснения, – вмешался Афанасий Афанасьевич, стремясь завершить разгорающийся конфликт, а еще больше он стремился вступить в диалог, чтобы скрыть свое эмоциональное потрясение за привычными речевыми оборотами. – В настоящий момент Азара пребывает в ожидании отправления на Смерк. Поскольку в ее действиях мы не нашли ничего, что могло бы повлечь за собой более суровую кару, мы решили просто вернуть ее и, разумеется, запретили вновь возвращаться сюда. – Далее из слов адвоката следовало, что сама Азара находилась в какой-то то ли комнате, то ли кастрюле, откуда ее должны были через пару дней отправить в Смерк. Почему этого нельзя было сделать в тот же день, не понял никто из молодых владельцев, адвокат начал рассказывать про какие-то юридические тонкости, и с ним поспешно согласились, опасаясь, как бы он не углубился в пояснения. Но он все равно углубился, подобные речи его успокаивали.
Без трех минут двенадцать Макей посмотрел на часы.
– Время! – перебил он вещавшего о юридических тонкостях адвоката, и потребовал. – Передайте мне приговор.
– Да-да, разумеется, – несколько растерянно согласился адвокат и раскрыл папку с документами.
Его руки не дрожали, любой, не знающий его человек с уверенностью бы сказал, что адвокат был спокоен. Вот только его спокойствия не хватило на то, чтобы удержать папку, которая неожиданно выпала из рук и документы разлетелись во все стороны.
– Уничтожение должно начаться через две минуты, – тоном, в котором явно улавливались интонации бывшего инквизитора, объявил Макей. – Без приговора это невозможно сделать.
– Да, вы абсолютно правы, – согласился Афанасий Афанасьевич.
– Какая разница, сколько минут пройдет? – возмутилась Анжела.
– Правила должны быть четко соблюдены! – отчеканил Макей. – Я уже как-то советовал выучить уставы Империи, чтобы ненароком не развалить ее. Вы до сих пор не сделали этого, поэтому я вновь рекомендую вам выучить уставы.
Афанасий Афанасьевич поднимал листы по одному, читал заглавие, и складывал их обратно в папку. Он это делал с неспешностью человека, который понимает всю необходимость предстоящей процедуры, но вовсе не стремится ее ускорить.
– Осталось тридцать секунд, – объявил Макей.
Более половины документов по-прежнему валялись на полу, где-то среди них был и приговор, прочесть который предстояло в ближайшие секунды.
– Че, помочь? – вежливо спросил Савелий.
– Я помогу, – поддержала его Аника.
Афанасий Афанасьевич относился к документам, пожалуй, еще более ревностно, чем Мителкин к своим щеткам. Он никогда и никому не позволял прикасаться к ним, опасаясь всего сразу, и того что необычайно важные секреты будут раскрыты, и того, что часть важных бумаг может где-то затеряться. Поэтому достаточно неожиданно было услышать от него согласие.